Предпосылки и исторический контекст
К началу VI в. до н. э. Афины, завершившие к тому времени объединение Аттики (синойкизм), переживали острейший социальный и политический кризис. Власть в полисе безраздельно принадлежала родовой эвпатридской аристократии, из среды которой ежегодно избирались девять архонтов, переходившие затем пожизненно в Совет Ареопага. Народное собрание играло второстепенную роль, а основная масса земледельческого населения (демоса) стремительно теряла экономическую самостоятельность. Большая часть пахотных угодий концентрировалась в руках крупных землевладельцев; разорившиеся крестьяне обрабатывали участки на кабальных условиях, превращаясь в гектеморов («шестидольников» — отдававших, по разным трактовкам, либо пять шестых, либо шестую часть урожая) или пелатов. Неисправные должники подлежали продаже в рабство вместе с семьями, в том числе за пределы Аттики, а поля бедняков покрывались закладными каменными столбами — хорами.
Напряжение усугублялось расколом среди самих аристократических группировок после Килоновой смуты и внешнеполитическими неудачами, включая затяжную войну с Мегарами за стратегический остров Саламин. Одновременно в Аттике формировалась прослойка зажиточных торговцев, ремесленников и владельцев мастерских, лишённых политических прав из-за отсутствия знатного происхождения. Полис стоял на грани открытой гражданской войны и установления тирании. В этой обстановке обе враждующие стороны согласились доверить арбитраж Солону — представителю знатного, но обедневшего рода Кодридов, снискавшему репутацию мудрого политика, патриотического элегического поэта (своим выступлением вдохновившего афинян на отвоевание Саламина и инициировавшего Первую Священную войну в защиту Дельф) и независимого от родовых клик человека, не запятнанного корыстолюбием.
Ход событий и ключевые механизмы
Избранный на 594/593 г. до н. э. архонтом-эпонимом с чрезвычайными полномочиями «примирителя и законодателя» (диаллакта и номофета), Солон избрал стратегию «эвномии» (благозакония) и компромисса, отказавшись как от уступок радикалам, требовавшим полного передела земли, так и от установления единоличной тирании, к которой его подталкивали сторонники.
Сисахфия и аграрно-экономические преобразования
- «Стряхивание бремени» (сисахфия): первым указом Солон аннулировал все долги, обеспеченные землёй или личностью должника, снял с аттических полей долговые столбы-хоры, освободил порабощённых на родине должников, выкупил на государственные средства афинян, проданных в рабство за границу, и навсегда запретил давать ссуды под залог личной свободы гражданина.
- Регулирование землевладения и хозяйства: Солон установил предельный максимум земельной собственности, чтобы сдержать обезземеливание крестьян, запретил вывоз из Аттики любого продовольствия (прежде всего дефицитного зерна), кроме оливкового масла, стимулируя развитие оливководства и ремесла.
- Поощрение ремёсел и денежная реформа: ремесленникам-переселенцам из других полисов, переезжавшим в Афины семьями на постоянное жительство, предоставлялось гражданство; закон освобождал сыновей от обязанности содержать в старости отца, если тот не обучил их ремеслу. Для облегчения морской торговли с Эвбеей, Коринфом и Малой Азией Солон заменил прежнюю эгинскую систему мер, весов и монетной стопы более лёгкой эвбейской (в соотношении мины и драхмы, удобном для внешнеторговых расчётов).
- Закон о завещаниях: Солон разрешил бездетным гражданам свободно завещать своё имущество посторонним лицам, подорвав замкнутость родовой собственности.
Тимократическая реформа и новые органы власти
- Четыре имущественных разряда (ценза): вместо родовитости критерием политических прав стало богатство — размер годового дохода с земли в медимнах зерна или метретах масла и вина. К высшему разряду пентакосиомедимнов (доход от 500 медимнов) принадлежали кандидаты на посты архонтов и казначеев; ко второму — гиппеев (всадников, от 300 медимнов); к третьему — зевгитов (тяжёловооружённых гоплитов, от 200 медимнов), получивших доступ к ряду магистратур; к четвёртому — фетов (менее 200 медимнов), не занимавших должностей, но обладавших правом голоса в народном собрании (экклесии) и в суде.
- Совет Четырёхсот (булэ): был создан новый совещательный орган из 400 граждан (по 100 от каждой из четырёх древних аттических фил), предварительно готовивший повестку и законопроекты для народного собрания, уравновешивая тем самым влияние аристократического Ареопага.
- Народный суд (гелиея) и публичные иски: Солон учредил суд присяжных с участием всех граждан, включая фетов, допустил апелляцию на решения магистратов и предоставил любому гражданину право возбуждать публичный иск в защиту обиженного третьего лица, заложив идею гражданской солидарности.
Вся законодательная система была обнародована на вращающихся деревянных досках (кирбах и аксонах) и утверждена клятвой сроком на сто лет; сохранили действие лишь законы Драконта об убийствах. Стремясь избежать давления недовольных сторон, Солон оставил Афины и отправился в десятилетнее путешествие в Египет, на Кипр (где содействовал царю Сол Филокипру) и, по античной традиции, в Лидию.
Источниковедческая база и свидетельства
Исключительность солоновской эпохи для архаической Греции состоит в том, что о ней сохранился редчайший первоисточник от первого лица — поэтическое наследие самого реформатора. Из свыше пяти тысяч строк его элегий и ямбов до нас дошло около 283 стихотворных строк, сохранённых античными писателями и византийскими антологиями (прежде всего Стобеем, Плутархом и Аристотелем). В знаменитых политических стихотворениях («Благозаконие», «Саламин», ямбическом самооправдании «Моей свидетельницей перед судом времён да будет Чёрная Земля…») Солон прямо говорит об удалении долговых столбов-хоров, освобождении порабощённых афинян, возвращении проданных на чужбину и своей позиции «пограничного столба» между знатью и народом.
Наряду со стихами сохранились многочисленные фрагменты его законов (так называемых аксонов), цитируемых классическими аттическими ораторами IV в. до н. э. (Лисием, Эсхином, Демосфеном), хотя часть поздних ссылок носила риторически-идеализирующий характер. Систематическое описание реформ дали Аристотель в «Афинской политии» (гл. 5–12) и в «Политике» (кн. II), опиравшийся на афинских локальных историков-аттидографов IV в. до н. э. (в частности, Андротиона), а также Плутарх в биографии Солона, сохранивший ценнейшие детали о кирбах, законе о завещаниях и общественной этике законодателя. Напротив, рассказ Геродота (кн. I) о беседе Солона с лидийским царём Крёзом в Сардах представляет собой позднейшую нравоучительную легенду: Крёз вступил на престол ок. 560 г. до н. э., примерно через четверть века после архонтства Солона, хотя встреча афинянина с отцом Крёза Алиаттом теоретически не исключена.
Исторические итоги и долгосрочное значение
Реформы Солона не принесли Афинам немедленного гражданского мира: умеренный компромисс вызвал разочарование как эвпатридов, лишившихся монополии на власть и доходы с должников, так и радикального демоса, не получившего передела земли. После отъезда законодателя в Аттике возобновилась борьба группировок («равнины», «побережья» и «нагорья»), завершившаяся в 560 г. до н. э. установлением тирании родственника Солона Писистрата. Примечательно, однако, что ни тиран Писистрат, ни его сыновья не отменили законов Солона, сохранив их в основе полисного порядка и лишь обеспечивая избрание своих ставленников на должности.
Долгосрочные последствия преобразований 594 г. до н. э. стали определяющими для всей античной цивилизации. Полное упразднение долгового рабства для граждан создало прочный социальный барьер внутри полиса: отныне свободное крестьянство Аттики было защищено от закабаления, что в сочетании с ростом ремесленно-торгового сектора и экспорта оливкового масла обеспечило экономический подъём VI в. до н. э. Одновременно в Афинах возрос спрос на покупной рабский труд чужеземцев, ставший экономической базой классического полиса. Политически же замена принципа знатности принципом имущественного ценза, создание Совета Четырёхсот и включение фетов в состав экклесии и гелиеи открыли прямую дорогу реформам Клисфена (508/507 г. до н. э.) и последующей афинской демократии V в. до н. э., для которой Солон оставался почитаемым «отцом-основателем».
Дискуссии и оценки в историографии
В антиковедении XIX–XXI вв. интерпретация реформ Солона претерпела существенную эволюцию и до сих пор остаётся предметом острых научных дискуссий. Уже в отечественной и европейской науке начала XX в. (Р. Пёльман, В. П. Бузескул, Н. И. Кареев) велись споры о степени достоверности античной традиции (в частности, о характере досолоновской долговой кабалы и статусе гектеморов — являлись ли они арендаторами, платившими 1/6 или 5/6 урожая, либо же наследственно зависимыми держателями).
В советской историографии середины XX в. (С. Я. Лурье, Я. А. Ленцман) дискутировались как социально-классовая природа преобразований Солона (определявшихся Лурье как компромисс в условиях «революции» в Афинах, но в интересах торгово-ремесленной прослойки и формирующегося рабовладельческого класса), так и подлинность отдельных законов, приписанных реформатору афинскими ораторами IV в. до н. э. Современная российская и мировая историография (И. Е. Суриков, Э. Д. Фролов, С. Г. Карпюк, Х. Туманс, П. Дж. Родс, К. Раафлауб) подвергает критическому пересмотру даже устоявшиеся хронологические и институциональные схемы: ряд исследователей вслед за К. Хигнеттом допускают, что законодательная деятельность Солона могла происходить не строго в 594/593 г. до н. э., а растянуться до 570-х гг. до н. э., либо что часть полномочий Совета Четырёхсот и гелиеи оформлялась постепенно, но в то же время подтверждают подлинность главного ядра солоновского переворота — освобождения афинского гражданства от долговой кабалы и утверждения идеи правового единства полиса.
