Стратегическая обстановка и дипломатический разрыв
Разгромив войско Дария III при Иссе в ноябре 333 г. до н. э., Александр Македонский не стал сразу преследовать персидского царя в глубь Азии, а двинулся вдоль побережья Леванта. Главной стратегической целью похода являлось лишение мощного финикийско-персидского флота его средиземноморских баз, чтобы обезопасить морские коммуникации с Эгеидой и предотвратить перенос войны в Грецию. Крупные финикийские города Библ, Сидон и Арвад покорились без сопротивления, однако крупнейший торговый и морской центр региона — Тир — занял двойственную позицию.
По свидетельству Арриана, тирийские послы выразили готовность выполнять приказы Александра, но на требование царя войти в островной город и принести жертву своему мифическому предку Гераклу (в главном храме Мелькарта) народное собрание Тира ответило отказом, предложив совершить обряд на материке в Пале-Тире (Старом Тире) и заявив, что не пустит в город ни персов, ни македонян. Когда Александр направил повторное посольство, горожане, согласно Квинту Курцию Руфу, казнили послов и сбросили тела со стен в море. Тир располагался на скалистом острове примерно в 800–1000 м от берега, был защищён каменными стенами высотой до 45,8 м со стороны материка и двумя укреплёнными гаванями — северной Сидонской и южной Египетской. Вернувшийся с персидского флота царь Азимилк и население (около 40 тыс. человек) опирались на островное положение, сильный флот и обещания помощи от Карфагена — бывшей тирийской колонии. Ход осады детально изложен у Арриана, Диодора Сицилийского, Квинта Курция Руфа, Плутарха и Юстина (альтернативная версия внезапного захвата оставлена у Полиэна).
Этапы осады: мол, брандер и морская блокада
В январе 332 г. до н. э. под руководством главного военного инженера Диада Пеллийского македоняне приступили к строительству каменного мола шириной около 60 м от материка к острову. Десятки тысяч рабочих вбивали сваи в илистое дно, доставляя камень из развалин Старого Тира и кедровый лес с Ливанских гор. По мере приближения дамбы к стенам пролив становился глубже, а строители попадали под постоянный обстрел катапульт со стен и маневрирующих тирийских триер. Для защиты работ македоняне установили плоты и щитовые экраны, а к оконечности насыпи выдвинули две деревянные осадные башни высотой около 50 м, обтянутые сырыми кожами от зажигательных стрел и оснащённые катапультами и баллистами.
Критический перелом первого этапа произошёл, когда Александр возглавил карательную экспедицию в горы Антиливана против арабских племён, нападавших на заготовителей леса. Воспользовавшись его отъездом, тирийцы переоборудовали старый конный транспортник в брандер: наполнили корпус хворостом, смолой и серой, подвесили к мачтам котлы с маслом и, притопив корму для поднятия носа, направили горящее судно на македонские башни. Пламя охватило укрепления, выплывшие на челноках и триерах тирийцы отогнали пожарные команды, а усилившийся ветер и волны разрушили оконечность мола. По Курцию Руфу, Александр даже колебался, не снять ли осаду (тогда же, по Арриану, послы Дария III предложили мир со Статирой и землями до реки Галис, отклонённый царем вопреки совету Пармениона), но подход подкреплений Клеандра укрепил его решимость.
Распорядившись возвести новую, более широкую дамбу, Александр отправился в Сидон собирать флот. К нему присоединились эскадры Сидона, Библа (царь Эниэл), Арвада (царь Герострат), киликийских Сол, Родоса, Ликии, Ионии и 120 кораблей киприотских царей — всего 223–225 судов по Арриану (190 по Курцию Руфу). Союзный Карфаген, связанный войной на Сицилии, ограничился приёмом эвакуированных женщин и детей. Загнав уступавший им тирийский флот в гавани, киприоты под началом наварха Андромаха заблокировали северную Сидонскую гавань, а финикийцы — южную Египетскую. В ходе дерзкой полуденной вылазки тирийцы потопили флагман кипрского царя Пнитагора, но Александр, пропустивший в тот день послеобеденный отдых, обогнул остров и перехватил возвращавшиеся корабли.
Решающие факторы и потери сторон
Решающий успех принесло сочетание осадной инженерии, плотной морской блокады и десантных штурмовых судов. Подавив вылазки, македоняне переделали тихоходные галеры и баржи в плавучие артиллерийские платформы и носители таранов. Мешавшие подходу к стенам крупные подводные камни расчистили кораблями-кранами, а когда тирийские водолазы начали перерезать якорные канаты, Александр заменил их железными цепями. Защитники метали со стен камни, спускали раскалённый песок и вывешивали амортизирующие мешки, однако плавучие тараны прощупали уязвимый участок у южной стены острова.
После пробития первой бреши неудачный частный приступ был отбит, но спустя несколько дней в июле–августе 332 г. до н. э. (в афинский месяц гекатомбеон) последовал общий скоординированный штурм с моря. К пролому подошли два штурмовых корабля: с полком астетайров под началом Кена и корпусом гипаспистов во главе с Адметом. Адмет первым взошёл по перекидным мостам на стену и пал в бою, однако ворвавшиеся вслед за ним подразделения при личном участии Александра захватили башни и сломили сопротивление в ожесточённых уличных схватках (в традиции Полиэна отмечена также альтернативная версия штурма со стороны суши). Потери защитников оказались сокрушительными: при штурме погибло 6–8 тыс. тирийцев (по Курцию и Арриану), ещё 2 тыс. юношей были казнены на берегу в отместку за казнь македонских пленных, а от 13 до 30 тыс. горожан и чужеземцев проданы в рабство. Официальные потери македонян у Арриана составили 400 убитых — цифра, вероятно, заниженная, но превышающая его же данные о потерях при Гранике и Иссе.
Дипломатические и геостратегические последствия
Захватив город, Александр пощадил царя Азимилка, знать и карфагенских послов, искавших убежища в святилище Мелькарта; по Курцию Руфу, Карфагену царь объявил войну с отложенным исполнением. Гарнизон Тира возглавил Филота, а за Азимилком сохранили лишь формальные права (Б. Г. Гафуров, Д. И. Цибукидис и Ю. Б. Циркин связывают пощаду с желанием удержать лояльность финикийской знати).
Семимесячная задержка дала персам шанс начать контрнаступление в Малой Азии, но три победы Антигона сорвали их план отрезать македонян от Греции. Падение Тира уничтожило средиземноморскую базу персидского флота и открыло путь на Газу и в Египет, а дамба Диада Пеллийского из-за береговых наносов навсегда превратила остров Тир в полуостров (совр. Сур).
