Д.Ю. Я вас категорически приветствую! Егор, добрый день. 

Егор Яковлев. Добрый. 

Д.Ю. Ты посмотрел «Матильду»? 

Егор Яковлев. Да, вчера сходил, посмотрел. 

Д.Ю. И как? 

Егор Яковлев. Ну, я, честно говоря, поражён. При том бюджете, который был у режиссёра А. Учителя, и при том пиаре, который был этой ленте сделан известными событиями, я, честно говоря, даже настраивался на нечто такое, шёл на сеанс с надеждами, что мои ожидания будут превзойдены, но на самом деле… Мы вот перед началом говорили, что гора родила мышь, это даже горы не было и мыши не получилось. Ну, очень плохое кино с очень неровным сценарием. 

Я вот у себя в социальных сетях написал, там в фильме, если кто-то ещё не посмотрел, Николай II говорит своей невесте Аликс – «дорогая, я хотел бы устроить в России показ синема, но не знаю, что показать». Можно сказать, что и через 100 лет не знаем, что показать, и поэтому показываем всякую… В общем, кино сильно ниже среднего. Я вкратце скажу о художественных вещах, которые меня смутили, а потом мы перейдём к чисто историческим. 

Фильм напоминает письмо, которое дядя Фёдор писал родителям из Простоквашино, т.е. сначала дядя Фёдор написал, потом побежал во двор, где корова что-то ест; потом прибежал Шарик, что-то написал; потом Шарик убежал, Матроскин прибежал, и в результате получилось непонятно что. 

Д.Ю. Сценарий «Матильды». 

Егор Яковлев. Такое ощущение у меня возникло, что сценарий реально пару раз переписывался, и в итоге получился некий конструктор из 3 разных сюжетных линий, которые, в общем, в единое целое никак не складываются. И если там линию, например, с господином поручиком Воронцовым убрать, то, по большому счёту, в результате ничего не поменяется. Она выглядит там инородной, действия персонажей слабо мотивированы. В общем, одним из немногих достоинств фильма можно, наверное, назвать костюмы потрясающие действительно, и хороших актёров, которых Учителю удалось собрать. Но то, что они играют, это чрезвычайно странные вещи. 

Но главные претензии всё-таки к сценарию, потому что мне кажется, что сценаристы не потрудились совершенно изучить ту эпоху, в которой происходит действие картины, и люди в фильме ведут себя совершенно не так, как вели себя реальные персонажи этой эпохи. Конечно, кино допускает значительную часть условностей, но, во-первых, этот фильм выходит в год столетия Революции, и понятно, что именно в этот год мы ждём попытки хотя бы восстановления какой-то более или менее полноценной исторической реконструкции, это раз. Ну а, во-вторых, даже для тех зрителей, которые ждали от этого фильма условного любовного треугольника, условной мелодрамы, мне кажется, что она не получилась, она не получилась. 

Ну вот перейду теперь к тем вещам, которые меня смутили очень сильно чисто с исторической точки зрения. Очень схематично, поскольку рассматривать всякие мелочи не имеет смысла никакого. 

Д.Ю. Я тебя, извини, перебью, я, понятно, человек предвзятый, смотрел злобно, но вот возле меня сидела дама, она к середине фильма начала ругаться матом. Т.е. ей вот как, ну, женщина, может, там какая-то любовная линия для девочек – ничего ведь нет, вообще никого не цепляет, ни мужчин, ни женщин, никому не интересно. 

Егор Яковлев. Ну, цепляет слабо, я согласен. Т.е. фильм проходной. Но перейдём к чисто историческому моменту. Во-первых, с самых первых кадров психологическое поведение героев основных совершенно не совпадает с поведением их прототипов. Т.е. сразу возникает недоверие к происходящему. Ну, возьмём Александра III в исполнении Сергея Гармаша. Я так понял, что нашумевший фрагмент из трейлера, где Александр III говорит, что за последние 100 лет в России был только один царь, который не жил с балеринами, и это я, его в итоге вырезали. 

Д.Ю. Нет, я не видел, нет, не было такого. 

Егор Яковлев. В фильме такого не было, а в трейлере было. Значит, А. Учитель всё-таки вырезал эту чушь. Потому что действительно, я думаю, что если бы фильм показали до премьеры, то там много чего можно было бы вырезать, но действительно эта фраза это просто полная ахинея. Потому что действительно русские цари никогда не жили с балеринами. Павел I имел фаворитку княгиню Гагарину, непонятно, была ли у них интимная связь, возможно, платонические чувства к ней испытывал, но это была далеко не балерина. 

Да, у Александра I тоже была масса любовниц, у него были сложные отношения со своей супругой. У него была внебрачная дочь, которую он очень любил, и смерть которой очень сильное влияние оказала на Александра в конце жизни, он стал мистиком, стал таким как бы, ударился в религию, и серьёзно изменился. Современники фиксировали изменения в его психологическом состоянии, но, опять же, никаких балерин. Про Николая I мы толком тоже ничего такого не знаем. Александр II действительно, так сказать, дал нелицеприятный пример поведения монарха, фактически заведя 2 семью, которая жила в Зимнем дворце. 

Д.Ю. Ну тоже, поди, без балерин обошёлся. 

Егор Яковлев. Ну да, но это, опять же, была далеко не балерина. Александр III вообще знаменит как образцовый семьянин. 

Д.Ю. Насмотревшись на отца. 

Егор Яковлев. Да-да. Это, сейчас мы до этого дойдём. Поэтому, так сказать, в фильме мы вот этой фразы не видим, но видим, как Александр III рекомендует Николаю, своему сыну Николаю Александровичу, завести роман с балериной, да ещё и причём с таким намёком, что не просто завести роман, а может быть даже на ней жениться, потому что он говорит – вот, ты там думаешь о своей Аликс, т.е. об Александре Фёдоровне, будущей супруге, а тебе вот такая нужна. Т.е. явно папа намекает наследнику престола на то, что он должен связать свою жизнь не с немецкой принцессой, а с балериной. 

Большего бреда представить, в принципе, невозможно. Во-первых, как я уже сказал, Александр III был человеком… ну, можно даже сказать, что это был его своего рода пунктик, т.е. своего рода идея фикс. Действительно, он в своей молодости испытал сильную психологическую травму от того, что его отец, император Александр II, во время болезни матери, императрицы Марии Александровны, фактически завёл 2 семью. Его супруга, которой он даровал титул княгини Юрьевской, имела от него 3 детей, и вся эта 2 семья тоже была поселена императором Александром в Зимнем дворце. 

Д.Ю. Вот это поворот. 

Егор Яковлев. Да. Всё это происходило на глазах юного Александра Александровича. Он получил от этого психологическую травму серьёзную; всё это являлось, конечно, огромным источником придворных сплетен. Я порекомендовал бы вам, например, обратиться к воспоминаниям великого князя Александра Михайловича, который вспоминает, как его родители, значит, направляясь на семейный ужин, обсуждают (это уже после смерти Марии Александровны Александр II стал приходить на семейные мероприятия с княгиней Юрьевской). Вот, и родители едут на бал и обсуждают – «какой ужас». И мать говорит – «я не хочу с ней сидеть за одним столом».

Примерно так вот, это одна из первых глав воспоминаний Великого Князя Александра Михайловича, это троюродный брат Николая II. Получив такую серьёзную психологическую травму, Александр III не просто был семьянином, это было в его натуре, но он с величайшим презрением, с величайшим негодованием относился к любым проявлениям супружеской неверности. И от этого серьёзно страдали представители семьи – например, Александр III крайне негативно относился к Константину Николаевичу, его дяде, который был известен каким-то, так сказать, разгульным нравом. И это широко известно, это не какая-то тайна. 

Поэтому воспитывать Николая в смысле блуда, в смысле разврата Александр III точно не мог, это просто было не в его психологической натуре, это раз. А во-вторых, Александр III кто – царь. Николай это его наследник. А наследник должен в первую очередь позаботиться о чём – о том, чтобы у него были свои собственные наследники, чтобы не прервалась династия, что является неотъемлемой опорой монархии. Для того чтобы появился наследник; для того чтобы у наследника появился наследник, сын царя должен жениться, и жениться он должен на равной, на немецкой принцессе. Т.е. на какой-то принцессе. 

Д.Ю. В данном случае немецкой. 

Егор Яковлев. На невесте королевской крови. Поэтому Александр III никак, будучи монархом здравомыслящим, он никак не может рекомендовать Николаю жениться или связать свою жизнь с балериной, просто никак, потому что это не вопрос личный, это государственный вопрос. Поощрять брак Николая с балериной значит только одно – создать серьёзный государственный кризис, серьёзный династический кризис. Поэтому из уст Александра III это звучит как крайняя нелепость. Вообще из уст любого царя это звучит как крайняя нелепость. Сказать ничего подобного Александр III не мог. 

Возможно, он мог поощрять, были такие случаи в российской истории – вот Екатерина II, например, поощряла связи своего внука с фрейлинами, чтобы он ознакомился с наукой любви. Это вообще было в духе конца 18 века. Но, опять же, каких-то прямых свидетельств об этом нет. Известно только, что Александр III познакомил Николая с Матильдой Кшесинской, но это абсолютно не значит, что Александр III указывал на неё как на будущую любовницу Николая. Ничего такого не было. Поэтому весь этот фрагмент, он является не просто вымышленным, но он ещё является психологически и исторически нелепым – царь просто так вести себя не может, он таким образом навлекает проблемы. 

Вот дальнейший эпизод, где они встречаются уже на дне рождения Николая, и Александр III смотрит, значит, на Матильду, и говорит ей по-отечески так, значит, - «вот он совсем ещё мальчишка, береги его». Не мог он такого говорить вообще, у него мыслей не могло быть об этом. Совершенно наоборот, когда стало понятно, что Александр III серьёзно болен, Аликс срочно выписали (действие разворачивалось в Крыму, Александр III в Ливадии находился в последние дни своей жизни), Аликс срочно привезли туда, чтобы они могли пожениться, и Александр был бы во всяком случае спокоен за продолжение династии. 

Аликс приехала, если мне не изменяет память, за 10 дней до кончины Александра III. Т.е. он скончался, уже когда невеста его сына была здесь, и он мог бы хотя бы успокоиться, что после его смерти они поженятся и дальше династия продолжится. Ну и достаточно сомнительным выглядит заявление Александра III, когда он говорит Николаю II «я ещё не собираюсь умирать». И тут происходит крушение. Дело в том, что династия Романовых, там очень многие думали о смерти, потому что судьба преподносила династии, особенно во 2 половине 19 века, самые разнообразные печальные сюрпризы. 

Александр II тоже, например, не собирался умирать, его просто убили. Это было неожиданно, неожиданно для всей семьи. Но, тем не менее, это убийство совершилось. Александр III тоже не был застрахован от покушения. Мы знаем, что организация, в которой состоял Александр Ульянов, планировала 1 марта 1887 года убийство царя, и вот эта угроза постоянная, террористическая угроза, несмотря на то, что террористов поприжали в царствование Александра III, подморозили, она всегда существовала. Кроме того, существовали… 

Д.Ю. Дай тебя перебью – кто не в курсе, Александр Ульянов это старший брат Владимира Ильича Ленина. 

Егор Яковлев. Значит, существовали и другие печальные обстоятельства, потому что старший брат (кстати, об этом в фильме говорится), старший брат Александра III Николай Александрович скончался, а именно он должен был стать царём, его к этому готовили. И отзывы современников о нём были самые превосходные, это был очень талантливый молодой человек, настроенный демократически, т.е., скорее всего, он продолжал бы великие реформы Александра II, он мыслил категориями парламентаризма. И его смерть от менингита, а не от туберкулёза, кстати, как сказано в фильме, она имела, конечно, большие последствия для страны. 

Поэтому о престолонаследии, о том, чтобы династия не прерывалась, обязан был думать любой царь. У Николая, кстати, эта идея фикс тоже впоследствии присутствовала, потому что его очень удручало, и Александра тоже очень удручало, что долго не рождается сын. Сына очень долго ждали. С этим были связаны очень многие трагические переживания, некая экзальтация и обращение Александры Фёдоровны ко всякого рода мистицизму, о чём мы сейчас ещё поговорим, они тоже были связаны с тем, что не рождается наследник. 

Поэтому вопрос престолонаследия очень важен, вопрос наследника очень важен, и поэтому Александр III никак не мог, значит, подвигать сына к тому, чтобы он женился на балерине. Т.е. он был своеобразным человеком, но всё-таки государственно ориентированным, и в этом плане чёткий вектор поведения у него был. Так что с самого начала мы сталкиваемся с какими-то психологически недостоверными вещами. 

Ну и Николай как бы недалеко тоже ушёл, экранный Николай недалеко ушёл от экранного отца. Он тоже чрезвычайно, на мой взгляд, неубедительно, хотя и играет его хороший артист Ларс Айдингер. Почему – потому что экранный Николай ведёт себя так, как реальный Николай вести себя совершенно не мог. Самый яркий пример это то, что Николай практически половину фильма третирует свою невесту, на глазах у всего света ведя роман с балериной Матильдой Кшесинской. Начнём с того (это достаточно широко известный факт), что с того момента как Аликс приехала в Россию, и с того момента, как стало широко известно о помолвке, все отношения с Малечкой Николай прекратил. 

У него в дневнике, вообще как развивались их отношения. Николай был молодой человек, ничего удивительного в том, что ему нравились красивые девушки, нет. И у него есть в дневнике записи редкой откровенности, так сказать. Он пишет, что «как странно устроена человеческая натура, я всё время думаю об Аликс, - с которой они были знакомы, - и в то же время должен признаться, что я люблю Малечку, потому что она такая очаровательная». В принципе, это достаточно характерное свойство для молодого человека, для натуры молодого человека, когда он может быть влюблён в одну девушку и ему нравится другая. Здесь ничего необычного нет, тем более что Аликс была далеко, а с Матильдой он общался. 

Д.Ю. В известном возрасте нравятся просто все девушки. 

Егор Яковлев. Да-да. Николай в этом смысле не исключение, здесь ничего такого необычного нет. Но Николай с самого начала сознавал свой государственный долг, и поэтому он, конечно, склонялся к мысли о браке с немецкой принцессой. И каких-то переживаний, какого-то такого принципиального выбора с Матильдой или Александрой у него вообще никогда не было. Матильда была для него юношеской влюблённостью, там существуют точки зрения по поводу того, были ли у них интимные отношения или не было. Но я должен сказать, что … ну, Матильда-то в своих дневниках пишет, что не было, что она пыталась его склонить, но не получилось. Ходили слухи, что было. 

Генеральша Богданович записала мерзейший слух, который ходил по Петербургу, что после того как Александра Фёдоровна первый раз забеременела, дядюшки снова подложили Николаю Матильду. Не скорее всего, а можно практически точно утверждать, что это неправда. И как только стало понятно, что отец болен, Николай сразу же обрывает все отношения с Матильдой, которые тоже непонятно какими были, но при этом сохраняет с ней, скажем так, их любовная связь была прервана, но какие-то тёплые отношения у них сохранялись в течение всей жизни. И если она что-то просила, Николай никогда не отказывал, что, в принципе, характеризует его только с лучшей стороны. 

Но абсолютно не в характере Николая и не в светских правилах того времени было поведение, которое показано нам в фильме. Т.е Николай не мог бегать за Матильдой в тот момент, когда его жена смотрит кино этажом выше, это просто нереально. Потому что, во-первых, Николай очень чётко сознавал, что он император – ну, в этот момент он уже император. Император это пример для своих подданных, и он абсолютно не мог так себя вести. Это очень чётко закладывалось в него воспитанием. 

Александр III, если бы он себя как-то так повёл, надрал бы ему мягкое место, причём очень жёстко, и Николай в этом смысле был вышколен и воспитан. И если бы Николай себя так вёл, то очень маловероятно, что у них бы сложились такие тёплые любовные отношения с Александрой Фёдоровной, это очень маловероятно. Поэтому здесь мы тоже сталкиваемся с абсолютно недостоверной психологически историей. Кроме того, надо сказать, что и Александра Фёдоровна в этом фильме тоже выглядит достаточно странно. Т.е., видимо, сценаристы что-то слышали об её увлечении разного рода, так сказать, спиритизмом, магией и т.д. Всё это проистекало из 2 вещей. Во-первых, с одной стороны, это было очень модно. 

Это была эпоха, когда появилась мода, светская мода на развлечения такого рода. Она была во всей Европе. К примеру, ей чрезвычайно увлекался Артур Конан Дойл, наш любимый и знаменитый британский писатель, создатель Шерлока Холмса. Вот. И ничего удивительного в том, что были какие-то светские развлечения, не было. Значит, вот этот демонический немец, который появляется в фильме, он имел своего прототипа, даже нескольких прототипов. Первым из них был Филипп Антельм Низье, это маг-оккультист французский, с которым Николай познакомился только в 1901 году. Потом этот доктор Филипп приехал в Петербург и действительно здесь общался с императорской четой, и они проводили спиритические сеансы, вызывая дух Александра III, это как раз правда. 

Но чем был вызван (это происходило значительно позже), и чем был вызван интерес, особый интерес императорской четы и особенно Александры Фёдоровны к такого рода фигурам, последней из которых стал Распутин – как раз вот тем, о чём я уже сказал. Она искала способ принести императору наследника, потому что её удручало сначала то, что не рождается наследник, а потом страшно удручало то, что наследник родился больным. 

Д.Ю. Это, на мой взгляд, абсолютно нормально для любого человека. Если какая-то болячка, а это можно расценить как болячку, то люди, обратившись к специалистам, дальше бегут к знахарям, бабкам, топор под подушку, валенки одень и ещё чего-нибудь, лишь бы зачать мальчика. Ну и что? 

Егор Яковлев. Вот таких знахарей было 3 в истории царской семьи, это был первый – доктор Филипп Низье, он умер в 1905 году, и его сменил доктор Папюс, тоже, так сказать, оккультист известный, француз. Потом он покинул Россию, и его место занял всем известный Григорий Ефимович Распутин. Это вот сюжет, который создатели картины заимствовали из реальной истории, но перенесли его хронологически раньше и совершенно неверно интерпретировали. К тому же там этот демонический немец зачем-то мучает несчастного поручика Воронцова, вот, совершенно непонятно. Вы поняли, как Воронцов дышал? 

Д.Ю. Он что-то говорил, немец, про то, что задержка дыхания в результате каких-то опытов становится дольше, но я не понял, как. 

Егор Яковлев. Он говорит, что он изобрёл способ задержки дыхания, но он же Воронцова сажал. Он его сначала научил, как это делать, или там был какой-то прибор? 

Д.Ю. Нет. По Воронцову было не видно, что он там уж так сильно дышать хочет. Он всё время там, под водой-то сидючи, всё взглядом сверлил во все стороны. Как-то он не страдал от этого очень сильно. 

Егор Яковлев. Ну, это какой-то бред лютый. Это какой-то лютый бред, значит. 

Д.Ю. Как тебе шприц дурацкий в 2 поршня, в 3 поршня? Зачем это вообще всё? 

Егор Яковлев. Просто вот этот образ Александры Фёдоровны, да, он доведён тоже до абсурда. 

Д.Ю. Я вот ещё вопрос тебе задам. Она же симпатичная женщина была. Зачем взята на роль вот эта актриса? 

Егор Яковлев. Это я не знаю, это дело вкуса. Александра Фёдоровна, конечно, была очень красивой женщиной, ну и Матильда тоже была красивая женщина. Ну, какую актрису берут – дело вкуса. Я так понял, что их всех взяли из одного театра. Ларс Айдингер; актриса, которая играет Александру Фёдоровну; и актёр, который играет демонического немца, они все в одном театре играют. И поэтому их взяли как актёрский ансамбль и пересадили на нашу трешовую клумбу. Неудачно. 

Теперь поручик Воронцов. Это прямо мегатрешовый персонаж, с которым тоже чисто с исторической точки зрения связаны какие-то фантастические ляпы. Во-первых, я не понял в самом начале, пока в театре они смотрят выступление Матильды Кшесинской, и поручик Воронцов сидит в одной ложе с императором, с наследником. Это странно, потому что наследник должен сидеть либо в царской ложе, либо он может сидеть в ложе, например, со своими полковыми друзьями, но тогда поручик Воронцов должен быть его знакомым. Потому что любой человек вот так прийти и сесть с наследником в 1 ложу, купив, билет, не мог, это абсурд. 

Т.е. Николай мог со своими друзьями из полка, он был военным, отправиться посмотреть балет, и вот они там сидели, острили, наблюдали за красивыми девушками. Но так, чтобы какой-то левый вообще персонаж пришёл и сел с наследником, это было просто невозможно. Дальше больше. Поручик Воронцов приходит в особняк Матильды, начинает её вязать, и рассказывает ей трагическую историю своей жизни. Рассказывает ей про то, что он бросил свою невесту ради неё, невеста повесилась, и когда невеста повесилась, тогда он ушёл на войну, чтобы погибать не задаром. 

Ну, я бы порекомендовал сценаристам изучить эпоху, про которую они вообще снимают фильм, и узнать кое-что про одного из персонажей своей фильма, императора Александра III. Прозвище у него было «Миротворец» как раз за то, что в его царствование не было ни одной войны. Если учесть, что, допустим, герой поручика Воронцова это ровесник Николая II, то к моменту последней войны, которую Российская империя вела, ему было 9-10 лет. Это была Русско-турецкая война 1877-78 годов. Был ещё, правда, инцидент небольшой под Кушкой в Афганистане, но это была настолько, так сказать, проходная история, мимолётная, что её, по сути, и войной-то нельзя назвать при Александре III. 

Поэтому на какой войне был поручик Воронцов – это решительно для меня загадка. Т.е. какая-то ахинея просто. Ну и вообще персонаж для меня чрезвычайно загадочный, вот. Чрезвычайно непонятно, как поручик Воронцов мог… ну, допустим, ок, Николай II затащил Матильду в шатёр. Но как поручик Воронцов мог вбежать в этот шатёр и начать бить царя, немыслимо. Там же должна быть охрана. Там должна быть охрана, которая прекрасно знает, что тут террористы, бомбисты могут быть, что убили одного царя, покушались на другого, надо охранять наследника. И тут какой-то, опять же, непонятный персонаж может зайти и начать бить царя, и охрана вообще не работает. Где вот этот человек, полковник КГБ? Его должны были уволить после этого тут же. 

Д.Ю. Кровь пролили, не просто так, а это ж. 

Егор Яковлев. Я так понимаю, я так понимаю, что, опять же, сценаристы что-то слышали про инцидент Оцу, когда японский городовой ударил Николая II. 

Д.Ю. Саблей. 

Егор Яковлев. Саблей, да. И вот это такой отголосок. Только тут у нас, значит, свой персонаж. Но там была совсем другая ситуация. И дальше, опять же, вопрос про помилование Воронцова, когда Николай говорит «я его помиловал», это полный бред, потому что помиловать мог только император. Но здесь можно это отнести, что Николай типа красуется таким образом перед Матильдой. Ну, допустим, допустим. 

Что смущает в фильме с исторической ещё точки зрения – это то, что Николай у нас вроде бы выбирает между любовью и долгом. Но Александра Фёдоровна, она долг не очень символизирует. Долг должны символизировать некие государственные дела – тяжёлое положение России, в котором страна находится, и каким-то финалом ярким могло быть какое-то дело, в которое император Николай II включается для того, чтобы… ну, не знаю, Транссибирская ж/д магистраль, которая символизирует единство России, например. 

Д.Ю. Да. Ну, он же делал полезные дела, это глупо не то что отрицать, а не упоминать про такое. 

Егор Яковлев. Да. Что мы видим, что из государственного бытия Российской империи мы видим в этой картине? Ровно 2 момента мимолётных. Один момент это когда Николай становится уже императором, отец умер, за ним бегут приближённые и предлагают ему 2 проекта незамерзающей морской военной базы. Незамерзающего порта – один в Либаве, другой на Мурмане. Николай говорит, что он в этом ничего не понимает, и истерически убегает от своих придворных в какую-то комнату, которая будет впоследствии кабинетом его жены. 

Это на самом деле серьёзный исторический вопрос о военном порте, который оказал значительное влияние на историю Российской империи и даже на падение Российской империи, да. Потому что он описан во многих работах и воспоминаниях, в частности, в воспоминаниях С.Ю. Витте, например, потому что как раз С.Ю. Витте был активным инициатором строительства незамерзающего порта и военной базы на Кольском заливе. 

Д.Ю. Где Мурманск? 

Егор Яковлев. Да-да. Будущего Мурманска. Мурманск это идея Витте и Александра III, идея совершенно справедливая, на мой взгляд, идея верная. Это очевидно, поскольку её впоследствии всё равно пришлось реализовывать. Витте ездил туда, ознакомился с местными условиями, и доложил Александру III, что места идеально пригодные для строительства порта, там проходит Гольфстрим. Действительно незамерзающий залив, выход сразу в океан – в чём плюс, что выход сразу в океан. Спокойно можно организовывать там торговлю. Да, есть недостатки – полярная ночь, но можно построить там современный город с самым современным электрическим освещением, что снивелирует этот природный недостаток. 

Д.Ю. Это конец 19 века? 

Егор Яковлев. Да, уже появилось электричество, и вот можно было туда вложиться. И протянуть современную железную дорогу. Была альтернатива – это Либава, современная Лиепая. Там всё было попроще – это Прибалтика, давно освоенная, природа помягче, попонятнее. Но были серьёзные недостатки. Это Балтика. Балтика это внутреннее море фактически, выход в Атлантику через Датские проливы. Всем было понятно, что если мы организуем военный порт, то нужно учитывать тот геополитический расклад, который складывается в данный момент в мире. А геополитический расклад складывался таким образом, что противником России в будущей войне могла (и стала в результате) Германия. И, соответственно, Германия имела возможность очень быстро и легко блокировать выход российского флота в океан. 

Д.Ю. Из Балтийского моря? 

Егор Яковлев. Да-да, из Балтийского моря, овладев проливами. И именно это, собственно, и произошло в ходе 1 мировой войны. А далее, далее очень легко и быстро была захвачена сама Лиепая, Либава. Т.е. Россия очень быстро лишилась этих территорий. Поэтому, конечно, идея строительства Мурманска, она была гораздо более перспективной. Но Витте, конечно, тоже во всём ему доверять нельзя, но думаю, что в данном случае это имеет под собой основание. Значит, Николай II уже согласился строить там, на Кольском полуострове, флот, но в последний момент его переубедили, и он всё-таки дал согласие на строительство Либавы, и роковые последствия этого мы испытали в 1914-15 годах, когда Либава и Балтийское море было закупорено. 

То же самое произошло с Босфором и Дарданеллами, Чёрное море было закупорено, связи с союзниками через эти артерии нет, и осталась только связь с союзниками через далёкий Владивосток, к тому же замерзающий, и точно так же замерзающий Архангельск. Стало понятно, что есть только одна точка, через которую можно вести круглогодичную коммуникацию, это Кольский залив, где в срочном порядке основали Мурманск и в срочном порядке стали прокладывать железную дорогу. 

Это всё проложили, и отчасти это создало тот грандиозный кризис 1915 года, который нам знаком под названием «великого отступления», когда у России не было ни снарядов, ни патронов, и не было возможности восполнить эти недостатки через коммуникации с союзниками, потому что у союзников всё это было, но они не могли это доставить толком. Не было железной дороги тоже, по которой можно было бы это всё подвезти к фронтам из Мурманска. 

Поэтому это была стратегическая ошибка, и в данном случае что мы видим – что Николая это не интересует. Это, во-первых, не так, вот, Николай делал этот выбор, но, очевидно, выбор в итоге оказался неверным. 

Д.Ю. Ну т.е. в фильме ему там говорят, что этот порт и дорога туда будет стоить 15 млн. рублей, а до Мурманска будущего 50 млн. И вроде там незатейливый выбор или/или что-то там – «ах, оставьте меня, я не хочу ничего это делать». 

Егор Яковлев. Ну да, т.е. так себя Николай повести не мог, т.е. вот это вот «оставьте меня» это… 

Д.Ю. Взял и убежал. 

Егор Яковлев. Совершенно какое-то инфантильное поведение, оно Николаю было несвойственно. Т.е. Николай стоял перед выбором, его можно было переубедить, на него можно было надавить, это да, но вот так вести себя царь не может, его не так воспитывали. Ну и дальше, конечно же, мы подходим к Ходынке. Ходынка это тема, про которую мы несколько раз разговаривали, но в фильме она показана совершенно… 

Д.Ю. Давай, не доходя, он действительно на коронации падал в обморок? 

Егор Яковлев. Не, это полнейшая чушь. Т.е., конечно, в фильме чрезвычайно утрировано. У Николая в жизни было несколько событий, когда он попадал в такие курьёзные истории. Но они были значительно позже. Самая известная это его речь перед представителями земств, когда он выступал, говорят, что у него была шапка, и в шапке лежал конспект речи, значит, он туда подсматривал. И речь эта, судя по всему, была написана К.П. Победоносцевым для него. 

Д.Ю. Это который рояль катал? Я, честно говоря, не понял, что это он. 

Егор Яковлев. Да-да. И, значит, в этой речи говорилось о перспективах парламентаризма, введении Думы в России. Николай в первой половине своего царствования крайне резко отвергал любые идеи введения парламента. Как известно, Дума появилась только в результате Революции 1905 года. И вот в этой речи была фраза о том, что подобного рода идеи являются беспочвенными мечтаниями. А Николай, видимо, не разглядел, и назвал бессмысленными, что, так сказать, звучало более резко. Более резко и оскорбило наиболее либерально и демократически настроенных представителей земств. 

Это был один из таких курьёзов. Но в этом не было чего-то такого, совсем уж необычного, критичного и т.д. Вот. А что касается вот таких вещей, как падение, такого не было никогда. Это был бы нонсенс, честно говоря. И вообще обстоятельство, при которых это падение происходит, оно тоже достаточно странное в фильме, потому что Матильда Кшесинская вообще не была на коронации, поэтому… Это явный вымысел, и, на мой взгляд, не очень удачный. 

Д.Ю. Ну, с моей точки зрения это примерно как сейчас Парад Победы на Красной площади, интересно узнать, как ты туда попадёшь. Если у тебя нет приглашения, если тебя не проверили, туда-сюда. Взяла и забежала, что ли? 

Егор Яковлев. Да, причём она находится же, так сказать, она персона нон-грата, т.е. за ней должны смотреть особо. Вот там же этот полковник КГБ, который её неожиданно спас, выловил её из пруда. Вот, кстати, ещё один момент, который я совершенно не понял. Я не знаю, может, вы поняли. Поручик Воронцов приходит её… Вообще поручик Воронцов, когда он удавил этого упыря немецкого, он бежал и пешком идёт в Москву, так, да? 

Д.Ю. Да. 

Егор Яковлев. Вот он идёт в Москву и приходит в особняк Матильды Кшесинской. Он это делает под контролем КГБ или он это самостоятельно, а КГБ просто выставило наружку и следит, и видит, что он пришёл? 

Д.Ю. Ну, как-то слишком тонкий расчёт, когда придёт, во сколько придёт. Вот эти поливания плота керосином каким-то, привязывания коробочки с динамитом, чушь собачья. 

Егор Яковлев. Короче, я ничего не понял, но просто, если бы у охранки был бы план убить Матильду Кшесинскую, и вот тут появился Воронцов, то можно было бы просто убить её, сделать вид, что он её убил, а потом сам застрелился. Это была, кстати – почему я об этом подумал, потому что в царствование Александра III было очень громкое дело. Было очень громкое дело корнета Берсенева, который именно так и поступил. У него была такая тоже любовь, значит, к актрисе-польке, очень модной актрисе. Вот он её убил, а сам пытался застрелиться, но не застрелился, духу не хватило себя убить. Его судили. 

И знаменита эта история 2 вещами: во-первых, там адвокатом Берсенева был Ф.Н. Плевако, знаменитый московский присяжный поверенный, который произнёс просто одну из самых лучших своих речей по этому делу, и под её впечатлением Александр III смягчил наказание корнету Берсеневу. А во-вторых, эта история стала прототипом для известного рассказа Ивана Бунина «Дело корнета Елагина». И вот, используя вот такой известный случай, можно было бы инсценировать события. Но в фильме происходит какая-то чушь. 

Д.Ю. Полная. 

Егор Яковлев. Воронцов связывает Матильду, вытаскивает её на плот, плот полит керосином, к плоту, значит, какой-то провод привязан, который сгорает… 

Д.Ю. Канат, по которому двигается. 

Егор Яковлев. Да-да. Что меня поразило – что там, значит, ещё бомба есть… 

Д.Ю. Коробочка с динамитом с другой стороны от каната. 

Егор Яковлев. Канат ведёт не к бомбе. 

Д.Ю. Да. 

Егор Яковлев. Сначала должен сгореть плот – видимо, чтобы было симпатичнее, а потом ещё бомба взорваться. А просто к бомбе он не мог вести, что ли? 

Д.Ю. Чушь какая-то вообще. 

Егор Яковлев. Вот, короче, я не знаю. Я предлагаю позвать Алексея Учителя, что он расскажет, что там имелось в виду. Вот. 

Д.Ю. Чуть-чуть вернувшись к этой, к церемонии коронации. Эти крики там с хоров «Ники!», и Ники увидел Мотьку, и его сразу рубануло. Упал, корона свалилась, цепь с шеи соскочила, и вот он лежит, а корона как символ царской власти валяется. Это, ты знаешь… 

Егор Яковлев. И всё из-за Моти. 

Д.Ю. …аллюзии уровня висящего перед пулемётом паучка из х/ф «Цитадель». Вы вообще, что ли, там? И комарики, кусающие солдат. Вы вообще, что ли, уже? Ну что это такое? Стыд. 

Егор Яковлев. Непонятна вот эта аллегория, это что, всё из-за Моти, что ли? Революция из-за Матильды произошла? Ну… 

Д.Ю. Так хорошо всё было, так красиво. 

Егор Яковлев. Уровень понимания, честно говоря, крайне… Если это так, то уровень понимания происходившего создателями чрезвычайно низок. Но, опять же, вернёмся к судьбе Матильды после того, как она в пруд упала. Дальше этот начальник КГБ, который её пытался только что убить, вдруг решил её спасти. 

Д.Ю. Уже на вёслах, да. 

Егор Яковлев. Да, уже на вёслах, говорит «я вас всё-таки спас». Мне кажется, что это вот тот момент, когда Шарик убежал, а Матроскин прибежал, и концепция поменялась. 

Д.Ю. «Умелые лапы» – style. Привет, Матроскин, блин. 

Егор Яковлев. Он её спасает, и дальше что он с ней делает-то? Т.е. можно привезти её в какое-нибудь секретное место, где она под охраной специальных людей пересидит коронацию. Судя по всему, он берёт с неё честное слово, что она на коронацию не придёт, или просто её отпускает. А дальше она туда безо всяких препятствий туда проходит, и он совершенно случайно выбегает, узнав о том, что на Ходынке произошла давка, он туда бежит, и совершенно случайно её замечает, и потом сам лично, потому что, видимо, в КГБ в царское время служили 2 человека – тот, который прибежал доложить о Ходынке, и начальник. Он сам лично бежит за ней. 

Д.Ю. Нет предела чекистской мерзости. 

Егор Яковлев. А она ещё, она ещё прекрасно ориентируется в Успенском соборе, знает чётко, куда бежать. Видимо, так сказать, часто там бывала. В, общем, короче говоря, наверчено много всего, но вообще никакого доверия это не вызывает. Ну и, конечно, как кульминация это Ходынка. Вот мы заговорили о том, какой предстаёт Россия и вообще государство как выглядит, и какими государственными делами в этом фильме Николай занимается. Вот, значит, с портами мы поняли… 

Д.Ю. С пОртами. 

Егор Яковлев. С пОртами мы разобрались. 

Д.Ю. ТОрты и пОрты. 

Егор Яковлев. Да. С портами мы разобрались, что Николай, так сказать, сказал «отвалите». Теперь, значит, Ходынка. Тут вроде Николай себя каким-то образом проявляет с лучшей стороны, потому что он приезжает на Ходынку, видит там горы трупов… 

Д.Ю. Трагедия. 

Егор Яковлев. Тут же, значит, объявляет о том, что нужно выдать огромные суммы всем пострадавшим, становится на колени, крестится и уходит. На мой взгляд, это очень неудачное решение, потому что всем известно, что, во-первых, он на Ходынке никаких гор трупов не видел. Он их не видел, их убрали к его приезду, потому что царя не хотели расстраивать. А поскольку коронация – дело, которое происходит редко, и генерал-губернатором Москвы был не кто иной, как родной дядя Николая II, великий князь Сергей Александрович, то перед царём хотели всячески преуменьшить размах трагедии произошедшей. 

Когда он туда приехал, там уже играл оркестр, никаких трупов не было, ничего. Царю ассказали, да, что произошло бедствие, но Сергей Александрович настаивал на том, что, в принципе, ничего страшного не произошло. И как сказано в дневнике его сестры Ксении, Сергей Александрович напирал на то, что это сентиментальность, сентиментальность не ехать на бал. И Николай поехал на бал. Вот в фильме он стоит на коленях и крестится, а в реальности он танцевал на балу. И это достаточно широко известный эпизод, о котором мы тоже рассказывали. Т.е. он выглядит просто очень неубедительно, очень неубедительно. И, в общем, зачем понадобилось такой откровенной фальшью заканчивать фильм… 

Д.Ю. А ты вот понял, зачем он фейерверки поджёг? Это же тоже знак чего-то, это какая-то метафора, я не знаю, праздничный салют. 2000 человек, 1,5, ладно, затоптали насмерть, а он там салюты какие-то зажигает. Это зачем? Чтобы было красивее, как он на коленях стоит, или что? Ничего не понял. 

Егор Яковлев. Я тоже не понял, честно говоря. Сложно сказать. Может, таким образом он отдаёт дань памяти погибшим, с точки зрения режиссёра и сценариста. Не ясно. 

Д.Ю. Если бы это было днём и там взрывались бы какие-нибудь чёрные дымы, я бы ещё понял, это траур, а тут чего ты веселье-то устраиваешь, вообще не ясно, что это такое. Не знаю. Такое чувство, что там не только Шарик и Матроскин участвовали, а во всём принимала участие какая-то орава, там не видно единой железной руки режиссёра, который делает что-то одно. Тут же поступили поясняющие предложения – подождите, выйдет сериал, в который будет включено всё, что не вошло в фильм. 

Егор Яковлев. Нет, ну что это такое, подождите, выйдет… 

Д.Ю. Я деньги платил за кино, в общем-то, а не за сериал, начнём отсюда. И что же, ну… 

Егор Яковлев. Сейчас доснимем, что ли? 

Д.Ю. Да нет, они их одновременно снимали. 

Егор Яковлев. Не, ну понятно. 

Д.Ю. Мягко говоря, как-то странно, т.е. нет руки, нет единого видения, нет единого мнения. Т.е. само содержание какое-то бестолковое, никаких эмоциональных сопереживаний происходящему на экране, монтаж какой-то, мягко говоря, странный. Ну, когда много кино смотришь, то оно просто бросается в глаза. Что это такое, зачем? Вот только недоумение, даже глумиться над ним не хочется. 

Егор Яковлев. Вот, но всё, что было показано, имеет так мало отношения к исторической России, что здесь даже говорить не о чем. Дело в том, что, скажем, в русской литературе существует значительное число произведений, которые глубоко проникают, глубоко художественным образом проникает в эту эпоху. «Тихий Дон», например, или «Хождения по мукам», это произведения, которые рисуют не картонных, а реальных персонажей. 

Это богатейшая фактура, можно работать с этой фактурой, переносить её на экран. Ну, я назвал 2 самых главных, моих любимых произведения, но таких произведений гораздо больше, там есть, с чем работать. Есть произведения простенькие какие-то, но много материала, который можно было бы перенести на экран к дате столетия Революции. Если вы хотите рассмотреть фигуру Николая II, то можно было экранизировать хотя бы вот, положить в основу, например, упомянутые мною воспоминания Великого Князя Александра Михайловича, потому что этот человек был очень талантливый, прекрасно владел словом, был хорошим стилистом литературным, и я когда первый раз читал его воспоминания, они читаются как роман, реально очень интересно. Можно было бы взять их и сделать на их основе. Там и интриги есть, и противоречия, и вся возня вокруг трона показана, т.е. хороший материал. 

Зачем выдумывать какую-то такую историю, которая в реальности не имеет никакого отношения к историческому процессу, и выглядит чрезвычайно недостоверно, не знаю. Сложно, тяжёлое впечатление, и можно только порекомендовать… Я знаю зрителей, которые говорили «о, как красиво», смотрел в социальных сетях. Красиво. Ну а что, и это всё, что мы можем? 

Д.Ю. Я бы даже к «красиво» я бы добавил, что большинство зрителей не живёт в нашем горячо любимом городе, и нам, например, больно видеть, что когда события происходят в интерьере вот этого здания, а потом вдруг все перебегают вот сюда, это не х/ф «Приключения итальянцев в России», где можно выбежать с Васильевского острова и оказаться на площади Восстания, что само по себе шизофрения какая-то. Здесь-то вы чего буровите, зачем всё это, для чего? Ничего понять невозможно. Ну, если режиссёру Учителю кажется, что он там что-то круче, чем в обозначенной действительности сделал, это не так. Вот эти фрагменты с Данилой Козловским – такое чувство, что это какое-то подражание Гильермо дель Торо с х/ф «Хеллбой», понимаешь, какой-то дизельпанк, какие-то шприцы, цистерны… 

Егор Яковлев. Да, вот ещё вопросы про жанр. 

Д.Ю. Нафига это надо, зачем? Если ты хотел сделать какую-то мелодраму и показать, что действительно мужик разрывался между любовью и долгом – он не разрывался. В итоге мужик получился какой-то дурачок вообще никчёмный. 

Егор Яковлев. Да. И, кстати, что меня поразило, тоже к вообще фигуре Николая II это совершенно неприменимо. Там же как происходит в фильме: Николай II видит, что плот взорвался, думает, что Матильда погибла, и только после этого он приезжает и несёт совершенно какую-то ахинею Аликс. Т.е. исходя из замысла сценаристов, получается так, что Николай выбрал Александру только потому, что он считал, что Матильда погибла. 

Д.Ю. Да, больше нет её, да. 

Егор Яковлев. Да. 

Д.Ю. Ну как-то это странно. 

Егор Яковлев. Типа по принципу «на безрыбье и рак рыба». Но это, конечно, во-первых, неправда, во-вторых, это да, достаточно оскорбительно по отношению к Николаю. К Николаю и к Александре тоже. Т.е. Александра здесь выставлена каким-то таким персонажем, которым воспользовались только потому, что более красивая, более привлекательная для царя женщина физически исчезла. И поэтому можно жениться на Александре, ладно, что уж там. 

Д.Ю. Царь Николай II не был идеальным царём, как мне кажется, но в кино его показали таким ослом, что лично мне за Николая II обидно, он таким балбесом не был, а всё-таки был нормальный мужчина, хорошо воспитанный. И неоднократно упоминавшийся факт о том, что как только прибыла его, так сказать, будущая жена… 

Егор Яковлев. Ну, ещё не прибыла, а ещё когда только стало понятно, что этот брак состоится. 

Д.Ю. Да. Что всё это сразу прекратилось на корню, и больше он, я не знаю, это увлечение юности абсолютно нормально. Но вот как только… т.е. это говорит о том, что с чувством долга, с пониманием собственной роли, я не знаю, ты говорил, что он был сильно религиозный, это тоже, естественно, влияет. Вот тут порезвился чуть-чуть, и всё прекратилось, потому что я серьёзный мужчина на серьёзной должности, и вообще как он там себя – «хозяин земли Русской», а это налагает некую ответственность. Какую ответственность на этого балбеса из кино можно наложить? Бред сумасшедшего вообще. 

И ключевое – вы чего нам показать-то хотели? Сложнейшую обстановку в стране, которая привела в итоге к 3 революциям, гражданской войне и известным результатам? Нет. Хотели показать настоящую любовь какую-то, когда вот влечение непреодолимой силы? Нет, фигня какая-то. То у вас тут публичный дом, открыто называем, так сказать, это заведение публичным домом; Матильда, которая отрицает эту публичную сущность, не сводя глаз с наследника там это. Только что я хорошая и не такая, и тут же уже, отринув всякий стыд, там на него таращится. 

Какие-то ходы, я не знаю, настолько странные, во-первых, сценарные странные; во-вторых, режиссёрские не менее странные. Кто вас вообще к этому подпустил? Вы не умеете кино снимать. Вы все хором не умеете писать сценарий, не умеете писать кино. Получился какой-то этот, Франкенштейн, сшитый из разных кусков, электричество воткнули в зад (денег дали), и вот он там зашевелился, запрыгал. Выдернули электроды, упал, и по-прежнему труп. Кому это интересно, не понимаю. Зачем этим людям дали столько денег? Зачем именно их выбрали для того. Чтобы с таким бюджетом снимать кино, тоже не понимаю. 


Егор Яковлев. Ну, в общем, если у кого-то есть большой бюджет, вот мы с Дмитрием Юрьевичем уже 2 года делаем интересный сериал исторический по событиям от 1 мировой войны, и на данный момент мы дошли до начала гражданской. 

Д.Ю. Гораздо интереснее, чем любое кино, которое я видел, в общем-то. 

Егор Яковлев. Если кто-то захочет сценарий по революционным событиям, обращайтесь. Мы такой лажи не напишем. 

Д.Ю. А на сегодня всё. До новых встреч.