Предпосылки и исторический контекст
Затянувшаяся централизация французского государства при Генрихе IV и особенно при кардинале Ришельё (1624–1642) опиралась на расширение полномочий Государственного совета, посылку в провинции королевских комиссаров-интендантов с 1635 года, урезание прав провинциальных штатов и срытие укреплённых дворянских замков. Со времени последнего созыва Генеральных штатов в 1614 году у сословий не осталось общенационального представительного органа. Однако смерть Людовика XIII в мае 1643 года и наступление регентства Анны Австрийской при малолетнем Людовике XIV (1643–1715) временно ослабили центральную власть, породив надежды на откат к сословно-аристократической или судебной системе сдержек.
Непосредственным детонатором кризиса стала изнурительная финансовая политика первого министра кардинала Джулио Мазарини, продолжавшего дорогостоящую войну с Испанией после Вестфальского мира 1648 года. Рост прямых и косвенных налогов (тальи, габели, откупных сборов), невыплаты по государственным рентам, введение новых налоговых эдиктов (включая попытки обложить парижских домовладельцев и принудительно продлить выкуп наследственности судебных должностей — полетту) и массовые крестьянские бунты в провинциях объединили недовольство самых разных слоёв: наследственного судейского чиновничества («дворянства мантии»), ремесленников и буржуа Парижа, а также отстранённой от власти родовитой аристократии («дворянства шпаги»).
Ход событий и ключевые механизмы
Первый этап: Парламентская фронда (1648–1649)
Ведущую роль на первом этапе смут, получивших ироническое название «Фронда» (от названия детской игры с пращой, запрещённой полицией), сыграл Парижский парламент — высшая судебная палата королевства, обладавшая правом регистрации королевских указов и подачи ремонстраций:
- Хартия Сен-Луи (май — июль 1648): Четыре верховные судейские палаты Парижа объединились в Палату Сен-Луи и выработали программу из 27 статей — требование отменить институт королевских интендантов, снизить талью на четверть, запретить взимание не зарегистрированных парламентом налогов и гарантировать личную неприкосновенность подданных (запрет внесудебных арестов более чем на 24 часа).
- День баррикад (26–28 августа 1648): Попытавшись перехватить инициативу после победы принца Конде при Лансе, Мазарини и регентша арестовали популярного советника парламента Пьера Брусселя и президента Потье де Бланмениля. Парижане перекрыли город цепями и построили свыше тысячи баррикад, вынудив двор освободить арестованных, а затем в ночь на 6 января 1649 года бежать из столицы в Сен-Жермен.
- Блокада Парижа и Рюэльский мир (январь — март 1649): Королевские войска во главе с Конде осадили мятежный Париж, но судейская верхушка испугалась как радикализма городских низов, так и примера только что свершившейся казни Карла I в Англии. 11 марта 1649 года в Рюэле был заключён компромиссный мир: двор подтвердил уступки в налоговой сфере и амнистию, а парламент сложил оружие.
Второй этап: Фронда принцев и крушение мятежа (1650–1653)
Спасший двор принц Людовик II Конде потребовал для себя решающего влияния на правительство и столкнулся с Мазарини. В январе 1650 года кардинал приказал арестовать Конде, его брата Конти и зятя Лонгвиля, что спровоцировало открытый мятеж феодальной аристократии:
- Союз двух Фронд и бегство Мазарини (1651): Старая парламентская оппозиция (во главе с коадъютором Парижа Полем де Гонди, будущим кардиналом де Рецем) и сторонники принцев объединились. Мазарини был вынужден освободить Конде и в феврале 1651 года удалиться в изгнание в Брюль (близ Кёльна), откуда продолжал руководить политикой королевы.
- Кульминация гражданской войны (1652): Вступив в союз с Испанией, Конде двинулся на Париж. В Бордо власть захватила радикальная городская группировка «Орме». Однако в решающем сражении в Сен-Антуанском предместье у стен Парижа (2 июля 1652 года) верный королю маршал Тюренн прижал армию Конде к городским воротам; мятежников спасла лишь принцесса Анна де Монпансье («Великая мадемуазель»), приказавшая открыть ворота и обстрелять королевские полки из пушек Бастилии.
- Победа монархии (1652–1653): Бесчинства войск Конде, террор в Париже, экономическая разруха и предательский сговор знати с Испанией оттолкнули от Фронды горожан и большинство парламентариев. 21 октября 1652 года 14-летний Людовик XIV (объявленный совершеннолетним ещё в сентябре 1651 года) триумфально вернулся в Париж, в феврале 1653 года туда возвратился Мазарини, а в августе 1653 года капитулировал последний оплот мятежников — Бордо.
Источниковедческая база и свидетельства
Эпоха Фронды оставила исключительный по объёму и яркости комплекс источников. Политическая борьба сопровождалась беспрецедентной информационной войной: в Париже и провинциях были напечатаны тысячи сатирических памфлетов и брошюр против первого министра — так называемых «мазаринад» (Mazarinades, собрание которых насчитывает свыше четырёх тысяч изданий), отражающих как конституционные аргументы парламентариев, так и народные настроения и пропаганду принцев.
Законодательную канву конфликта фиксируют постановления Парижского парламента (Arrêts du Parlement), королевские декларации от июля — октября 1648 года, тексты Рюэльского договора (1649) и документы Государственного совета, изученные в российских и французских архивах (включая собрание бумаг канцлера Сегье). Незаменимым, хотя и глубоко субъективным свидетельством остаются мемуары непосредственных участников событий — «Мемуары» кардинала де Реца, записки герцога де Ларошфуко, «Мемуары» «Великой мадемуазель» де Монпансье и секретные записные книжки самого кардинала Мазарини (Carnets), позволяющие сопоставить публичные манифесты с подлинными расчётами придворной дипломатии.
Исторические итоги и долгосрочное значение
Поражение Фронды стало окончательным переломом в многовековой борьбе между сословно-феодальной децентрализацией и абсолютистской государственностью во Франции:
- Подавление политических амбиций парламентов и знати: Уже в октябре 1652 года королевским эдиктом Парижскому парламенту запретили вмешиваться в государственные и финансовые дела (окончательно право предварительной ремонстрации было отнято в 1665–1673 годах, а само слово «ремонстрация» изгонялось из официальной лексики). Феодальная аристократия лишилась собственных крепостей и региональных клиентел, постепенно превратившись при Людовике XIV в блестящее, но политически подконтрольное придворное дворянство Версаля.
- Окончательная консолидация бюрократического абсолютизма: После смерти Мазарини в марте 1661 года Людовик XIV упразднил пост первого министра и взял правление в свои руки. Детские воспоминания о бегстве из мятежного Парижа определили его пожизненное недоверие к столице, строительство загородной резиденции в Версале и опору на всевластных провинциальных интендантов, регулярную армию военного министра Лувуа и меркантилистскую экономическую политику Кольбера.
- Внешнеполитический реванш: Усмирение внутренних смут и примирение с бежавшим к испанцам Конде на условиях Пиренейского мира (1659) позволили Франции закрепить за собой статус ведущей державы Европы на вторую половину XVII века.
Дискуссии и оценки в историографии
О природе Фронды на протяжении почти двух столетий не прекращаются методологические споры. Либеральная и классическая французская историография XIX — первой половины XX века нередко воспринимала Фронду как незрелую и пародийную «революцию-неудачницу», лишённую глубоких идеалов на фоне современной ей Английской революции, или как эгоистическую авантюру интриганов-аристократов (от Ж. Мишле до П. Губера). В советской историографии разгорелась знаменитая дискуссия между Б. Ф. Поршневым и А. Д. Люблинской: Поршнев (1948, 1970) рассматривал Фронду как кульминацию антифеодальных народных восстаний 1623–1648 годов и сближал её с ранней «неудавшейся буржуазной революцией», тогда как Люблинская критиковала преувеличение буржуазной зрелости «дворянства мантии» и доказывала, что дворянско-судейская оппозиция защищала сословные корпоративные привилегии, а не новый общественный строй.
Современные исследователи — как западные (А. Ллойд Мут, Р. Бонни, И.-М. Берсе, Дж. Хёрт), так и российский историк В. Н. Малов (2009) — преодолевают прежнее противопоставление «революции» и «фарса». Малов показал, что в 1648–1649 годах столкнулись две альтернативные модели эволюции французской монархии: бюрократический министерский абсолютизм (диктатура первого министра и интендантов) и судебно-конституционная монархия «упорядоченного» типа под контролем верховных судов. Провал союза парламента с принцами и массовыми городскими движениями, а также страх собственников перед английским сценарием цареубийства предопределили победу абсолютизма «Великого века», заложив одновременно противоречия, приведшие Старый порядок к революции 1789 года.