Предпосылки и исторический контекст
Первое непосредственное знакомство римлян с Британией произошло во время походов Гая Юлия Цезаря в 55 и 54 гг. до н.э. Не ставя целью постоянную оккупацию, Цезарь наложил на племена юго-востока дань и вовлёк остров в сферу римской дипломатии и торговли. Последующие десятилетия Рим ограничивался системой клиентских связей: Август трижды планировал вторжение (в 34, 27 и 25 гг. до н.э.), но откладывал его, а географ Страбон отмечал, что таможенные пошлины с британской торговли приносят казне больше дохода, чем могла бы дать затратная военная оккупация.
К началу 40-х годов н.э. баланс сил на острове нарушился. Могущественное кельтское племя катувеллаунов после смерти царя Кунобелина под руководством его сыновей Каратака и Тогодумна перешло к активной экспансии, захватив земли триновантов со столицей Камулодунумом (совр. Колчестер) и изгнав проримского царя атребатов Верику, бежавшего в Рим за защитой. Это предоставило империи формальный повод для вмешательства.
Решающую роль сыграли внутриполитические мотивы самого Рима. В 40 г. н.э. император Калигула уже стянул крупные войска и выстроил маяк в Бононии (Булони), но отменил переправу через Ла-Манш. Его преемник Клавдий, неожиданно возведённый на престол преторианцами в 41 г. после убийства Калигулы, не имел военного авторитета и остро нуждался в громкой победе, которая затмила бы самого Цезаря. Дополнительным стимулом выступали экономические ресурсы острова: залежи свинца, серебра, олова и золота, а также поставки зерна, рабов и ценившихся в Риме охотничьих собак.
Ход событий и ключевые механизмы
Покорение Британии растянулось более чем на сорок лет и распадалось на несколько чётко различимых военно-административных этапов.
Высадка 43 года и капитуляция юго-востока
Весной 43 г. н.э. экспедиционный корпус численностью около 40 тысяч человек (легионы II Августов под командованием будущего императора Веспасиана, IX Испанский, XIV Парный и XX, усиленные вспомогательными отрядами и вновь созданным флотом Classis Britannica) под общим руководством консуляра Авла Плавтия переправился через Ла-Манш тремя эшелонами, преодолев первоначальный бунт солдат, боявшихся плыть «за пределы обитаемого мира».
- Речные сражения: Высадившись, вероятнее всего, у Рутупий (Ричборо в Кенте) или в районе Солента, римляне нанесли бриттам поражение в ожесточённом двухдневном бою на реке Медуэй, где перелом внесла переправа вплавь батавских ауксилиев и манёвр Гнея Госидия Геты. Отступившие к Темзе бритты вновь потерпели неудачу, а Тогодумн погиб.
- Триумфальный поход Клавдия: Авл Плавтий приостановил наступление и вызвал из Рима Клавдия. Прибыв с преторианской гвардией и, по свидетельству Диона Кассия, боевыми слонами, император лично возглавил марш на Камулодунум и принял капитуляцию одиннадцати британских правителей, после чего вернулся в Рим для празднования триумфа.
Продвижение на запад, восстание Боудикки и покорение Уэльса (44–78 гг.)
В 44–47 гг. Веспасиан со II легионом покорил юго-запад до Эксетера, а IX легион продвинулся на север к Линкольну; южная граница ранней оккупации оформилась вдоль стратегической дороги Фосс-Уэй. Новый наместник Публий Осторий Скапула перенёс войну в горы Уэльса, разбив организовавшего партизанскую борьбу Каратака (около 50 г. н.э.), которого выдала римлянам союзная царица бригантов Картимандуя.
- Разгром друидов и восстание Боудикки (60–61 гг.): При императоре Нероне наместник Гай Светоний Паулин в 60 г. взял штурмом остров Мона (Англси) — главный священный центр друидов. Однако в тылу вспыхнуло крупнейшее восстание иценов во главе с овдовевшей царицей Боудиккой, вызванное аннексией клиентского царства, поборами, насилием над её дочерьми и жёсткостью римских ветеранов. Восставшие сожгли Камулодунум, Лондиниум и Веруламиум, но были разгромлены Паулином в решающей битве (вероятно, у Уотлинг-стрит).
- Покорение севера Англии и Уэльса (69–78 гг.): Воспользовавшись междоусобицей у бригантов, наместник Квинт Петиллий Цериалис в 71–74 гг. подчинил север Англии вплоть до Карлайла, а Секст Юлий Фронтин (74–78 гг.) окончательно сломил силуров в Уэльсе, заложив легионную базу в Каэрлеоне.
Кампании Агриколы и установление северного рубежа (78–164 гг.)
Назначенный в 78 г. н.э. наместником Гней Юлий Агрикола завершил усмирение ордовиков и острова Англси, после чего предпринял серию стремительных походов в Каледонию (Шотландию). В 79–82 гг. он дошёл до залива Ферт-оф-Тей и возвёл сеть крепостей, а летом 83 (или 84) года при поддержке флота нанёс тяжёлое поражение объединённому войску каледонцев во главе с Калгаком в битве у Граупийских гор. Однако вскоре после отзыва Агриколы в Рим в 84 г. нехватка войск на дунайской границе заставила империю оставить недостроенную крепость Инчтутил и к 87 г. отступить на линию дороги Стейнгейт (между Карлайлом и Корбриджем). В 122–123 гг. по приказу императора Адриана здесь был возведён каменный Адрианов вал, а кратковременная попытка Антонина Пия продвинуть границу к валу Антонина (142–164 гг.) закончилась возвращением к рубежу Адриана.
Источниковедческая база и свидетельства
Главным литературным источником по римской экспансии на острове выступают сочинения Публия Корнелия Тацита, тесно связанного с провинцией через своего тестя Гнея Юлия Агриколу. Его монография «Жизнеописание Юлия Агриколы» (ок. 98 г. н.э.) содержит сжатый очерк завоевания с времён Цезаря до 84 года, этнографический экскурс о бриттах и подробное описание шотландских кампаний, хотя панегирический жанр заставляет историков критически проверять степень преувеличения личных заслуг Агриколы. В «Анналах» (кн. XII и XIV) Тацит подробно осветил борьбу Каратака, штурм Англси и драматическое восстание Боудикки.
Важнейшие сведения о высадке 43 года, разделении армии на три эшелона, битве на Медуэе и роли Клавдия, отсутствующие в дошедших до нас книгах Тацита, сохранил Дион Кассий («Римская история», кн. LX.19–23 и LXII.1–12), а также Светоний («Божественный Клавдий», 17; «Божественный Веспасиан», 4) и поздний компилятор Евтропий. Недостаток письменных сведений восполняется исключительно богатой археологией и эпиграфикой: фрагмент триумфальной арки Клавдия в Риме (CIL VI 920) подтверждает капитуляцию одиннадцати британских царей «без потерь», а свинцовые слитки из Мендипов, военные лагеря в Ричборо, Карлайле и на хребте Гаск позволяют датировать продвижение легионов с точностью до года. Уникальную картину повседневной службы пограничных гарнизонов дали деревянные письма-таблички из форта Виндоланда конца I — начала II века.
Исторические итоги и долгосрочное значение
Завоевание превратило Британию в одну из наиболее милитаризованных пограничных провинций империи: для её удержания требовалось три-четыре постоянных легиона и десятки вспомогательных когорт (свыше 10 % всей римской армии), что нередко делало британских наместников опасными претендентами на императорский престол (как Клодий Альбин или узурпаторы IV века). После 197 г. н.э. Север разделил провинцию на Верхнюю и Нижнюю Британию, а позднее она была реорганизована в четыре области диоцеза Британия.
В южной и центральной частях острова развернулась интенсивная романизация, наиболее заметная в среде местной кельтской знати. Возникли колонии ветеранов и города римского образца — Камулодунум, Линдум (Линкольн), Глевум (Глостер), Эборакум (Йорк), муниципий Веруламиум, а Лондиниум превратился в крупнейший торговый и административный центр провинции. Страну прорезала сеть мощёных военных дорог (Уотлинг-стрит, Эрмин-стрит, Фосс-Уэй), распространились латинская письменность, каменная архитектура терм и амфитеатров, а в сельской местности сформировалась вилловая экономика. В то же время горный север (Каледония) и Ирландия (Гиберния) так и не были покорены, а длительное римское владычество завершилось лишь в начале V века (около 407–410 гг.), когда в условиях распада Западной империи регулярные легионы были выведены на континент.
Дискуссии и оценки в историографии
На протяжении XX столетия концептуальное осмысление римского завоевания Британии претерпело глубокую трансформацию. Основоположник современной британо-римской археологии Фрэнсис Хэверфилд (1905) рассматривал процесс в духе либеральной империалистической традиции как благотворную и единообразную «романизацию», принесшую кельтам городскую цивилизацию, мир и право. С конца XX века эта модель подверглась серьёзной ревизии в постколониальной историографии (Дэвид Маттингли, Ричард Хингли, Мартин Миллетт): исследователи указывают на «разноречивый опыт» (discrepant experience) разных слоёв общества, подчёркивая жёсткую фискальную эксплуатацию, принудительные наборы в армию и поверхностность римской культуры за пределами романизированных элит и военных лагерей.
Не утихают и частные военно-исторические споры. Джон Мэнли и ряд современных британских археологов оспаривают традиционную локализацию главной высадки 43 года в Ричборо, опираясь на замечание Диона Кассия о плавании с востока на запад и допуская высадку части корпуса в районе Чичестера — Солента на землях союзника Верики. Пересмотрена также роль дороги Фосс-Уэй: если ранее её считали чётко оформленной ранней границей, то сегодня историки видят в ней прежде всего коммуникационную ось тылового снабжения. В отечественной науке (Н. С. Широкова, «Римская Британия», 2016) подробно исследована специфика кельто-римского культурного синтеза и сохранение традиционных верований под внешним покровом античного пантеона.
