Предпосылки и исторический контекст
Корни иракско-кувейтского кризиса уходят в историю колониального размежевания Ближнего Востока после распада Османской империи. Кувейт, основанный в XVIII веке кланами Аравии и оформившийся под властью династии ас-Сабах, в османской традиции рассматривался Багдадом как часть бывшего вилайета Басра. В 1899 году Кувейт подписал договор о британском протекторате, а в 1922 году Лондон провёл границу между Ираком и Кувейтом, почти полностью лишив Ирак широкого выхода к Персидскому заливу. После обретения Кувейтом независимости в 1961 году иракские власти уже предъявляли претензии на эмират, однако острая конфронтация вспыхнула в конце 1980-х годов.
Завершив изнурительную Ирано-иракскую войну 1980–1988 годов с четвёртой по численности армией мира (почти миллион солдат и тысячи танков), режим Саддама Хусейна оказался в глубочайшем финансовом кризисе. Ирак накопил огромные долги перед монархиями Персидского залива, включая около 14 млрд долларов перед Кувейтом, и безуспешно добивался их списания как платы за «защиту арабского мира от Ирана». Одновременно Кувейт и ОАЭ систематически превышали квоты ОПЕК на добычу нефти, обвалив мировые цены вплоть до 10 долларов за баррель и лишив Багдад порядка 7 млрд долларов ежегодных доходов (что равнялось дефициту его платёжного баланса 1989 года). Вдобавок Багдад обвинил Кувейт в «воровстве нефти» путём наклонного бурения на приграничном месторождении Румайла и в сговоре против Ирака. Ухудшались и отношения с Западом, в 1980-х годах поддерживавшим Багдад против Тегерана: США и Великобритания осуждали казнь журналиста Фарзада Базофта и угрозы Хусейна применить бинарное химическое оружие против Израиля.
В июле 1990 года кризис перешёл в открытую фазу: 15 июля Багдад направил резкий меморандум Лиге арабских государств, а к 23 июля перебросил к границе 30 тысяч солдат. 25 июля на встрече с американским послом в Багдаде Эйприл Гласпи Саддам Хусейн резко критиковал политику Вашингтона, на что дипломат заметила, что США «не имеют позиции по межарабским спорам, таким как ваш пограничный конфликт с Кувейтом», хотя и обеспокоены концентрацией войск. На следующий день ОПЕК добилась от Кувейта и ОАЭ согласия ограничить добычу, а 31 июля в Джидде при посредничестве президента Египта Хосни Мубарака прошли последние переговоры. На требование Ирака о выплате 10 млрд долларов компенсации за Румайлу Кувейт предложил лишь 500 млн долларов — после провала торга Багдад отдал приказ о вторжении.
Ход событий и ключевые механизмы
Оккупация Кувейта и международная мобилизация («Щит пустыни»)
- Вторжение и аннексия (август 1990): ночью 2 августа 1990 года четыре регулярные иракские дивизии (при поддержке десанта и катеров) вторглись в Кувейт, разгромили немногочисленную армию эмирата и за 12 часов овладели столицей и дворцом Дасман (младший брат эмира Фахад погиб, сам эмир Джабер III успел эвакуироваться в Саудовскую Аравию). Ирак захватил бронетехнику, до 72 самолётов и вертолётов, свыше 150 катеров и более 1 млрд долларов из Центрального банка Кувейта. 8 августа было объявлено о слиянии, а 28 августа — о превращении Кувейта в 19-ю провинцию Ирака (Эль-Кувейт переименован в Кадхиму).
- Дипломатическая изоляция и ультиматум ООН: уже 2 августа СБ ООН принял резолюцию № 660 с требованием немедленного вывода войск, 6 августа — резолюцию № 661 о торговом эмбарго, а затем резолюцию № 665 о морской блокаде. Впервые с начала Холодной войны СССР выступил единым фронтом с США (лишь Иордания, Йемен, Судан и ООП отказались осудить Багдад или противостоять ему). Багдад до декабря удерживал сотни западных граждан в качестве «живого щита».
- Операция «Щит пустыни» (с 7 августа 1990): опасаясь иракского броска к саудовским нефтяным месторождениям, Эр-Рияд запросил военную помощь. К январю 1991 года сложилась коалиция Многонациональных сил (МНС) из 42 государств — крупнейший альянс со времён Второй мировой войны: около 450 тыс. американских военных, 1-я бронетанковая дивизия и авиация Великобритании («Granby»), 12–18 тыс. солдат Франции («Daguet»), до 40 тыс. египтян, 15–17 тыс. сирийцев, контингенты арабских монархий и др., а также 13 млрд долларов финансовой помощи от Японии и аэродромы Турции. 29 ноября 1990 года резолюция СБ ООН № 678 предоставила Ираку срок до 15 января 1991 года для ухода из Кувейта, уполномочив коалицию использовать «все необходимые средства». Женевские переговоры Дж. Бейкера и Т. Азиза в январе 1991 года провалились.
Операция «Буря в пустыне» и сточасовое наступление «Сабля пустыни»
- Бесконтактная воздушная фаза (17 января — 24 февраля 1991): в течение пяти недель коалиция задействовала до 1000 боевых самолётов с наземных баз и шести авианосцев, крылатые ракеты, спутниковую навигацию, самолёты-невидимки F-117 Nighthawk и высокоточные управляемые боеприпасы, подавив иракскую ПВО, узлы связи, инфраструктуру и бронетанковые группировки. Ирак в ответ выпустил 39 баллистических ракет «Скад» по не участвовавшему в войне Израилю (пытаясь втянуть его в конфликт и расколоть арабскую часть коалиции) и по Саудовской Аравии, организовал локальный прорыв при Хафджи (29 января — 1 февраля) и начал масштабный сброс нефти в Персидский залив.
- Наземная операция «Сабля пустыни» (24–28 февраля 1991): командующий МНС генерал Норман Шварцкопф отказался от лобового штурма укреплённой кувейтской границы, нанеся главный обходной удар с запада по пустыне вдоль саудовско-иракской границы. За двое суток была освобождена столица Кувейта, а танковые соединения коалиции разгромили иракские дивизии в крупнейших танковых сражениях современности (бои на Медина-Ридж 27 февраля, при Норфолке и «73 Истинг»), окружив отступающие колонны под Басрой и заняв до 15 % территории Ирака. 28 февраля Багдад принял все требования ООН, а 3 марта на авиабазе Сафван генералы Н. Шварцкопф и Халед ибн Султан подписали условия прекращения огня.
Источниковедческая база и свидетельства
Историография конфликта опирается на обширный пласт международных документов, военных отчётов и критических верификаций. Центральный нормативно-правовой массив составляют 12 резолюций Совета Безопасности ООН 1990 года (включая базовые № 660, 661, 665, 678) и послевоенная резолюция № 687 (1991), закрепившая условия разоружения и репараций. Военно-оперативная сторона документирована в официальных хрониках и докладах Министерства обороны США (включая итоговый отчёт Конгрессу 1992 года, архивы Центра военной истории армии США и Командования военно-морской истории и наследия ВМС США) и Главного контрольного управления (GAO).
Принципиальное значение имеет источниковедческая перепроверка противоречивых военных сводок. Так, иракская сторона во время войны заявляла о 154, а затем о 281 сбитом самолёте коалиции, но послевоенный перекрёстный анализ обломков и донесений снизил эту оценку до 44 летательных аппаратов. Сходные завышения выявились и в сводках коалиции: американские историки и ревизии ВМС США установили случаи многократного учёта одного потопленного тральщика, а специальная комиссия ООН не нашла доказательств заявленного генералом Шварцкопфом уничтожения мобильных пусковых установок «Скад». Численность безвозвратных потерь Ирака (от 20–26 тыс. военных по расчётам Карла Конетты до 100–200 тыс. в ранних оценках западной прессы, а также не менее 3664 погибших мирных жителей, включая 408 человек при ударе F-117 по убежищу Амирия) и 71 204 пленных в американской зоне ответственности реконструируется по сопоставлению перехваченных иракских документов (включая заявление вице-премьера Саадуна Хаммади от 20 февраля 1991 года), данных правозащитных организаций (Human Rights Watch) и материалов послевоенных допросов. Отдельную группу составляют дипломатические записи беседы Э. Гласпи и интервью Т. Азиза (1996, 2000), а также материалы информационных и биографических источников (включая досье на министра обороны США Ричарда Чейни в «Лентапедии» и ранние историко-географические очерки о Месопотамии в Энциклопедическом словаре Гранат).
Исторические итоги и долгосрочное значение
Война в Персидском заливе достигла своей формально заявленной цели: суверенитет Кувейта был восстановлен (26 февраля ежегодно отмечается в эмирате как День освобождения), а стратегическая угроза Саудовской Аравии и мировому рынку нефти — устранена. Однако цена и последствия конфликта оказались долгосрочными и тяжёлыми. Экономический ущерб Кувейту составил 30–50 млрд долларов; при отступлении иракские войска подожгли свыше 600–700 нефтяных скважин (их тушение завершилось лишь в ноябре 1991 года и обошлось в 12 млрд долларов) и вылили в залив около 8 млн баррелей нефти, вызвав гибель десятков тысяч птиц и одну из тяжелейших экологических катастроф истории. Компенсационная комиссия при СБ ООН к 2007 году удовлетворила свыше 1,54 млн претензий к Ираку на сумму 52,386 млрд долларов за счёт отчислений от иракского нефтяного экспорта. После освобождения в Кувейте произошли расправы над подозреваемыми в коллаборационизме и массовое изгнание палестинцев (убито свыше 600 человек).
Для Ирака поражение обернулось потерей от 1800 до 3700 танков и боеспособности 42 дивизий, жестоким подавлением шиитского и курдского восстаний в марте—апреле 1991 года, установлением коалицией северной и южной бесполётных зон, а также более чем десятилетним режимом экономических санкций и работы инспекторов ООН (было ликвидировано 88 тыс. химических боеприпасов и сотни тонн реагентов). Тяжёлые медико-экологические последствия оставило применение коалицией 275–320 тонн боеприпасов с обеднённым ураном и разрушение химических объектов, ставшее одним из факторов так называемого «синдрома войны в Заливе» у десятков тысяч ветеранов. В глобальном масштабе война продемонстрировала беспрецедентное военно-технологическое доминирование США в постбиполярном мире, закрепила постоянное американское военное присутствие в Персидском заливе и заложила пролог к вторжению 2003 года.
Дискуссии и оценки в историографии
В исторической и военно-теоретической литературе конфликт 1990–1991 годов породил несколько устойчивых линий полемики. Во-первых, не утихает спор о дипломатическом прологе войны: ряд исследователей обвиняет Вашингтон в том, что сдержанная формулировка посла Эйприл Гласпи 25 июля 1990 года была воспринята Багдадом как «зелёный свет», тогда как бывший глава иракского МИДа Тарик Азиз впоследствии настаивал, что Ирак «не питал иллюзий» относительно враждебной позиции США и пошёл на риск под давлением экономического тупика, в то время как Лондон (М. Тэтчер) активно подтолкнул Дж. Буша к отказу от каких-либо компромиссов и «увязки» кувейтского вопроса с палестинской проблемой.
Во-вторых, военные историки оценивают «Бурю в пустыне» как водораздел «революции в военном деле» (RMA) — триумф авиации, спутникового целеуказания и «умных» бомб, сочетавшийся с феноменом «телевизионной войны» (прямые трансляции CNN и жёсткая военная цензура, сформированная с оглядкой на вьетнамский синдром). Критики этого технологического оптимизма обращают внимание на асимметрию сил в наземных боях, рекордно высокую долю потерь американцев от «дружественного огня» (23 %) и на то, что точечные воздушные удары не смогли самостоятельно решить задачу уничтожения мобильных ракетных комплексов без наземной операции. В-третьих, острые политико-правовые споры вызывает решение администрации Буша-старшего остановить наступление после ста часов на границе с Багдадом и не свергать режим Саддама Хусейна (что строго соответствовало мандату ООН, но оставило диктатуру у власти на следующие двенадцать лет), а также гуманитарная цена бомбардировок гражданской инфраструктуры, эпизодов на «шоссе смерти» и последующей многолетней блокады Ирака.
