Оперативная обстановка перед боем на Адде
Весной 1796 года, на начальном этапе Итальянской кампании, командующий французской Итальянской армией генерал Наполеон Бонапарт серией стремительных манёвров отделил войска Королевства Сардиния от австрийцев (после победы при Монтенотте) и принудил Пьемонт к выходу из войны. Развернувшись против габсбургской армии фельдцейхмейстера Иоганна-Петера Больё, удерживавшей растянутый кордон по линии Буффалора — Павия — Фомбио, Бонапарт обманул противника и 7–8 мая форсировал реку По у Пьяченцы и Фомбио, создав прямую угрозу австрийским коммуникациям между Миланом и наследственными землями Габсбургов.
Чтобы не оказаться отрезанным, Больё отдал приказ о немедленном отходе на восток за реку Адду (левый приток По): главные колонны потянулись форсированным маршем через Лоди к Креме, тогда как корпус Колли отступал от Буффалоры на Кассано. Для прикрытия переправы армии и сдерживания французов в течение суток у Лоди был оставлен фельдмаршал-лейтенант Карл Филипп Зеботтендорф (6 577 солдат непосредственно у моста, не считая отдельных отрядов генерала Франца Николетти численностью 1 958 человек у Корте-Палазио и 1 092 неаполитанских кавалеристов у Фонтаны). Стремясь отсечь Колли от Больё, Бонапарт 9 мая направил прямо на Лоди элитный авангард Клода Дальманя (3 тысячи гренадеров и карабинеров) и дивизию Андре Массены — всего около 17,5–18 тысяч человек (15,5 тысячи пехоты и 2 тысячи кавалерии); следом из Боргетто подтягивалась дивизия Ожеро, а Лагарп и Серюрье выдвигались соответственно к Пиццигеттоне и через Павию на Милан.
Местность, артиллерийская дуэль и штурм моста
Слабо укреплённый город Лоди стоял на правом (западном) берегу Адды, а единственным переходом на открытый левый берег служил узкий деревянный мост на сваях длиной около 180 метров (порядка 200 ярдов) с бревенчатым настилом. Около 9 утра 10 мая французский авангард настиг арьергард генерал-майора Йозефа Филиппа Вукасовича (два батальона карлштадтских граничар), к полудню сменённый прикрывающим отрядом генерал-майора Герхарда Розельмини (батальон пехотного полка Надашди № 39 и два эскадрона улан Месароша). Натиском французы овладели городом и отбросили австрийцев за Адду. Зеботтендорф счёл дневное отступление опасным и развернул на левом берегу девять батальонов в две линии: в первой стали граничары (два батальона карлштадтцев и батальон вараждинцев), полк Надашди и батарея из 14 орудий, взявшая мост под продольный прицел; во второй линии стояли три батальона полка Терци № 16, по батальону полков Бельджойозо № 44 и Турна № 43, гусары эрцгерцога Иосифа, уланы Месароша и четыре эскадрона неаполитанской кавалерии.
Попытку австрийских сапёров сжечь или разрушить деревянный настил (описанную в журнале кампаний участника штурма Франсуа Виго-Руссийона) сорвали первые две французские пушки, в 11 часов утра выдвинутые на городской вал для продольного огня вдоль моста. Дождавшись подхода главных колонн, во второй половине дня Бонапарт установил на валах вдоль берега 28–30 тяжёлых и полевых орудий (по свидетельству очевидцев, лично участвуя в наводке под ружейным огнём неприятеля) и открыл яростную канонаду, вынудившую австрийскую пехоту отойти от предмостной позиции. Одновременно конница генерала Марка-Антуана де Бомона с лёгкой артиллерией была отправлена в 2 км к северу для перехода Адды вброд и выхода во фланг Зеботтендорфа.
Около 18–19 часов, когда огонь австрийской батареи несколько ослаб, внутри городских стен была выстроена ударная колонна из 3 тысяч отборных солдат со 2-м батальоном карабинеров и гренадерами во главе. Вырвавшись из ворот на 180-метровый мост, голова колонны на середине пути попала под уничтожающий картечный залп с левого берега и замерла в заторе из тел (причём авторитетные австрийские источники подтверждают единый стремительный штурм, а не многократные откаты). В критическую минуту во главе колонны встали высшие офицеры — Андре Массена, начальник штаба Луи-Александр Бертье, Жан Ланн, Жан-Батист Сервони и Клод Дальмань. Увлечённые их примером бойцы — часть карабинеров спустилась по сваям в мелководье и перешла реку вброд, ведя стрельбу снизу — ворвались на противоположный берег и захватили австрийскую батарею. Измученные маршами без пищи и подавленные канонадой австрийцы, опасаясь отрезания кавалерией Бомона, поспешно отступили в наступивших сумерках по дороге на Крему под прикрытием стойкого арьергарда (где погиб командир 16-го полка полковник граф Аттемс).
Решающие тактические факторы и потери сторон
Успех штурма у Лоди обеспечило сочетание подавляющего артиллерийского перевеса — до 30 французских пушек с возвышенных городских валов против 14 австрийских орудий не только не дали разрушить переправу, но и расстроили вражескую пехоту ещё до атаки — с обходной угрозой кавалерии Бомона через северный брод и исключительной личной отвагой французского генералитета в момент кризиса на мосту.
Разница потерь отразила итог схватки: австрийский корпус лишился 21 офицера и 2 015 рядовых (около 2 тысяч человек) убитыми, ранеными и пленными, 235 лошадей, 12 пушек, 2 гаубиц (всей предмостной батареи) и 30 зарядных ящиков. Урон французской армии оценивается в источниках от 350 человек (по официальным рапортам) до примерно 900 солдат и офицеров.
Военно-политические последствия и рождение легенды
В оперативном смысле бой при Лоди не стал полным окружением: армия Больё успела отойти к Креме и далее к реке Минчо. Однако политические и стратегические плоды оказались решающими: австрийцы оставили Ломбардию до линии Адды и Арды, крепость Пиццигеттоне вскоре капитулировала, герцог Моденский подписал с Бонапартом мирный договор, а 15 мая 1796 года французская армия торжественно вступила в Милан, утвердив контроль Парижа над богатейшей провинцией Северной Италии.
Не менее значимым был морально-психологический эффект. Солдаты, видевшие хладнокровие командующего под обстрелом на батарее, нарекли Бонапарта прозвищем «Маленький капрал» (Le Petit Caporal). Сам Наполеон позднее признавал, что именно после штурма моста у Лоди окончательно поверил в своё особое полководческое предназначение, а этот бой стал одной из главных страниц наполеоновской легенды.
