Предпосылки и исторический контекст
Непосредственным импульсом к Третьему крестовому походу («Походу королей») стала геополитическая катастрофа латинского Востока летом—осенью 1187 года. Объединив под своей властью Египет, Сирию и значительную часть Верхней Месопотамии (Дамаск в 1174 г., Алеппо в 1183 г.), султан Салах ад-Дин (Саладин) окружил государства крестоносцев и 4 июля 1187 года нанёс сокрушительное поражение армии Иерусалимского королевства в битве при Хаттине. Потеряв полевое войско и реликвию Животворящего Креста, франки утратили почти все внутренние территории и важнейшие порты, а 2 октября 1187 года капитулировал сам Иерусалим. К началу 1188 года на палестинском побережье в руках христиан удерживались лишь Тир (благодаря прибытию Конрада Монферратского), Триполи и Антиохия.
Весть о падении Святого города вызвала на Западе беспрецедентную религиозно-политическую мобилизацию. 29 октября 1187 года недавно избранный папа Григорий VIII (сменивший скоропостижно умершего Урбана III) обнародовал энциклику Audita tremendi, интерпретировавшую утрату Иерусалима как кару за грехи всех христиан и призывавшую к всеобщему покаянию, семилетнему миру в Европе, отсрочке долговых обязательств и новому крестовому походу. Его дело энергично продолжил папа Климент III. В январе 1188 года при Жизоре английский король Генрих II и французский король Филипп II Август временно приостановили феодальную войну и приняли крест, введя для финансирования экспедиции чрезвычайный 10-процентный налог на доходы и движимое имущество — «Саладинову десятину». В марте 1188 года на майнцском «Сейме Христа» обет дал и император Фридрих I Барбаросса. После смерти Генриха II в июле 1189 года английское предприятие возглавил его сын и преемник Ричард I Львиное Сердце — блестящий воин, полководец и организатор, подчинивший все финансовые ресурсы своих англо-анжуйских владений подготовке морской экспедиции.
Ход событий и ключевые механизмы
Сухопутный поход Фридриха I и начало осады Акры (1189–1190)
Ещё до подхода западных королей летом 1189 года освобождённый Саладином король Ги де Лузиньян с остатками франкских сил и прибывшими по морю отрядами из Италии, Фландрии, Дании и Англии осадил ключевой порт Акра. Осада превратилась в затяжную войну на истощение: гарнизон Акры получал подкрепления от армии Саладина, расположившейся в тылу христианского лагеря, в то время как крестоносцев косили голод и эпидемии. Тем временем император Фридрих Барбаросса в мае 1189 года выступил из Регенсбурга по сухопутному дунайскому маршруту. Преодолев напряжённое противостояние с византийским императором Исааком II Ангелом на Балканах и разбив войска Румского султаната в Анатолии (под Филомелионом и у Икония в мае 1190 г.), 67-летний император 10 июня 1190 года внезапно утонул при переправе через реку Салеф (Гёксу) в Киликии. После этого германская армия распалась: лишь небольшой контингент под началом герцога Фридриха VI Швабского осенью 1190 года достиг Акры, где вскоре также потерял предводителя от болезни.
Экспедиция Филиппа II и Ричарда I, завоевание Кипра и взятие Акры (1190–1191)
- Зимовка в Сицилии и захват Кипра: Летом 1190 года Филипп II и Ричард I двинулись разными маршрутами к Средиземному морю и зазимовали в сицилийской Мессине, где соперничество между монархами резко обострилось (в том числе из-за притязаний Ричарда на приданое его сестры Иоанны — вдовы Вильгельма II Сицилийского). В то время как Филипп II отплыл прямо к Акре весной 1191 года, часть флота Ричарда в апреле—мае 1191 года была отнесена бурей к Кипру. Когда местный сепаратистский правитель Исаак Дука Комнин захватил выброшенные на берег корабли и попытался пленить невесту короля Беренгарию Наваррскую, Ричард за несколько недель завоевал весь остров, обеспечив крестоносцам надёжную тыловую базу снабжения.
- Взятие Акры (12 июля 1191 года): Прибытие Ричарда I 8 июня 1191 года со свежим флотом, осадными машинами и крупной казной переломило ход почти двухлетней осады. 12 июля 1191 года мусульманский гарнизон Акры капитулировал на условиях выкупа, возвращения христианских пленников и реликвии Животворящего Креста. Вскоре после этого в крестоносном стане произошёл глубокий раскол: Ричард, поддерживавший Ги де Лузиньяна против претендовавшего на трон Конрада Монферратского, оскорбил австрийского герцога Леопольда V Бабенберга, а больной Филипп II Август в августе 1191 года отплыл во Францию, оставив в Сирии лишь часть французского рыцарства. В августе 1191 года, после затягивания Саладином выплаты выкупа, Ричард приказал казнить около 2700 пленных мусульман у Айядии.
Победа при Арсуфе, маневры к Иерусалиму и Яффский мир (1191–1192)
- Фланговый марш и битва при Арсуфе (7 сентября 1191 года): Оставшись единоличным вождём похода, Ричард I организовал образцовый с точки зрения тактики марш вдоль берега из Акры к Яффе, прикрывая сухопутный фланг колонны плотным строем пехоты и арбалетчиков, а морской — кораблями снабжения. 7 сентября 1191 года близ Арсуфа армия Саладина попыталась спровоцировать рыцарей на преждевременную атаку и опрокинуть колонну. Выдержав многочасовой обстрел и в нужный момент бросив в контратаку ордены госпитальеров, тамплиеров и англо-нормандскую конницу, Ричард нанёс султану первое крупное полевое поражение.
- Два похода к Иерусалиму и дипломатия: Осенью 1191 — летом 1192 года армия крестоносцев дважды подступала к Иерусалиму (до Бейт-Нубы), однако оба раза Ричард и совет баронов отказывались от штурма, осознавая невозможность удержать удалённый от моря город без длинной линии снабжения и при неизбежном отъезде европейских рыцарей. Одновременно король и брат Саладина аль-Адиль вели интенсивные переговоры, включая дерзкий проект брака сестры Ричарда Иоанны и аль-Адиля.
- Бои за Яффу и Яффский мир (сентябрь 1192 года): Воспользовавшись временным отходом короля к северу, Саладин в конце июля 1192 года внезапно атаковал Яффу и взял город, но 1–5 августа Ричард I дерзкой морской высадкой с малыми силами отбил крепость и удержал её против превосходящих сил айюбидов. Понимая взаимное истощение армий и получая тревожные вести об интригах своего брата Иоанна и Филиппа II в Европе, 2 сентября 1192 года Ричард I заключил с Саладином Яффский мир (перемирие сроком на три года и восемь месяцев). 9 октября 1192 года английский король покинул Палестину.
Источниковедческая база и свидетельства
Третий крестовый поход уникален по обилию и взаимной дополняемости свидетельств очевидцев как с европейской, так и с мусульманской стороны, что позволяет проследить не только военные операции, но и тонкости дипломатических переговоров. Основным латинским памятником для англо-нормандской кампании служит хроника Itinerarium Peregrinorum et Gesta Regis Ricardi («Странствие пилигримов и деяния короля Ричарда»), составленная в окончательном виде в начале XIII века Ричардом де Темпло на основе дневников очевидца и старофранцузской рифмованной поэмы трувера Амбруаза Estoire de la guerre sainte («История священной войны»). Оба текста передают мельчайшие подробности осады Акры, построения колонны при Арсуфе, личной храбрости Ричарда I и бытовых тягот армии. Дополняют их французские и английские хронисты — Ригорд и Гийом Бретон (отразившие позицию двора Капетингов), Роджер Ховеденский (участник похода до лета 1191 г.) и Ральф де Дисето.
Экспедицию Фридриха Барбароссы освещают два выдающихся немецких очевидческих сочинения: Historia de expeditione Friderici imperatoris (приписываемая австрийскому клирику Ансберту) и Historia peregrinorum, фиксирующие дипломатию в Нюрнберге, столкновения с Византией и гибель императора, а также византийский историк Никита Хониат, передающий взгляд Константинополя. Наконец, мусульманская традиция представлена блестящими трудами ближайших сподвижников Саладина — его военного судьи (кади) Баха ад-Дина ибн Шаддада и личного секретаря Имад ад-Дина аль-Исфахани, а также монументальной историей Ибн аль-Асира. Арабские тексты, особенно записи Баха ад-Дина о посольствах Ричарда и аль-Адиля, раскрывают стратегию Саладина, внутреннюю усталость эмиров от затяжной войны и взаимное уважение двух главных противников.
Исторические итоги и долгосрочное значение
Итоги Третьего крестового похода носили двойственный, компромиссный характер. С религиозно-идеологической точки зрения главная цель предприятия — возвращение Иерусалима под христианскую власть — осталась невыполненной. Однако в военно-политическом отношении поход спас государства крестоносцев от полного исчезновения: если в 1188 году у франков в Палестине оставался один Тир, то к осени 1192 года под их контролем была восстановлена стратегически важная прибрежная полоса от Тира до Яффы с крупнейшим портом Акрой (ставшей новой столицей так называемого «Второго», или Акрского, Иерусалимского королевства во главе с Генрихом Шампанским, племянником обоих королей, тогда как смещённый Ги де Лузиньян приобрёл завоёванный Ричардом Кипр). По Яффскому миру безоружным христианским паломникам и купцам гарантировался свободный доступ к Гробу Господню в Иерусалиме.
В общеевропейском масштабе поход продемонстрировал глубокие сдвиги в организации войн: усиление роли централизованного королевского налогообложения («Саладинова десятина»), переход от сухопутных маршрутов через Балканы и Малую Азию к морской логистике с участием флотов Англии, Скандинавии и итальянских морских республик, а также глубокую зависимость крестоносного движения от династических противоречий в Европе. Возвращавшийся через Центральную Европу Ричард I был в декабре 1192 года пленён австрийским герцогом Леопольдом V и передан императору Генриху VI, освободившись лишь в 1194 году за огромный выкуп, что затормозило антифранцузские планы Плантагенетов. Смерть Саладина в марте 1193 года расколола его державу между наследниками, позволив прибрежному Иерусалимскому королевству и Кипрскому королевству Лузиньянов просуществовать ещё столетие (до 1291 и 1489 гг. соответственно).
Дискуссии и оценки в историографии
В историографии Третьего крестового похода отчётливо прослеживается смена оценок — от морально-романтических портретов «благородных соперников» Ричарда Львиное Сердце и Саладина до системного анализа стратегии и идеологии. Просветительская и романтическая традиция XVIII—XIX веков (от Э. Гиббона до Вальтера Скотта и Ж.-Ф. Мишо), а также немецкая школа (Б. Куглер) идеализировали рыцарский кодекс Ричарда и великодушие Саладина, нередко возлагая вину за неполный успех кампании на эгоизм Филиппа II Августа, распри баронов Заморья и преждевременную гибель Барбароссы (которому приписывали «правильный» стратегический замысел удара вглубь Сирии).
В советской и современной российской медиевистике (М. А. Заборов, С. И. Лучицкая) основное внимание уделялось анализу структуры источников, социальной базы крестоносного войска, фискальных механизмов («Саладинова десятина») и взаимного восприятия «своих» и «чужих» в христианских и арабских хрониках, без приукрашивания жестокости обеих сторон (включая казнь пленных при Айядии). Современные западные историки (Дж. Джиллингем, Т. Эсбридж, Дж. Филлипс, К. Тайерман, К. Хилленбранд) радикально пересмотрели репутацию Ричарда I как «нерасчётливого рубаки»: в новейших работах он предстаёт выдающимся военным стратегом и трезвым политиком, который отчётливо понимал невозможность долгосрочного удержания Иерусалима без опоры на прибрежную логистику и Египет (что и предопределило поворот последующих походов — Четвёртого и Пятого — в сторону дельты Нила).
