Предпосылки и исторический контекст
Летом 1942 года Североафриканский театр военных действий стал ареной острого стратегического кризиса для Британской империи. Разгромив 8-ю армию при Эль-Газале и захватив 21 июня Тобрук, германо-итальянские войска под командованием произведённого в фельдмаршалы Эрвина Роммеля стремительно вторглись в Египет, угрожая Александрии, Каиру и Суэцкому каналу — ключевой артерии имперских коммуникаций. Наступление сил «Оси» было остановлено в июле на узком 64-километровом перешейке между Средиземным морем и непроходимой солончаковой впадиной Каттара в ходе Первого сражения при Эль-Аламейне под руководством генерала Клода Окинлека.
После августовского визита Уинстона Черчилля и начальника Имперского генерального штаба Алана Брука в Каир Ближневосточное командование возглавил генерал Харольд Александер, а 8-ю армию после гибели Уильяма Готта 13 августа принял Бернард Монтгомери. Попытка Роммеля прорвать южный фланг британцев в бою при Алам-эль-Хальфе (30 августа — 3 сентября) провалилась из-за прочной обороны, минных заграждений и авиаударов. С этого момента инициатива перешла к союзникам: пока основные ресурсы вермахта были прикованы к Восточному фронту и Сталинграду, 8-я армия получала свежие дивизии, артиллерию и американские танки «Грант» и «Шерман», тогда как снабжение Роммеля горючим и боеприпасами срывалось британским флотом и авиацией при опоре на радиоразведку «Ультра».
Ход событий и ключевые механизмы
К концу октября 1942 года 8-я армия насчитывала около 195–220 тысяч солдат (британские, австралийские, новозеландские, южноафриканские, индийские, греческие и французские части) и свыше тысячи танков против примерно 115–116 тысяч немецких и итальянских военнослужащих при 547–600 танках, часть которых устарела. Чтобы лишить союзников простора для манёвра, Роммель превратил позицию у Эль-Аламейна в многополосную укреплённую зону, перед которой было установлено около 500 тысяч противотанковых и противопехотных мин («сады дьявола»). Из-за болезни 23 сентября Роммель передал временное командование генералу Георгу Штумме, рассредоточив танковые резервы между северным и южным секторами.
Оперативная маскировка и замысел наступления
- Операция «Бертрам» (дезинформация): британские инженеры имитировали сосредоточение главных сил на юге с помощью макетов танков на джипах, ложных позиций артиллерии и фиктивного водопровода, сроки завершения которого создавали впечатление более позднего наступления. На севере же реальные танки и орудия маскировались фанерными кожухами под грузовики, а ложные пустые склады заменялись боеприпасами по ночам.
- План операции «Лайтфут»: Монтгомери наносил главный удар на северном участке силами пехотных дивизий 30-го корпуса с задачей проделать два узких коридора через минные поля для последующего ввода бронетанковых дивизий 10-го корпуса; вспомогательная атака 13-го корпуса на юге должна была сковать 21-ю танковую и итальянскую дивизию «Ариете».
Этапы двенадцатидневного сражения (23 октября — 4 ноября)
- Прорыв и кризис германского командования (23–25 октября): в 21:40 23 октября тысяча орудий обрушила массированный заградительный огонь на позиции противника, после чего пехота при свете полной луны начала преодоление минных полос. Утром 24 октября генерал Штумме погиб от сердечного приступа при объезде передовой; временно его заменил генерал Вильгельм фон Тома, а вечером 25 октября на фронт экстренно вернулся Роммель. Тем не менее узкие проходы в минных полях вызвали пробки и потери британской бронетехники, и первоначальный прорыв завяз у хребта Митейрия и возвышенности Почка (Кидни).
- «Перемалывание» на приморском направлении (26–31 октября): Монтгомери перенёс давление к побережью на участок 9-й австралийской дивизии у Тель-эль-Эйсы, вынудив Роммеля перебросить в этот сектор 21-ю танковую и 90-ю лёгкую дивизии и сжечь остатки дефицитного топлива (26 октября британская авиация потопила последние танкеры с горючим в Тобруке).
- Операция «Суперчардж» и крушение фронта (2–4 ноября): перегруппировав ударный кулак, в ночь на 2 ноября союзники начали решающее наступление южнее прибрежного коридора при поддержке сотен орудий и авиации Пустынных ВВС. Ожесточённые танковые бои у Тель-эль-Аккакира истощили последние боеспособные машины «Оси» (у Африканского корпуса оставалось около трёх десятков боеспособных танков), генерал фон Тома попал в плен. Несмотря на приказ Гитлера «стоять насмерть», вечером 4 ноября Роммель отдал приказ об общем отступлении, чтобы спасти остатки моторизованных частей.
Источниковедческая база и свидетельства
Военная история Второй битвы при Эль-Аламейне документирована с исключительной полнотой по архивам обеих коалиций. Со стороны Британского Содружества ключевую базу образуют оперативные журналы 8-й армии, донесения штабов корпусов и дивизий (австралийских, новозеландских, южноафриканских, британских), официальная многотомная история кампании под редакцией генерала И. С. О. Плейфера, а также рассекреченные сводки радиоперехвата «Ультра» (анализ которых ввёл в научный оборот официальный историк разведки Ф. Гарри Хинсли).
С германо-итальянской стороны основополагающими источниками служат журналы боевых действий Танковой армии «Африка» и Африканского корпуса, докладные записки Э. Роммеля в ставку ОКВ (включая сентябрьский меморандум о связи египетского фронта с наступлением вермахта на Кавказ), а также опубликованные после войны «Бумаги Роммеля» под редакцией Б. Лиддел Гарта и воспоминания начальника штаба Фрица Байерлайна. Живое политическое измерение сражения запечатлено в выступлениях и мемуарах Уинстона Черчилля: 10 ноября 1942 года в Мэншн-хаусе он произнёс крылатую формулу о победе в Египте как «конце начала», а позже резюмировал её переломное значение для британской армии фразой о том, что «до Эль-Аламейна мы не одержали ни одной победы, а после Эль-Аламейна не понесли ни одного поражения».
Исторические итоги и долгосрочное значение
Непосредственным итогом сражения стал стратегический разгром итало-немецких сил в Египте и Киренаике. Потери союзников составили около 13,5 тысяч человек убитыми, ранеными и пропавшими без вести и около 500 выведенных из строя (преимущественно ремонтопригодных) танков, тогда как армия Роммеля потеряла свыше 30–50 тысяч человек (включая десятки тысяч пленных, главным образом из брошенных без транспорта итальянских пехотных дивизий) и практически всю бронетехнику и артиллерию. Разгромив прежнюю линию обороны, 8-я армия 13 ноября вновь заняла Тобрук, 20 ноября — Бенгази, а 23 января 1943 года вошла в Триполи.
В сочетании с высадкой англо-американских сил во Французской Северной Африке 8 ноября 1942 года (операция «Факел») победа при Эль-Аламейне зажала войска «Оси» в тунисский мешок, где 12–13 мая 1943 года капитулировала 250-тысячная группировка противника. Угроза прорыва Германии к нефти Ближнего Востока, Суэцкому каналу и в Закавказье через Иран была окончательно снята, Средиземноморье открылось для подготовки вторжения в Южную Европу, а в Великобритании и странах Содружества победа вызвала мощный подъём общественного морального духа. Бернард Монтгомери приобрёл репутацию главного британского полководца войны и в январе 1946 года получил титул 1-го виконта Монтгомери Аламейнского.
Дискуссии и оценки в историографии
В мировой и отечественной историографии Вторая битва при Эль-Аламейне является предметом двух основных дискуссий. Первая касается её места в глобальной иерархии переломных сражений Второй мировой войны. Британская и часть западной литературы традиционно ставят Эль-Аламейн в один ряд со Сталинградом и Мидуэем как один из «поворотных столпов» 1942 года. Вместе с тем многие современные историки, в том числе российские исследователи и такие западные авторы, как Ричард Овери и Норман Дэвис, подчёркивают периферийность североафриканского театра и сравнительно скромный масштаб задействованных в Египте дивизий (четыре немецкие дивизии против сотен соединений на советско-германском фронте), отмечая, что сама возможность накопления перевеса Монтгомери напрямую зависела от сковывания главных сил вермахта под Сталинградом и на Кавказе.
Вторая острая полемика развернулась вокруг полководческого искусства Бернарда Монтгомери. Поклонники фельдмаршала акцентируют тщательность штабного планирования, искусное применение дезинформации («Бертрам»), гибкую корректировку плана в ходе «перемалывания» и бережливое отношение к жизни солдат в войне на истощение. Критики (Коррелли Барнетт, ряд американских и немецких авторов) указывают на медлительность преследования отступавшего Роммеля после 4 ноября, позволившую остаткам Африканского корпуса избежать немедленного окружения, а также на то, что задел обороны и логистики был создан ещё Клодом Окинлеком, тогда как решающими факторами победы выступили материальное превосходство, воздушная блокада и разведданные «Ультры».
