Революционное подполье и возвышение в партийном аппарате
Вячеслав Михайлович Молотов (при рождении Скрябин) родился 25 февраля (9 марта) 1890 года в слободе Кукарка Вятской губернии в семье приказчика Михаила Прохоровича Скрябина и Анны Яковлевны Небогатиковой. Учился в Казанском реальном училище, летом 1906 года вступил в РСДРП, в 1909 году был сослан в Вологодскую губернию, а с 1911 года учился в Санкт-Петербургском политехническом институте и работал секретарём редакции газеты «Правда» (1912–1913), где познакомился с И. В. Сталиным. После ссылки в Иркутскую губернию (1915) бежал в 1916 году и вошёл в Русское бюро ЦК РСДРП. С 1915 года пользовался псевдонимом «Молотов» — как по звучанию, так и потому, что из-за заикания ему было проще произносить его, чем фамилию Скрябин. В 1917 году возглавил редакцию «Правды» и вошёл в Петроградский военно-революционный комитет.
После революции Молотов руководил СНХ Северной области (1918), Нижегородским губисполкомом (1919) и ЦК КП(б) Украины (1920–1921). В марте 1921 года он стал секретарём ЦК (ответственным секретарём до назначения Сталина генсеком в 1922 году) и кандидатом в члены Политбюро. Поддержав Сталина против Л. Д. Троцкого, Г. Е. Зиновьева, Л. Б. Каменева и «правого уклона», Молотов в 1926 году стал членом Политбюро, а в 1928–1929 годах возглавил Московский горком партии, проведя жёсткую чистку его аппарата.
Глава правительства и руководитель советской дипломатии
19 декабря 1930 года Молотов сменил А. И. Рыкова на посту председателя Совнаркома СССР и Совета труда и обороны. На годы его премьерства пришлись первые пятилетки индустриализации и сплошная коллективизация. В 1931–1932 годах он как чрезвычайный уполномоченный жёстко форсировал хлебозаготовки на Украине и Северном Кавказе. В конце 1930-х годов, несмотря на отдельные трения со Сталиным в 1936–1939 годах, Молотов стал одним из главных организаторов Большого террора: его подпись стоит на 372 расстрельных списках — больше, чем у любого другого руководителя СССР.
3 мая 1939 года Молотов сменил М. М. Литвинова на посту наркома иностранных дел СССР (оставаясь главой СНК до мая 1941 года). После срыва переговоров с Англией и Францией он заключил с Германией договор о ненападении от 23 августа 1939 года (пакт Молотова — Риббентропа) с секретным протоколом о сферах влияния в Восточной Европе, а также договор «О дружбе и границе» (28 сентября 1939 года). Обоснование им Советско-финляндской войны 1939–1940 годов породило у финских солдат термин «коктейль Молотова». В ноябре 1940 года переговоры Молотова с Гитлером и Риббентропом в Берлине закончились безрезультатно.
22 июня 1941 года Молотов объявил по радио о нападении Германии знаменитыми словами: «Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами». На постах заместителя (позже первого заместителя) председателя ГКО и СНК он курировал танковую промышленность (Герой Социалистического Труда, 1943), создание МГИМО (1944) и начальный этап атомного проекта. В мае–июне 1942 года, совершив рискованный перелёт в Лондон и Вашингтон, подписал Англо-советский союзный договор и договорился о поставках по ленд-лизу, а затем участвовал в Тегеранской, Ялтинской, Потсдамской и Сан-Францисской конференциях.
После войны непримиримая позиция Молотова в ООН и отказ от «плана Маршалла» (1947) принесли ему прозвище «Мистер Нет». Однако в 1949 году была арестована его жена Полина Жемчужина, а в марте 1949 года сам Молотов утратил пост главы МИДа. Вернувшись во главе ведомства в марте 1953 года, он вскоре разошёлся с Н. С. Хрущёвым по вопросам десталинизации, Австрии, Югославии и целины. После отставки из МИДа (июнь 1956) в июне 1957 года он возглавил попытку смещения Хрущёва, потерпел поражение на Пленуме ЦК («антипартийная группа»), был снят со всех постов, отправлен послом в Монголию (1957–1960), представителем при МАГАТЭ в Вене (1960–1961) и исключён из КПСС.
Поздние годы и политическое наследие
С 1963 года Молотов жил на пенсии в Москве и Жуковке, продолжая направлять в ЦК политические записки и добиваясь партийной реабилитации; лишь в 1984 году при К. У. Черненко он был восстановлен в КПСС со стажем с 1906 года. Он скончался 8 ноября 1986 года в возрасте 96 лет и похоронен на Новодевичьем кладбище. Переименованный в его честь в 1940 году город Пермь вернул историческое название в 1957 году. Наследие Молотова двойственно: с его именем связаны строительство индустриальной экономики и дипломатия антигитлеровской коалиции, но также массовые репрессии, голод 1932–1933 годов и секретные разделы предвоенной Европы.
Историография и исторические оценки
В историографии Молотов предстаёт как образцовый аппаратчик-исполнитель: Л. Д. Троцкий язвительно называл его «олицетворением посредственности», тогда как современные исследователи (О. В. Хлевнюк, Д. Уотсон, С. Себаг-Монтефиоре) отмечают его редкую работоспособность и жёсткую административную системность. Ключевым источником для понимания его взглядов стали записанные Феликсом Чуевым беседы («Сто сорок бесед с Молотовым»), где экс-нарком до конца жизни оправдывал сталинский террор: «Я защищал и защищаю Сталина, в том числе и в террористических делах, я считаю, что мы без террора не могли бы пройти перед войной, чтобы после войны у нас было более-менее устойчивое положение в нашей стране». Схожим образом он оценивал и отказ от плана Маршалла, настаивая, что в противном случае соцстраны «зависели бы безусловно» от США.
