От деревенского погоста к некрополю блокадного Ленинграда
Пискарёвское мемориальное кладбище расположено на северо-востоке Санкт-Петербурга вдоль проспекта Непокорённых, в нынешнем Калининском районе. До революции здесь находилось небольшое кладбище деревни Пискарёвка, земли которой в советское время были отведены под совхоз «Пискарёвский». Близость к транспортным путям и тыловым госпиталям определила превращение окраинного участка в воинский некрополь ещё в 1939–1940 годах, когда здесь погребали солдат, погибших во время Советско-финляндской войны; в западной части территории доныне сохраняются участки этих военных и индивидуальных гражданских захоронений.
Трагический масштаб кладбище приобрело в годы блокады Ленинграда. С зимы 1941–1942 годов Пискарёвское поле стало основным местом массовых погребений умерших от голода, холода и вражеских обстрелов ленинградцев, а также павших защитников Ленинградского фронта. В феврале 1942 года привоз умерших принял экстремальные масштабы: так, 15 февраля доставили 8452 человека, 19 февраля — 5569, а 20 февраля — 10 043 человека; всего же с 1 декабря 1941 по 1 июня 1942 года здесь было захоронено 371 428 человек. В 186 длинных братских могилах, на гранитных плитах которых выбиты лишь годы смерти (1941, 1942, 1943, 1944), и около 6 тысячах индивидуальных воинских могил покоятся свыше 470 тысяч жителей Ленинграда и до 75 951 военнослужащего, из которых 8094 остаются безымянными (на мемориальной плите также приводятся исторические оценки — около 420 тысяч гражданских лиц и 50 тысяч воинов), включая 86 моряков крейсера «Киров» и бойцов 28-й отдельной штрафной роты, 14-го и 28-го отдельных штрафных батальонов и 42-й армии, умерших от ран и болезней в госпиталях в 1942–1945 годах.
Архитектурная ось А. В. Васильева и Е. А. Левинсона и монумент «Мать-Родина»
Первый конкурс на проект памятника ленинградцам, погибшим в блокаде, состоялся уже в феврале 1945 года, однако в 1949–1955 годах работа над мемориалом полностью остановилась из-за политических репрессий по «Ленинградскому делу». Лишь в 1956 году на территории площадью свыше 26 гектаров развернулось строительство комплекса под руководством архитекторов А. В. Васильева и Е. А. Левинсона; итоговое решение почти полностью следовало конкурсному замыслу, но вместо первоначального обелиска композиционной доминантой стала скульптура Матери-Родины.
Строгая симметричная ось ансамбля выстроена вдоль 480-метровой главной аллеи. Входную зону оформляют два павильона-пропилеи с музейной экспозицией о жизни и борьбе осаждённого Ленинграда (включая копию дневника школьницы Тани Савичевой, пережившей трагическую зиму 1941–1942 годов и потерявшей всю семью) и установленная перед входом памятная мраморная доска с эпитафией поэта-фронтовика Михаила Дудина и блокадной статистикой (с 4 сентября 1941 по 22 января 1944 года на город сбросили 107 158 авиабомб и выпустили 148 478 снарядов; 16 744 человека погибли, 33 782 были ранены, а 641 803 умерли от голода). С верхней террасы, где горит зажжённый 9 мая 1960 года от факела с Марсова поля Вечный огонь, гранитные ступени спускаются к центральной аллее мимо гряд братских могил к шестиметровой бронзовой скульптуре «Мать-Родина» работы В. В. Исаевой и Р. К. Таурита. За скульптурой высится гранитная траурная стела с горельефами, воссоздающими эпизоды жизни и борьбы сражающегося города (авторы горельефов и рельефов — В. В. Исаева, Р. К. Таурит, М. А. Вайнман, Б. Е. Каплянский, А. Л. Малахин и М. М. Харламова), и высеченными в камне строками Ольги Берггольц о том, что никто не забыт и ничто не забыто. В 1976 году ограду комплекса дополнили бронзовые вазоны. В искусствоведении отмечалась полемика вокруг открытости комплекса: И. Д. Саблин критиковал отсутствие врат, «чётко отделяющих царство мёртвых от внешнего мира», тогда как А. Ю. Броновицкая и Н. С. Малинин подчёркивали, что «необычайная широта» равнинного поля выступает художественной метафорой безмерности народного горя.
Блокадная катастрофа, открытие 1960 года и Аллея Памяти
История кладбища отмечает три переломных этапа. Первый пришёлся на зиму 1941–1942 годов, когда блокадное кольцо, разрушение снабжения, голод и систематические обстрелы превратили окраинное поле у железнодорожных и госпитальных путей в крупнейший некрополь Второй мировой войны. Второй поворот наступил после шестилетнего замалчивания в период «Ленинградского дела»: торжественное открытие Пискарёвского мемориала 9 мая 1960 года, в 15-ю годовщину Победы советского народа, с зажжением Вечного огня закрепило в городской топографии общенациональный центр блокадной памяти.
В конце XX — начале XXI века комплекс приобрёл широкое международное признание и дополнительные мемориальные формы. Сюда приезжали зарубежные государственные делегации (в частности, в 1993 году во время первого визита в Россию венок в память о жертвах и союзничестве в войне возложил президент США Билл Клинтон), вдоль восточной границы кладбища сформировалась Аллея Памяти с мемориальными плитами от городов и регионов России, государств СНГ, зарубежных стран и учреждений, работавших в блокадном городе, а 9 мая 2002 года рядом освятили деревянную часовню во имя Усекновения главы Иоанна Предтечи (рядом с поминальным крестом на месте планируемого храма).
Федеральный памятник и хранитель памяти о блокаде
Указом Президента РФ от 20 февраля 1995 года № 176 Пискарёвское мемориальное кладбище включено в Перечень объектов исторического и культурного наследия федерального (общероссийского) значения. Как крупнейшее в мире мемориальное захоронение жертв Второй мировой войны, комплекс служит главным местом траурных церемоний в дни памяти жертв блокады (8 сентября), полного освобождения Ленинграда (27 января) и Победы (9 мая). Соединение монументальной архитектуры А. В. Васильева и Е. А. Левинсона, бронзовой пластики В. В. Исаевой и Р. К. Таурита, поэтических текстов О. Берггольц и М. Дудина и документов блокадного быта утвердило Пискарёвский мемориал в роли главного символа стойкости и трагедии осаждённого Ленинграда.
