Стратегическая обстановка и предпосылки сражения
С началом Японо-китайской войны 1894–1895 годов — после морского боя у острова Пхундо и потопления парохода «Коушин» 25 июля до официального объявления войны 1 августа — судьба кампании зависела от господства на море. Японское планирование прямо увязывало исход флотского сражения со стратегией: решающая победа открывала путь к немедленной высадке главных армий между Шаньхайгуанем и Тяньцзинем, ничья ограничивала действия оккупацией Кореи, а поражение вынуждало переходить к обороне собственных островов. В свою очередь, после разгрома цинских войск при Пхеньяне 15 сентября наместник Ли Хунчжан направил 16 сентября из Даляня в устье пограничной реки Ялу (Ялуцзян) конвой из пяти транспортов с 4500 солдатами под охраной Бэйянской эскадры адмирала Дин Жучана. Утром 17 сентября, завершив высадку, китайские корабли столкнулись между устьем Ялу и островом Хайяндао с Объединённым флотом вице-адмирала Сукэюки Ито, шедшим от реки Тэдонган.
При сходном числе кораблей (12 японских вымпелов против 10, а с отрядом из устья — 14 китайских) эскадры воплощали противоположные школы. Костяк Китая составляли построенные по итальянской цитадельной схеме немецкие броненосцы «Динъюань» и «Чжэньюань» с четырьмя 12-дюймовыми орудиями; всего у Дина имелось 27 крупнокалиберных орудий (от 8 дюймов) против 12 японских. Однако короткоствольные башенные пушки стреляли медленно, тогда как быстроходные «эльзвикские» бронепалубные крейсера Ито и авангардного «Летучего отряда» контр-адмирала Кодзо Цубои («Ёсино», «Такачихо», «Нанива» под командой Хэйхатиро Того и «Акицусима») несли 84 среднекалиберных орудия против 25 китайских (в том числе 64 новейших скорострелки против 8). Это давало Японии почти двукратный перевес в весе десятиминутного залпа (119 700 фунтов против 58 620) при фугасах с мелинитом, тогда как китайский флот страдал от нехватки учебных стрельб, коррупции со снарядами (часть которых оказалась набита цементом или имела негодный порох) и малого запаса фугасов.
Ход сражения: рельеф, диспозиция и тактические фазы
В открытых водах Западно-Корейского залива Бэйянский флот выстроился в неровный фронтальный клин (полумесяц) на скорости 7 узлов с броненосцами в центре и старыми безбронными «Чаоюном» и «Янвэем» на правом крыле. Японцы сближались в стройной кильватерной колонне на 10–14 узлах («Летучий отряд» развил 16 узлов). В 12:50 китайцы открыли огонь с 5000 метров, но первый же залп 12-дюймовок «Динъюаня» обрушил мостик и контузил адмирала Дина, а вскоре японский снаряд перебил грот-мачту, лишив эскадру связи (командование перешло к капитану Лю Бучаню и советникам У. Тайлеру, К. фон Ханнекену и Ф. Макгиффину).
После 13:00 отряды Цубои и Ито обогнули правый фланг китайцев на дистанции 15–20 кабельтовых, засыпая его фугасами. «Чаоюн» и «Янвэй» охватили пожары, а «Цзиюань» (чей капитан Фан Боцянь был позже казнён) и «Гуанцзя» самовольно бежали в Люйшунь. Отставший японский корвет «Хиэй» под тяжёлым огнём дерзко прошёл сквозь центр китайского строя, а канонерку «Акаги» и штабной пароход «Сайкё-мару» выручил разворот «Летучего отряда» перед выходом китайского подкрепления («Пинъюань», «Гуанбин» и миноносцы). После 14:00 два японских отряда закружили вокруг рассеянной эскадры. Хотя сверхтяжёлые 12,5-дюймовые орудия Канэ на крейсерах типа «Мацусима» отказали, а взрыв от 12-дюймовых снарядов вывел из строя флагман «Мацусима» (около 100 выбывших, переход Ито на «Хасидатэ»), в 15:20 огонь японцев погубил пошедший на таран «Чжиюань» капитана Дэн Шичана, а затем перевернулся расстрелянный «Ёсино» и «Такатихо» крейсер «Цзинъюань»; на «Лайюане» экипаж затопил погреба и несколько часов тушил пожары, сохранив управляемость. После отражения торпедной атаки миноносцев и расхода снарядов эскадры разошлись к сумеркам: Ито вернулся к устью Тэдонгана, а Дин отвёл остатки флота на ремонт в Люйшунь.
Решающие факторы, вооружение и потери сторон
Исход битвы предопределили превосходство в скорости, гибкое управление в кильватерном строю и массированный огонь скорострельной среднекалиберной артиллерии с фугасами, которые буквально сметали небронированные палубы и надстройки. В то же время сражение подтвердило стойкость тяжёлой брони: усиленные мешками с песком и углём «Динъюань» и «Чжэньюань» выдержали соответственно 159 и 220 попаданий и остались на плаву, тогда как китайские бронебойные болванки без надёжных разрывных зарядов (например, 10-дюймовый снаряд с «Пинъюаня» на «Мацусиме») часто не взрывались.
Япония не потеряла ни одного корабля (4 были серьёзно повреждены — «Мацусима», «Хиэй», «Акаги», «Сайкё-мару», 2 — легко) при потерях около 180 убитых и 200 раненых. Китай лишился пяти крейсеров — «Чжиюань», «Цзинъюань», «Чаоюн», «Янвэй» и посаженного на скалы «Гуанцзя» — и потерял, по разным оценкам, от 650 до 850 моряков погибшими и около 500 ранеными.
Дипломатические и стратегические последствия
Тактически адмирал Дин прикрыл высадку десанта и сохранил оба броненосца, однако стратегически победа осталась за Токио. Потрясённый потерей пяти кораблей цинский двор лишил Дина и Ли Хунчжана наград и запретил Бэйянскому флоту выходить в море, заперев его сначала в Люйшуне, а затем в гавани Вэйхайвэя (где остатки эскадры погибли зимой 1895 года). Безраздельное господство в Жёлтом море обеспечило японским армиям переброску дивизий в Маньчжурию и взятие Порт-Артура.
Весть о сражении вызвала широкий отклик на первых полосах европейских газет (включая «Таймс», «Тан» и «Санкт-Петербургские ведомости») и детальный разбор в трудах военно-морских теоретиков (в том числе Альфреда Тайера Мэхэна и Хилари Герберта). Первое крупное эскадренное сражение паровых флотов со времён Лиссы (1866) — и первая морская битва, запечатлённая на фотографиях, — окончательно похоронило доктрину фронтальной свалки и тарана, утвердив линейную тактику кильватерных колонн, взаимодействие манёвренных отрядов и необходимость сочетать в новых кораблях тяжёлую броню и главный калибр со скорострельной артиллерией среднего калибра.
