Военный радар, опыты 1930-х годов и открытие Перси Спенсера
Эксперименты по нагреву тканей и продуктов радиополем начались задолго до появления СВЧ-печей. На базе ламповых передатчиков 1920-х годов к 1930 году развилась медицинская диатермия, а в 1933 году на Всемирной выставке в Чикаго команда И. Ф. Муромцева (Westinghouse) готовила стейки и картофель между пластинами передатчика на 60 МГц (10 кВт). В 1937 году патент на объёмный диэлектрический нагрев подала Bell Laboratories, а в июне 1941 года газета «Труд» описала УВЧ-установку для обработки мясных продуктов в советском ВНИИ мясной промышленности (приготовление пищи микроволнами ещё в 1934 году предсказал советский фантаст Владимир Владко в повести «4-УКХ-4»).
Однако довоенные коротковолновые схемы (10–60 МГц) с электродами ближнего поля проиграли дорогу в быт: они требовали высокого напряжения, громоздких конденсаторных пластин и давали неравномерный нагрев в зависимости от формы продукта. Решающий прорыв принесла Вторая мировая война. Для обнаружения самолётов и подлодок сантиметровыми радарами британские физики Джон Рэндалл и Гарри Бут в Бирмингемском университете в 1940 году изобрели многорезонаторный магнетрон с длиной волны 10 сантиметров. В сентябре 1940 года секретная миссия Генри Тизарда передала образец магнетрона США в обмен на американскую промышленную поддержку; историк Джеймс Финни Бакстер впоследствии назвал этот груз ценнейшим в американской военной истории. Крупные государственные оборонные контракты на серийный выпуск магнетронов получила компания Raytheon.
После окончания войны в 1945 году военные заказы резко сократились, и Raytheon искала гражданские рынки конверсии. Ключевое открытие сделал самоучка-инженер компании Перси Спенсер, заметивший у работающего магнетрона, что шоколадный батончик в его кармане расплавился. Проверив эффект на попкорне и взорвавшемся курином яйце, Спенсер направил волны в закрытую металлическую коробку, и 8 октября 1945 года Raytheon подала заявку на патент. В декабре 1946 года Федеральная комиссия по связи США выделила для новой техники безлицензионную частоту 2450 МГц.
Физика диэлектрического нагрева и коммерческий провал первенцев
Микроволновая печь реализует объёмный диэлектрический нагрев на глубину 1,5–2,5 см со скоростью до 0,3–0,5 °C/с. Неионизирующее переменное поле с частотой 2,45 ГГц (длина волны 12,2 см; в крупных промышленных печах США — 915 МГц) заставляет дипольные молекулы воды, жиров и сахаров непрерывно переориентироваться, выделяя тепло. Популярный миф о «резонансе молекулы воды» неверен (он лежит в диапазоне 18–27 ГГц): частоту 2,45 ГГц выбрали ради безлицензионного стандарта ISM, оптимального проникновения волны и невысокой цены магнетрона. Камера с перфорированной сеткой дверцы, дроссельным уплотнением и блокировкой открытия образует клетку Фарадея. При этом непроводящая посуда из стекла, керамики или пластика пропускает волны, тогда как металлические кастрюли их отражают, а жирные или сахарные продукты с низкой теплоёмкостью разогреваются значительно выше точки кипения воды (равно как солёные жидкости или разогретое стекло склонны к локальному тепловому разгону).
Путь на домашнюю кухню задержался на двадцать лет из-за поражения первых конструкций в экономике и эргономике. Выпущенная Raytheon в 1947 году первая печь Radarange стоила 5000 долларов, весила 340 кг при высоте 1,8 м, потребляла 3 кВт и нуждалась в проточном водяном охлаждении (её чаще сдавали ресторанам в аренду за 150 долларов в месяц). Лицензированная в 1952 году компания Tappan Stove (позднее выпускавшая встроенные модели для Whirlpool и Westinghouse) вывела в 1955–1956 годах домашние печи за 1250 долларов, но их продажи также остались нишевыми. Перелом обеспечили японская корпорация Sharp, внедрившая в 1964–1966 годах вращающийся стеклянный столик против неравномерности стоячих волн, и покупка компанией Raytheon фирмы Amana (1965): в 1967 году вышла компактная настольная модель Radarange с воздушным охлаждением и вращающимся рассеивателем волн за 495 долларов.
Революция в питании, индустрия полуфабрикатов и мифы безопасности
Первые двадцать лет СВЧ-печи обкатывались на транспорте и в общепите — в поездах Pennsylvania Railroad, на лайнере SS United States, первом атомном судне NS Savannah, в самолётах и солдатских столовых. После удешевления 1970-х годов произошла глобальная бытовая экспансия: доля домохозяйств США с микроволновкой взлетела с 1% в 1971 году до 25% в 1986-м и свыше 90% к 1997 году (в Канаде — с менее чем 5% в 1979-м до 88% к 1998-му, в Австралии достигла 95% к 2008 году); в России показатель вырос с 24% в 2002 году до почти 40% к 2008-му. При среднем расходе около 72 кВт·ч на прибор в год глобальный парк СВЧ-печей потреблял к 2018 году около 77 ТВт·ч (0,3% мировой генерации).
Быстрый разогрев изменил распорядок городской семьи в эпоху роста женской занятости и породил многомиллиардную индустрию замороженных полуфабрикатов, фастфуда и пластиковой упаковки. Однако печь не вытеснила плиту и духовку, так как температура около 100 °C не запускает реакции Майяра (поджаристую корочку). Массовое распространение усилило санитарный надзор: после обследования 1970 года, выявившего повышенную утечку у 20–30% изношенных печей США, были закреплены жёсткие нормы излучения (стандарты ANSI и отечественные нормы СанПиН), а научные эксперименты опровергли мифы о «канцерогенности» СВЧ-пищи и нетепловом изменении структуры воды.
От цифровых контроллеров и советских «Электроник» к инверторам
В 1974–1975 годах Amana внедрила автоматическую разморозку и первую микропроцессорную цифровую панель (RR-6), а конкуренция корпораций Sharp и Litton стремительно сбила цены. В СССР с конца 1970-х годов выпуск бытовых СВЧ-печей развернули крупные машиностроительные и оборонные заводы: ЗИЛ, тамбовский «Электроприбор» (модели «Электроника»), Южмаш и ДМЗ («Мрия МВ», «Днепрянка-1» 1990 года объёмом 32 литра с магнетроном М-105-1 и ценой около 350 рублей). В XXI веке производство консолидировалось в Азии (к 2020 году большинство настольных моделей в США выпускала группа Midea, а также Panasonic и Sharp). На смену грубой импульсной регулировке мощности пришли экономичные инверторные схемы и гибридные печи с грилем и конвекцией, а промышленные СВЧ-камеры закрепились в сушке древесины, обработке полимеров и керамики.
