Предпосылки и стратегическая обстановка
Война за испанское наследство, вспыхнувшая в 1701 году из-за претензий Бурбонов и Габсбургов на испанский трон после смерти бездетного Карла II, к 1708 году зашла во Фландрии в стратегический тупик после сокрушительных побед Великого союза при Бленхейме (1704) и Рамильи (1706). Стремясь перехватить инициативу, Людовик XIV собрал в Испанских Нидерландах (в районе Монса) армию в 85–100 тысяч человек (130 батальонов, 216 эскадронов), но разделил командование между своим внуком, герцогом Людовиком Бургундским, и опытным полководцем маршалом Луи-Жозефом де Вандомом, находившимися в острой неприязни. Им противостояли 80–90 тысяч союзников герцога Джона Мальборо южнее Брюсселя, к которым от Кобленца спешил принц Евгений Савойский.
В мае 1708 года, отклонив план Вандома атаковать Юи, французы двинулись к Брэн-л'Аллё в 25 км к югу от Брюсселя, угрожая Лёвену, но более месяца простояли на месте, позволив авангарду Евгения переправиться через Рейн. Лишь 5 июля 1708 года французская армия внезапно бросилась на запад и при поддержке профранцузских горожан заняла Брюгге и Гент (около 300 британских солдат несколько дней удерживали гентскую цитадель), взяв под контроль почти всё течение реки Шельды. В руках союзников осталась одна крепость Ауденарде, падение которой отрезало бы Мальборо от побережья и Англии. Когда 8 июля французы выступили к Лессену для обхода крепости, Мальборо упредил их стремительным форсированным маршем, заняв Лессен 10 июля. Высланный вперёд 11-тысячный авангард генерал-квартирмейстера Уильяма Кэдогана утром 11 июля навёл через Шельду пять понтонных мостов севернее Ауденарде (оставив 4 батальона для их охраны), и союзная армия начала переправу прежде, чем в девять часов утра её заметили французские фуражиры.
Местность, построение сил и ход сражения
Сражение развернулось с ходу как встречный бой среди живых изгородей, перелесков и заболоченной поймы ручья Норкен западнее Шельды. Драгуны датского генерала Йоргена Рантсау (в рядах которых сражался будущий британский король Георг II) сбили передовых французских разведчиков, а командир французского авангарда Шарль-Арман де Гонто-Бирон (7 батальонов швейцарских наёмников и 20 эскадронов) заколебался перед предупреждением о болотистости грунта, позволив 20 прусским эскадронам и первой британской бригаде герцога Аргайла занять высоты у Эйне и разгромить изолированных швейцарцев.
Около 16:00 вопреки протестам Вандома герцог Бургундский бросил в атаку правое крыло у Эйне против прусской кавалерии Дубислава Гнеомара фон Натцмера, тогда как левое крыло у Хэйссе и крупные массы войск севернее Норкена так и не получили приказа на наступление. Вместо общего руководства маршал Вандом лично с эспонтоном в руках повёл в рукопашную 12 пехотных полков и лишился контроля над полем боя, а гонец с отказом Бургундского атаковать левым крылом не доставил донесения. Напротив, у союзников голландские полевые депутаты Сикко ван Гослинга и Адольф Хендрик ван Рехтерен, после ночного падения Мальборо с лошади сочли его состояние подавленным и убедили Евгения Савойского разделить секторы командования. Евгений возглавил правое крыло, а Мальборо — левый фланг, где 18 свежих гессенских и ганноверских батальонов сменили 20 прусских батальонов Карла фон Лоттума, переброшенных на выручку Евгению.
К исходу дня подошёл 25-тысячный голландский корпус Хендрика ван Нассау-Оверкирка, задержанный на час из-за обрушения перегруженных понтонов и перехода по каменному мосту Ауденарде. Пока конница Евгения прорывалась к штабу Бургундского и отбивалась гвардией «Мезон дю Руа», Оверкирк направил две передовые бригады Конрада Века через лесную просеку к левому флангу Мальборо, а основные силы пустил в широкий охват. Увидев промедление генерала Оксеншерны на участке пересечённой местности, энергичный Сикко ван Гослинга и принц Оранский лично повели в атаку около 10 000 швейцарских и голландских пехотинцев, сбивших французов со склона. Швейцарские батальоны хладнокровно подпустили гвардейскую конницу «Мезон дю Руа» в упор с примкнутыми штыками и рассеяли её залпами, а голландская конница графа Тилли отрезала дорогу на Кортрейк. Лишь темнота и случайный дружественный огонь сомкнувшихся в сумерках крыльев самих союзников (пресечённый Евгением и принцем Оранским) спасли остатки французов от полного пленения.
Решающие факторы и потери сторон
Битва при Ауденарде вошла в военную историю как образец встречного боя, выигранного оперативной мобильностью и слаженным управлением. Стремительные марши Мальборо, быстрое наведение пяти понтонных мостов Кэдоганом и гибкая ротация полков между флангами позволили навязать противнику битву с марша, а огневая дисциплина голландско-швейцарской пехоты нейтрализовала элитную кавалерию. Напротив, паралич французского двоевластия (конфликт Бургундского и Вандома) и непроверенная оценка поймы Норкена оставили в бездействии почти половину французской армии.
Франция потеряла 14 000–15 000 человек (около 6 000 убитыми и ранеными, 8 000 пленными; по статье «ЭСБЕ» — около 12 000) и 25 орудий. Потери Великого союза оказались многократно ниже — менее 3 000 человек по англо-голландским реляциям, хотя Г. Бодар оценивал их выше, до 6 000 человек.
Дипломатические и стратегические последствия
Отступившая в полном разброде к Генту французская армия утратила стратегическую инициативу, а Вандом и герцог Бургундский окончательно рассорились. Победа укрепила легендарное полководческое сотрудничество Мальборо и Евгения Савойского (отмечавшего блеск всей кампании 1708 года) и открыла союзникам путь к штурму северной границы Франции. Уже летом того же года союзная армия осадила мощнейшую крепость Европы — Лилль: сам город капитулировал 22 октября, а цитадель маршала Буффлера пала 10 декабря 1708 года. Отразив удар по Брюсселю и вернув Брюгге с Гентом, коалиция освободила почти все Испанские Нидерланды.
