От электронной микроскопии Габора к гонке 1962 года
Математическая теория голографии родилась не ради трёхмерных фильмов, а из попытки исправить аберрации электронных микроскопов. Опираясь на интерференционную цветную и интегральную фотографию Габриэля Липпмана (1908) и работы по рентгеновской дифракционной микроскопии Мечислава Вольфке (1920) и Уильяма Лоренса Брэгга (1939), венгерско-британский физик Деннис (Денеш) Габор в лаборатории British Thomson-Houston (Рагби, Англия) в декабре 1947 г. подал патент GB685286 и в 1948 г. опубликовал статью в Nature. Он назвал двухступенчатый метод «голографией» (от греч. ὅλος — «весь» и γράφω — «записываю»), получив за это Нобелевскую премию по физике в 1971 г. (метод по-прежнему служит в электронной голографии микроскопов).
Почти пятнадцать лет оптическая голография оставалась в тупике: ртутная дуговая лампа обладала ничтожной длиной когерентности, а «осевая» схема Габора накладывала истинное, мнимое и недифрагировавшее излучения друг на друга. Изобретение лазера в 1960 г. вызвало в разгар холодной войны два независимых прорыва 1962 г. В США сотрудники Мичиганского университета Эмметт Лейт и Юрис Упатниекс (опиравшиеся на теорию радарных систем с синтезированной апертурой) направили опорный пучок под углом, создав в 1962–1964 гг. внеосевые пропускающие голограммы (игрушечные поезд и птица, 1964), требовавшие лазерной подсветки. В СССР физик ленинградского ГОИ им. С. И. Вавилова Юрий Николаевич Денисюк (1962) соединил схему Габора с методом толстослойных эмульсий Липпмана: в схеме встречных пучков опорная и объектная волны падали с разных сторон пластинки, позволяя видеть цветное объёмное изображение в обычном отражённом белом свете (первые высококачественные образцы получил в 1968 г. Геннадий Соболев).
Физика волновой записи: чем схемы СССР и США отличались друг от друга
Обычная фотография через объектив фиксирует лишь распределение амплитуды (яркости) на плоскости, тогда как голограмма за счёт интерференции опорной и рассеянной объектной волн кодирует также фазу и направление волны. Проявленная эмульсия представляет собой совокупность микроскопических зонных пластинок и работает как дифракционная решётка (амплитудная из металлического серебра либо значительно более яркая фазовая после отбеливания желатины, преобразующая до 90% падающего света): при освещении опорной волной она воссоздаёт как мнимое многоракурсное изображение за «окном» пластинки, так и действительное перед ней. Причём каждый осколок разбитой пластинки продолжает показывать всю сцену целиком, сужая лишь угол обзора.
Тонкие пропускающие голограммы Лейта — Упатниекса (критерий Клейна Q < 1) в белом свете расплываются в радужный спектр и при цветной съёмке тремя лазерами образуют ложные наложения. Объёмные голограммы Денисюка (Q > 10) формируют трёхмерную решётку Брэгга по толщине эмульсии и сами отфильтровывают нужные длины волн дневного света. Главной проблемой обеих схем стали сверхжёсткие требования к среде (галогенсеребряные пластинки с разрешением свыше 5000 линий/мм, вроде продукции российской компании «Славич», или бихромированная желатина столь низкой чувствительности, что выдерживают секунды солнечного света без засветки) и виброизоляции до четверти длины волны (около 150 нм для гелий-неонового лазера 632,8 нм) — отсюда многотонные гранитные столы, пока Ллойд Кросс и Герри Петик не придумали в 1971 г. дешёвые «песочницы» на шинах, а импульсные лазеры не позволили Зиберту снять в 1968 г. первый портрет.
Почему голография не победила кино, но завоевала банки и заводы
Несмотря на яркие художественные опыты — 47-секундный голографический киноролик Виктора Комара в московском НИКФИ на конгрессе УНИАТЕК (1976), мультиплексные голограммы Кросса из кинокадров (1977), выставки Сальвадора Дали (1968, 1972) и Маргарет Беньон (1969), — оптическая голография не смогла вытеснить фотографию и 3D-кинематограф: пределы когерентности лазера ограничивали глубину сцены метрами, а боязнь микродвижений исключала уличную репортажную съёмку.
Зато технология совершила революцию там, где требовались защита и микронная точность. В 1969 г. Стивен Бентон из Polaroid создал яркую в обычном свете «радужную» голограмму, пожертвовав вертикальным параллаксом, а Майкл Фостер в 1974 г. разработал её массовое промышленное тиснение на металлизированном пластике. С 1983 г. (впервые на картах MasterCard) защитные голограммы с микротекстами покрыли банковские карты, паспорта и банкноты крупнейших валют мира (евро, фунты, иены, индийские рупии, канадские доллары). Одновременно в авиастроении и машиностроении голографическая интерферометрия стала главным методом неразрушающего контроля микровибраций и внутренних дефектов конструкций.
От голографических дисков к цифровой и компьютерной голографии
С 1966 г. (ленточная система IBM 1360) велись попытки создать сверхплотную объёмную память в фотохромных кристаллах (хлорид калия), сегнетоэлектриках (ниобат лития без усталости циклов перезаписи) и голографических фотополимерах. Однако даже проекты XXI в. — Holographic Versatile Disc на 3,9 ТБ от Optware и Maxell (2005) и диски InPhase Technologies (500 ГБ, банкротство в 2011 г.) — уступили дешёвой флеш-памяти. Главный вектор современности (отражённый в ГОСТ Р 59321.1-2021) — цифровая голография на ПЗС/КМОП-сенсорах с численной перефокусировкой, компьютерно-синтезированные голограммы (CGH) на пространственных модуляторах света для дифракционных линз и AR-волноводов, динамическое обращение волнового фронта в нелинейных кристаллах (компенсирующее атмосферную турбулентность), а также акустическая голография и доступная любительская съёмка на полупроводниковых диодах.
