Стратегическое окружение Наполеона на пути к Борисову
После разгрома под Красным Наполеон привёл остатки армии в Оршу (7–8 / 19–20 ноября, где сжёг днепровские мосты, задержав авангард А. П. Ермолова), реорганизовал поредевшие батальоны Даву и Богарне и соединился со свежими фланговыми корпусами Н. Удино (7–9 тысяч) и К. Виктора (10–14 тысяч). Общая численность боеспособных сил достигла, по раскладкам Ж. де Шамбре и А. Фена, 30–40 тысяч человек (включая 7–8 тысяч гвардии), но за ними тянулась 40-тысячная толпа безоружных, больных и гражданских лиц. По плану Александра I на естественном рубеже Березины кольцо вокруг Наполеона должны были сомкнуть три русские армии: с востока отставала главная армия М. И. Кутузова (авангард в 115 км от реки), с севера от Полоцка и Смолян наступала 30–35-тысячная армия П. Х. Витгенштейна, а с юга из Молдавии подходила свежая 33-тысячная Дунайская армия адмирала П. В. Чичагова.
4 (16) ноября Чичагов занял Минск с крупными тыловыми складами провианта, а 9 (21) ноября его авангард под началом К. О. Ламберта взял Борисов, разбив польскую дивизию Я. Г. Домбровского. 11 (23) ноября подошедший корпус Удино при Лошнице отбросил отряд П. П. Палена и выбил Чичагова за реку, однако русские сожгли постоянный борисовский мост и перекрыли правый берег. Спасением для французов стал брод севернее Борисова, у деревни Студёнки, разведанный кавалерийской бригадой Ж. Корбино (с 8-м полком польских улан и местными крестьянами). К тому же начальник понтоньеров генерал Ж.-Б. Эбле вопреки приказу об уничтожении обозов сохранил две походные кузницы, уголь и шанцевый инструмент.
Отвлекающий манёвр, наведение мостов и бои 14–17 (26–29) ноября
13 (25) ноября Наполеон развернул шумную демонстративную переправу южнее Борисова, у деревни Ухолоды. Введённый в заблуждение Чичагов увёл главные силы к Шабашевичам, оставив напротив Студёнки и Брилей лишь трёхтысячный отряд Е. И. Чаплица и не разрушив 22 деревянных моста и гати через Зембинские болота на дороге к Вильно.
- Наведение мостов 13–14 (25–26) ноября: у Студёнки в незамёрзшей реке со льдинами (основное русло 20–30 м, общая ширина полосы до 100 м при топком западном береге) понтонёры Эбле и Ф. де Шасслу-Лоба, стоя по плечи в ледяной воде, собрали два козловых моста из разобранных крестьянских изб (почти все сапёры вскоре умерли от переохлаждения). В 13 часов 14 (26) ноября по первому мосту перешёл корпус Удино, оттеснив отряд Чаплица; к 16 часам заработал второй, артиллерийский мост в 180 метрах от первого (дважды проламывавшийся под тяжестью орудий и чинившийся под огнём).
- Переправа главных сил и пленение Партуно 15 (27) ноября: около 14 часов перешёл Наполеон со Старой гвардией, затем Даву и Богарне. Вечером на восточном берегу у Старого Борисова армия Витгенштейна отрезала и принудила к сдаче арьергардную 12-ю дивизию Л. Партуно (сдалось не менее 1 900 солдат, по западным источникам — значительно больше вместе с отставшими).
- Бои на обоих берегах 16 (28) ноября и катастрофа: утром 24-тысячная армия Чичагова (15 тысяч пехоты и 9 тысяч кавалерии) атаковала на западном берегу у Брилей заслон Удино (после его ранения командовал М. Ней); натиск сдержала атака кирасир Ж.-П. Думерка в лесном дефиле. На восточном берегу дивизии Данделса и Жерара (6 тысяч из корпуса Виктора) восемь часов отбивались от Витгенштейна на высотах Веселова. К вечеру русские батареи Витгенштейна накрыли переправу и 40-тысячную толпу отставших плотным артогнём. Один из мостов рухнул; тысячи людей погибли в давке, под колёсами повозок и в ледяной воде. Ночью части Виктора штыками проложили путь по уцелевшему мосту, а утром 17 (29) ноября в 8:30–9:00 по приказу Эбле мост сожгли. Оставленные на берегу массы людей и обозов достались казакам М. И. Платова и Витгенштейну.
Решающие факторы, соотношение сил и жертвы переправы
Исход операции определила комбинация инженерной предусмотрительности Эбле, успешной дезинформации Чичагова, вязкой болотисто-лесистой местности (парализовавшей 7–9 тысяч русской конницы Чичагова; по описанию французского офицера, сама река была «не шире улицы Рояль в Париже перед морским министерством») и несогласованности русских командующих — опоздания Кутузова, увода войск Чичагова к Ухолодам, несожжённых Зембинских гатей и увлечения Витгенштейна боем под Старым Борисовом.
Боевые потери Наполеона, по расчётам К. фон Клаузевица и Ж. де Шамбре, составили около 21 тысячи человек (через три дня в строю осталось 9 тысяч, из них 4 тысячи гвардии; в трёх корпусах выбыли 13 генералов). С учётом десятков тысяч погибших, утонувших, замёрзших и пленных нестроевых (офицер А. И. Мартос оставил жуткое свидетельство о телах женщин, детей и разбитых каретах на Веселовской равнине) общий урон Великой армии оценивается В. М. Безотосным в 25–40 тысяч (Кутузов сообщал о 29 тысячах), а Д. Чандлером — до 40–50 тысяч человек. Русские потери по стене Храма Христа Спасителя составили около 8 тысяч человек (по Безотосному — от 8 до 14–15 тысяч).
Исторический итог и культурная память о Березине
Хотя Наполеон вырвался из окружения с 40-тысячной массой выживших, маршалами, казной и двумя сотнями пушек (что позволило в 1813 году воссоздать армию вокруг уцелевших офицерских кадров), Великая армия прекратила существование как организованная сила; на марше к Вильно и Неману в 30-градусные морозы от неё остались единицы. По выражению А. фон Шлиффена, «Березина накладывает на Московский поход печать ужаснейших Канн». 23 ноября (5 декабря) в Сморгони Наполеон бросил остатки армии и выехал в Париж.
В России упущенное пленение императора вызвало волну критики против П. В. Чичагова (вплоть до басни И. А. Крылова «Щука и Кот»), хотя Д. В. Давыдов и позднейшие историки указывали на общую долю ошибок Кутузова и Витгенштейна. Во Франции слово bérézina вошло в язык как символ сокрушительной катастрофы, а в России в 1821 году экспедиция Беллинсгаузена и Лазарева назвала в честь победы остров Березина (ныне Гринвич) в Антарктике.
