От газогенераторов оккупированного Парижа к серии CG45
Попытки освободить водолаза от шланга начались в 1860–1866 годах, когда французский горный инженер Бенуа Рукейроль и лейтенант Огюст Денейруз запатентовали (№ 63606) мембранный регулятор воздуха по требованию с сухой и мокрой камерами — «аэрофор», прославленный Жюлем Верном в «Двадцати тысячах льё под водой». Но стальные баки XIX века держали лишь до 30 атм, поэтому аппарат почти всегда оставался придатком судового насоса. В 1926 году французский капитан Ив Ле Приер применил высокопрочный баллон со сжатым воздухом и ручным краном постоянной подачи (Жорж Комейнтес позже добавил второй баллон), однако непрерывная подача быстро тратила воздух и отвлекала ныряльщика.
Прорыв произошёл в оккупированном Париже Второй мировой войны. Из-за нехватки бензина автомобили переводили на светильный и генераторный газ, и талантливый инженер промышленного концерна Air Liquide Эмиль Ганьян разработал компактный редуктор, дозировавший газ строго по разрежению двигателя. В конце 1942 года один из директоров Air Liquide Анри Мельшиор познакомил Ганьяна со своим зятем — морским офицером Жаком-Ивом Кусто. Соединив высокопрочные заплечные баллоны с переделанным бакелитовым клапаном Ганьяна, летом 1943 года изобретатели успешно испытали аппарат scaphandre autonome на Марне и в Средиземном море и оформили патент. После освобождения Франции Air Liquide наладила серийный выпуск двухшлангового регулятора CG45 (1945) и учредила в 1946 году дочернюю фирму La Spirotechnique (под руководством Жана Делорма), а отряд подводных исследований ВМС Франции GERS в Тулоне подтвердил надёжную работу прибора на глубинах до 60 метров.
Физика лёгочного автомата и безопасность под давлением
Акваланг работает по открытой схеме (open-circuit demand): дайвер вдыхает сжатый воздух из одного или спаренных стальных либо алюминиевых баллонов ёмкостью от 2 до 22 л с рабочим давлением 200–300 бар (причём пустой алюминиевый баллон обладает большей плавучестью и требует чуть большего балласта на поясе), а выдох сбрасывает прямо в воду. Редуктор понижает давление в две ступени: первая на вентиле сбрасывает его до установочных 9–11 бар сверх забортного, а вторая (лёгочный автомат) при вдохе подаёт воздух через загубник или полнолицевую маску.
Ключевое достижение Ганьяна — выравнивание давления по глубине через гибкую мембрану, контактирующую с водой: поскольку гидростатическое давление возрастает на 1 бар каждые 10 метров, воздух автоматически подаётся в лёгкие точно под давлением среды, не требуя усилий от грудной клетки. В раннем CG45 обе ступени стояли за головой, а выдох возвращался по второму гофрированному шлангу к уровню диафрагмы; позже вторую ступень перенесли прямо в загубник с грибковым клапаном (одношланговая схема с резервным «октопусом» для страховки партнёра). Экипировку дополнили грузовой пояс и компенсатор плавучести (BCD), а главным правилом стал запрет задерживать дыхание при всплытии во избежание баротравмы и разрыва альвеол (закон Бойля–Мариотта).
Почему проиграли шланговые скафандры и кислородные ребризеры
Аппарат Кусто–Ганьяна победил все альтернативные способы пребывания под водой середины XX века (не считая кратковременного фридайвинга и приповерхностного сноркелинга):
- Вентилируемый шланговый скафандр и жёсткие нормобарические костюмы. Непрерывная подача воздуха по шлангу с корабля (вплоть до современных туристических систем Snuba на 6–9 м) до сих пор незаменима при тяжёлом монтаже на дне. Но привязанный «пуповиной» к судовому компрессору водолаз в свинцовых галошах был скован в манёвре, зависел от качки и не мог проникать в узкие трюмы и пещеры.
- Кислородные ребризеры замкнутого цикла. От аппарата Генри Флюсса (1878, с очисткой CO₂ едким кали) и спасательных комплектов английских подводников 1910-х до аппаратов боевых пловцов Второй мировой — включая создателя термина SCUBA (1952) майора Кристиана Ламбертсена (система Laru для OSS, 1939) — ребризеры ценили за отсутствие пузырей. Но чистый кислород глубже 6–20 метров становится остро токсичным, вызывая смертельные судороги, а вода в химпоглотителе грозила ожогом лёгких.
Открытая воздушная схема CG45 оказалась проще, дешевле и утроила безопасную глубину, не требуя химочистки. Книга и оскароносный фильм Кусто и Луи Маля «В мире безмолвия» (1953/1956) и глобальный бренд Aqua-Lung (в СССР слово «акваланг» стало нарицательным, массово выпускались спарки «Юнга» по 4,6 л и «Украина-2» по 7 л) сделали подводный мир доступным для океанографов, морских биологов, подводных археологов (исследование затонувших судов вроде красноморского SS Carnatic), полицейских, спасателей и миллионов туристов.
От криоланга к газовым смесям Trimix и электронным ребризерам
Обычный сжатый воздух теряет около 80% кислорода на выдохе, а глубже 30–40 метров вызывает азотный наркоз и риск декомпрессионной болезни. В 1967 году Джордан Кляйн во Флориде создал криогенный акваланг Mako на жидком воздухе (советским аналогом стал серийный «Криоланг» с сосудом Дьюара на 10–12 атм, работавший вдвое дольше), но необходимость заправки перед самым спуском сузила его нишу.
Современный дайвинг пошёл по пути газовых смесей и микроэлектроники: в массовый туризм с конца 1990-х вошли декомпрессиметры и обогащённый кислородом Nitrox, а технический дайвинг заменил азот гелием (смеси Trimix и Heliox), позволив достичь глубинных рекордов в 313 м (Марк Элиот, 2003), 330 м (Паскаль Бернабе, 2005) и 332,4 м (Ахмед Габр, 2014). Одновременно в науке и спелеологии возродились электронные ребризеры замкнутого цикла (CCR), где датчики парциального давления кислорода устранили былые риски токсичности.
