Предпосылки и исторический контекст
Открытие второго фронта в Западной Европе оставалось центральной военно-политической проблемой антигитлеровской коалиции с 1941 года. Разработка первых концепций десанта через Ла-Манш в Северную Францию (операции «Следжхаммер» и «Облава») началась в 1942 году, однако в 1942–1943 годах США и Великобритания ограничились периферийными кампаниями в Северной Африке, на Сицилии и в Италии, ссылаясь на нехватку десантно-высадочных средств и необходимость разгрома германских подлодок в Атлантике. Тем временем основную тяжесть сухопутной борьбы продолжала нести Красная Армия на Восточном фронте. Лишь на Тегеранской конференции 30 ноября 1943 года И. В. Сталин и Ф. Д. Рузвельт добились от У. Черчилля окончательного согласия на запуск операции «Оверлорд» (Operation Overlord) весной 1944 года в координации с советским летним наступлением (операцией «Багратион»).
К лету 1944 года стратегическая обстановка благоприятствовала вторжению: союзная авиация завоевала практически полное господство в воздухе и в мае разрушила около 90 % германских заводов синтетического горючего, парализовав мобильность немецких танковых резервов; в портах Южной Англии были сосредоточены почти 2,9 миллиона военнослужащих, 10 859 боевых самолётов и свыше 6 тысяч кораблей и судов. Планирование опиралось на опыт средиземноморских и тихоокеанских десантов, а район высадки — побережье Нормандии вместо наиболее очевидного и плотно укреплённого пролива Па-де-Кале — был выбран фельдмаршалом Б. Монтгомери и штабом Д. Эйзенхауэра исходя из меньшей эшелонированности там укреплений «Атлантического вала», доступности радиуса действий британской истребительной авиации и возможности снабжать войска через сборные искусственные гавани «Малберри» без немедленного захвата крупных портов.
Ход событий и ключевые механизмы
Вторжение в Нормандию готовилось в режиме беспрецедентной секретности и опиралось на сложный комплекс оперативной дезинформации, морской логистики и тесной координации родов войск разных государств (включая силы США, Великобритании, Канады, Сражающейся Франции, Польши, Бельгии, Нидерландов, Чехословакии и Норвегии).
Операция дезинформации и высадка 6 июня («День Д»)
- Операции «Bodyguard» и «Fortitude»: С целью убедить Берлин, будто главный удар будет нанесён через Па-де-Кале, а также имитировать подготовку вторжения в Норвегию, союзники создали фиктивную 1-ю группу армий под командованием Дж. Паттона в районе Дувра с надувными макетами техники, ложным радиообменом и двойными агентами (Х. Пужоль, Д. Попов, Н. Сергеева). Ранним утром 6 июня британские самолёты сбросили дипольные отражатели, создавшие ложную картину приближения флота к Па-де-Кале и мысу Кап-д’Антифер. В результате 15-я немецкая армия пять недель оставалась прикованной к Па-де-Кале и не пришла на помощь 7-й армии в Нормандии.
- Ночной воздушный десант и высадка на пять пляжей (операция «Нептун»): Дата высадки, требовавшая сочетания полнолуния и сизигийного отлива перед рассветом, была перенесена с 5 на 6 июня из-за штормовой погоды. В ночь на 6 июня северо-восточнее Кана высадилась 6-я британская воздушно-десантная дивизия (захватив мосты через реку Орн), а на полуострове Котантен — 82-я и 101-я американские дивизии, освободившие Сент-Мер-Эглиз. Рано утром после морской и авиационной подготовки на пяти секторах — американских «Юта» и «Омаха», британских «Голд» и «Суорд» и канадском «Джуно» — высадился первый эшелон (156 тысяч человек и около 10 тысяч единиц техники).
- Кровавый штурм сектора «Омаха» и расширение плацдарма: На большинстве участков сопротивление было преодолено относительно быстро, однако на пляже «Омаха» из-за облачности авиация промахнулась по укреплениям, и американцы попали под убийственный огонь 352-й немецкой дивизии, потеряв к вечеру около 1700 убитыми и 3000 ранеными (на «Юте» — 197 убитых). Тем не менее все пять плацдармов устояли; к 12 июня они слились в единый фронт шириной 80 км, к 29 июня 7-й корпус США захватил глубоководный порт Шербур (пропускной способностью 15 тысяч тонн в сутки), а к 25 июля численность союзников на континенте превысила 1,45 миллиона человек.
Прорыв «бокажей», операция «Кобра» и Фалезский котёл
- Война в нормандских «бокажах» и битва за Кан: Наступление с плацдарма в июне — середине июля сильно тормозилось местным ландшафтом — многовековыми живыми изгородями (bocage), превращавшими каждое поле в противотанковую ловушку (для их срезания американцы стали оснащать танки M4 «Шерман» стальными ножами). Британские и канадские войска генерала М. Демпси вели изнурительные бои за Кан, притягивая к себе основные танковые дивизии СС и вермахта, и овладели им к 21 июля; 16 июля в результате налёта британского истребителя был тяжело ранен фельдмаршал Э. Роммель, а отстранённого за требования перемирия Г. фон Рундштедта сменил Г. фон Клюге.
- Операция «Кобра» (с 25 июля): После освобождения Сен-Ло 1-я американская армия О. Брэдли 25 июля нанесла сокрушительный удар после ковровой бомбардировки бомбардировщиками B-17 и B-24 и огня свыше тысячи орудий. Прорвав «стратегическую дыру» под Авраншем силами более 2 тысяч единиц бронетехники, 1 августа 1944 года 3-я армия Дж. Паттона (в составе созданной 12-й группы армий Брэдли) вырвалась на оперативный простор, очистила Бретань и устремилась на восток к Луаре и Сене.
- Провал контрудара у Мортена, Фалезский котёл и освобождение Парижа: Немецкий контрудар на Авранш 7 августа (операция «Люттих») провалился, а глубокий охват Паттона с юга к Аржантану и нажим англо-канадских войск с севера к 15 августа замкнули 7-ю и 5-ю танковую армии вермахта в «Фалезском котле». С 15 по 20 августа при выходе из котла под непрерывными ударами союзной авиации вермахт потерял целые соединения (до шести дивизий). В совокупности с Южно-французской высадкой 15 августа («Драгун») это привело к освобождению Парижа 25 августа и отходу немецких войск за Сену к 30 августа.
Источниковедческая база и свидетельства
Источниковая база Нормандской операции исключительно обширна и охватывает официальные документы Объединённого командования союзных экспедиционных сил (SHAEF), штабную переписку Д. Эйзенхауэра, Б. Монтгомери и О. Брэдли, боевые журналы армий и дивизий США, Великобритании и Канады, а также немецкие архивы группы армий «B», 7-й и 15-й армий и танковой группы «Запад» (Bundesarchiv-Militärarchiv). Высокую достоверность реконструкции «Дня Д» обеспечивают сохранившиеся метеорологические сводки, приказы на операцию «Нептун», таблицы потерь, а также уникальные документы вроде заготовленного в кармане Эйзенхауэра черновика обращения на случай провала высадки: «Наша высадка в районе Шербур — Гавр не привела к удержанию плацдарма, и я отвёл войска… Если кто-то виновен в неудаче этой попытки, то это только я».
Большой пласт свидетельств составляют мемуары военачальников (О. Брэдли «Записки солдата», Б. Монтгомери, Д. Эйзенхауэр, начальник штаба К. Вильмот и бывший немецкий разведчик М. Шульман «Поражение на Западе»), а также устная история и солдатские дневники, собранные в классическом труде Корнелиуса Райана «Самый длинный день» и современной работе Энтони Бивора «День Д: Битва за Нормандию». При работе с источниками историки отмечают необходимость критической сверки: многие немецкие генералы в послевоенных мемуарах склонны были преувеличивать фатальное влияние приказов Гитлера о «несвоевременном» вводе танковых резервов и недооценивать собственную дезориентацию в результате операции «Fortitude», тогда как мемуары британских и американских командующих отражают острое межсоюзническое соперничество вокруг заслуг за прорыв под Каном и Авраншем.
Исторические итоги и долгосрочное значение
Нормандская операция стала решающим поворотным пунктом кампании на Западе. Впервые с июня 1940 года армии западных союзников закрепились в Северо-Западной Европе, полностью сокрушили систему береговой обороны «Атлантического вала» и освободили практически всю Францию (12 сентября 12-я группа армий соединилась у Дижона с 6-й группой армий, наступавшей из Прованса). Потери вермахта за время битвы за Нормандию оказались невосполнимыми: было уничтожено свыше 40 немецких дивизий, общие потери составили около 450 тысяч человек (включая порядка 240 тысяч убитыми и ранеными и свыше 200 тысяч пленными) и колоссальное количество бронетехники, в основном поражённой союзными штурмовиками P-47 и P-51. Потери союзников также были значительными — 209 672 военнослужащих, в том числе 36 976 погибших.
Стратегическое значение высадки в Нормандии раскрылось в неразрывной связи с Восточным фронтом: именно летом 1944 года, синхронно с боями в Нормандии, Красная Армия провела Белорусскую («Багратион») и Львовско-Сандомирскую операции, окончательно разгромив группу армий «Центр» и лишив Берлин возможности перебрасывать стратегические резервы с одного фронта на другой. Уже к осени 1944 года союзники вышли к западной границе Германии и прорвали «Линию Зигфрида» в районе Ахена, приблизив крах нацистского режима и заложив основы послевоенного присутствия США и Великобритании в Западной Европе и становления Четвёртой республики во Франции.
Дискуссии и оценки в историографии
Несмотря на бесспорный стратегический успех «Оверлорда», в мировой историографии сохраняются острые дебаты по поводу оперативного искусства, качества войск и значения второго фронта. Одним из центральных вопросов является оценка роли фельдмаршала Бернарда Монтгомери и соотношения темпов британского и американского наступления. Британская историография (Ч. Вильмот и др.) утверждает, что затянувшиеся бои за Кан строго соответствовали изначальному плану Монтгомери по сковыванию главных танковых сил вермахта на восточном фланге ради прорыва американской армии О. Брэдли на западе. Напротив, американские и многие современные британские историки (О. Брэдли, М. Хэстингс в монографии «Overlord», Э. Бивор) критикуют Монтгомери за чрезмерную осторожность, тактические неудачи в операциях «Эпсом» и «Гудвуд» и необоснованную претензию на то, что весь ход битвы развивался по заранее написанному сценарию.
Вторая крупная дискуссия касается сопоставления боевой эффективности вермахта и армий союзников. Вслед за Максом Хэстингсом ряд исследователей подчёркивал высокую тактическую выучку немецких пехотных и танковых частей в боях в нормандских «бокажах» и их способность долго сдерживать противника, имевшего тотальное превосходство в воздухе и артиллерии. Шведский военный историк Никлас Цеттерлинг (Normandy 1944: German Military Organization, Combat Power and Organizational Effectiveness) на основе скрупулёзной немецкой штабной статистики доказал, что германские соединения несли колоссальное истощение не только от авиации, но и в наземных боях, а многие мифы о «триумфальных» немецких танковых потерях или «единоличной вине Гитлера» не выдерживают архивной проверки. Наконец, в отечественной историографии (В. М. Кулиш и современные исследователи) традиционно подчёркивается, что при всей масштабности десанта через Ла-Манш второй фронт был открыт с двухлетним опозданием, уже после того как перелом в войне был обеспечен Красной Армией под Сталинградом и Курском, а решающий разгром основных сухопутных сил Германии в 1944 году продолжал происходить на советско-германском фронте.
