Технология и формат 1935–1940-е гг.

Радиолокация (радар/РЛС) и гидроакустика (сонар)

Технологии активного зондирования пространства электромагнитными и акустическими волнами, превратившие обнаружение воздушных и подводных целей в решающий фактор войн XX века.

Краткая справка

В 1935–1940-е годы Великобритания, СССР, Германия и США превратили отражение радиоволн от металлических объектов в боевые радиолокационные станции (РЛС), дополнив их в морской войне гидролокаторами (сонарами). Импульсные РЛС и сантиметровые магнетроны вытеснили слепые в тумане звукоулавливатели и прожекторы, обеспечив победу в Битве за Британию, защиту Москвы и борьбу с подлодками в Атлантике. После войны радар и сонар стали основой авианавигации, метеорологии и безопасности транспорта.

Военная радиолокационная станция с параболической и обзорной антеннами в Техническом музее Тольятти
Радиолокационная установка в экспозиции Технического музея в Тольятти — наглядный пример антенно-поворотных комплексов, обеспечивающих измерение азимута, дальности и угла места целей. Иллюстрация: ShinePhantom, CC BY-SA 3.0

Истоки радиолокации и провал альтернативных систем ПВО

Эффект отражения электромагнитных волн от металлов впервые показал Генрих Герц (1886–1887), а летом 1897 года на Балтике русский физик А. С. Попов при радиосвязи между транспортом «Европа» и крейсером «Африка» зафиксировал затухание сигнала при проходе крейсера «Лейтенант Ильин», указав в отчёте на возможность обнаружения кораблей. Немецкий инженер К. Хюльсмайер в 1904–1905 годах запатентовал 50-сантиметровый «телемобилоскоп» для предупреждения столкновений в тумане, но военные отвергли его из-за малой дальности и отсутствия замера дистанции. Не переросли сразу в серию и опыты американцев А. Тейлора и Л. Янга (1922) или Л. Хайленда (1930).

Положение изменил стремительный рост скоростей бомбардировщиков в 1930-е годы. Зенитные прожекторы и оптика слепли в облаках, а акустические звукоулавливатели срабатывали всего за несколько километров и не давали времени поднять перехватчики. Советские попытки ловить радиоизлучение систем зажигания (М. А. Фёдоров, 1930) и тепловой след самолёта (ВЭИ, 1932–1934) также не вышли за единицы километров.

Толчок дало финансирование со стороны военных штабов. В Великобритании после Дэвентрийского эксперимента Р. Уотсона-Уотта и А. Уилкинса с коротковолновым передатчиком BBC (26 февраля 1935 г.) маршал Хью Даудинг немедленно выделил бюджет на станцию в Бодси и береговую сеть Chain Home. В СССР в июне 1933 года НИР поддержали К. Е. Ворошилов и М. Н. Тухачевский; после успешного опыта Ю. К. Коровина (3 января 1934 г., дальность 600–700 м) и совещания у А. Ф. Иоффе в ЛФТИ (16 января 1934 г.) заказы ГАУ (при ключевой роли М. М. Лобанова) и УПВО профинансировали пять конкурирующих центров в ЦВИРЛ, ЛЭФИ/НИИ-9, КБ Ощепкова, ЛФТИ и УФТИ. В Германии с 1933 года Р. Кюнхольд создал морскую Seetakt (крейсер «Адмирал граф Шпее») и ПВО-станции Freya и «Вюрцбург». Параллельно флоты развивали гидроакустику (ASDIC / сонар), поскольку морская вода поглощает радиоволны и под водой «видеть» может лишь звук.

Импульсный метод и магнетронная революция

Первичный радар излучает радиоволну и регистрирует эхо. По основному уравнению радиолокации мощность возвращённого сигнала падает обратно пропорционально четвёртой степени расстояния, что потребовало создания мощных генераторов, волноводов и электронно-лучевых экранов (а в сонаре — ультразвуковых гидрофонов и излучателей).

Ранние конструкции разделились на станции непрерывного излучения («на просвет») и импульсные. Непрерывные бистатические системы — французская установка CSF на лайнере «Нормандия» (1935) и советская РУС-1 «Ревень» (принятая в 1939 г. на базе «Рапида» Б. К. Шембеля после репрессий 1937 г. против П. К. Ощепкова) — требовали разнесённых передатчика и приёмника и лишь фиксировали пересечение барьера без точной дальности. Поэтому в 1934–1941 годах победил импульсный метод (Р. Пейдж в США, лаборатория Д. А. Рожанского и Ю. Б. Кобзарева в ЛФТИ с НИИ-20): посылка микросекундных импульсов позволяла одной антенне по задержке эха точно определять дистанцию до многих целей, как в советских «Редуте» (РУС-2, 1940) и одноантенном «Пегматите» (РУС-2с, май 1941 г.).

Вторым переломом стал переход от метровых волн к сантиметровым благодаря многорезонаторному магнетрону, разработанному в Британии летом 1940 года при содействии Генри Тизарда и доведённому в Радиационной лаборатории МТИ (руководитель А. Лумис). Сантиметровые РЛС поместились в носу ночных истребителей и патрульных самолётов, отличая перископ подлодки от морской волны и позволяя разместить радиовзрыватели в зенитных снарядах.

Переворот в войне, навигации и гражданской экономике

В годы Второй мировой войны радиолокация и сонар кардинально изменили эффективность авиации и флота. В Битве за Британию (1940) «система Даудинга» связывала посты Chain Home со штабами, избавив малочисленные истребители от изнурительного беспрерывного патрулирования и выводя их точно на эшелоны люфтваффе. В СССР станция «Порфир» под Можайском (дальность свыше 200 км) помогла отразить первый массированный налёт на Москву в 1941 году, а бортовые РЛС «Гнейс-2» на Пе-2 сражались под Москвой и Сталинградом. Сформированный 4 июля 1943 года Совет по радиолокации при ГКО (М. М. Лобанов, А. И. Берг) организовал выпуск около 500 комплектов РУС-2, 124 станций орудийной наводки СОН-2от и изучение техники по ленд-лизу.

В Битве за Атлантику сочетание самолётного сантиметрового радара и корабельного сонара лишило немецкие субмарины скрытности как на поверхности ночью, так и на глубине. Тогда же возникла радиоэлектронная борьба (РЭБ): после захвата британскими коммандос узлов радара «Вюрцбург» (560 МГц) в операции «Брюневаль» в феврале 1942 года союзники применили дипольные помехи и мощные береговые передатчики «Туба», срывавшие наведение ночных истребителей на линии Каммхубера.

После 1945 года военные радары перешли в мирную инфраструктуру. В авиации первичные и вторичные РЛС (стандарт ИКАО на частотах 1030/1090 МГц с запросом высоты и номера борта) обеспечили плотные трансконтинентальные перелёты и всепогодную посадку. Судовые радары и эхолоты резко снизили аварийность на море, доплеровские метеорадары стали базой прогноза штормов и смерчей, а миниатюрные радары и сонары вошли в контроль скорости, георадары, автоматические двери и автомобильные системы экстренного торможения.

От доплеровской обработки к ФАР и технологиям «стелс»

Главным техническим вызовом холодной войны стала селекция маловысотных скоростных целей на фоне мощных отражений от земли, холмов и морских волн. Решение обеспечил эффект Доплера: системы селекции движущихся целей (СДЦ) и когерентные импульсно-доплеровские РЛС на лампах бегущей волны (изобретённых Р. Компфнером) с быстрым преобразованием Фурье научились вычитать неподвижный фон. Для раннего предупреждения о баллистических ракетах появились загоризонтные комплексы и фазированные антенные решётки (ФАР), мгновенно перебрасывающие луч без вращения тяжёлых зеркал.

В свою очередь противодействие РЛС изменило саму геометрию боевой техники: чтобы не создавать эффект уголкового отражателя, самолёты и корабли «стелс» получили ломаные грани без прямых углов и радиопоглощающие покрытия. Современная радиолокация отвечает цифровыми антенными решётками, формирующими «провалы» диаграммы направленности в сторону постановщиков помех, а гидроакустика эволюционировала в буксируемые низкочастотные комплексы и многолучевые сонары высокого разрешения.

Цепочка влияния: причины и последствия

Исторический «эффект домино» — какие предпосылки вызвали это событие или явление и к каким переменам оно привело.

Что привело к этому (истоки и предпосылки)

Сражение и операция26 декабря 1943 г.Технологический катализатор

Бой у мыса Нордкап (гибель «Шарнхорста», 1943)

Превосходство британских РЛС типов 273 и 284 при одновременном выводе из строя носового радара «Шарнхорста» обеспечило прицельный артиллерийский бой в полярную ночь.

К чему это привело дальше (последствия)

Событие1939–1945 н.э.Технологический катализатор

Вторая мировая война

Угроза скоростной авиации и подводной войны во Второй мировой войне заставила Великобританию, СССР, США и Германию массово развернуть импульсные РЛС и гидролокаторы.

Событие10 июля — 31 октября 1940 г. (включая «Блиц» до мая 1941 г.)Следствие и политический итог

Битва за Британию

Береговая сеть РЛС Chain Home в составе системы Даудинга обеспечила Королевским ВВС заблаговременное наведение истребителей без истощающего постоянного патрулирования.

Государства и ключевые связи в графе

Связанные личности, технологии, места и понятия

Сражение и операция Бой у мыса Нордкап (гибель «Шарнхорста», 1943) 26 декабря 1943 г. — Технологический катализатор

Связанные события энциклопедии

1939–1945 н.э. Технологический катализатор

Вторая мировая война

Вторая мировая война (1 сентября 1939 — 2 сентября 1945 года) — глобальное противостояние блока стран «оси» (нацистская Германия, Италия, Япония и их союзники) и Антигитлеровс

10 июля — 31 октября 1940 г. (включая «Блиц» до мая 1941 г.) Следствие и политический итог

Битва за Британию

После капитуляции Франции в июне 1940 года единственным противником Германии на Западе оставалась Великобритания во главе с У. Черчиллем, отвергшим компромиссный мир. С 10 июл

Частые вопросы и ответы

Кого считают первооткрывателями эффекта радиолокации и почему прибор Хюльсмайера 1904 года не пошёл в серию?
Отражение радиоволн от металлов доказал Г. Герц (1886–1887), в 1897 году А. С. Попов зафиксировал помеху от третьего судна на Балтике, а в 1904 году К. Хюльсмайер запатентовал «телемобилоскоп». Однако искровой прибор 1904 года имел малую дальность, не измерял расстояние и проигрывал в простоте визуальному наблюдению и прожекторам до роста скоростей авиации в 1930-е годы.
Почему для обнаружения подводных лодок применяют сонар, а не радар?
Солёная морская вода является проводником и практически мгновенно поглощает высокочастотные электромагнитные волны радара, тогда как акустические (звуковые и ультразвуковые) волны гидролокатора распространяются в водной среде на десятки километров.
Какое значение имел многорезонаторный магнетрон 1940 года для хода Второй мировой войны?
Изобретённый в Великобритании в 1940 году магнетрон обеспечил генерацию мощных импульсов сантиметрового диапазона, позволив уменьшить антенны до размеров носового обтекателя ночного истребителя и патрульного самолёта для точной охоты на бомбардировщики и подводные лодки.
Чем первичная радиолокация отличается от вторичной в современной гражданской авиации?
Первичная РЛС регистрирует пассивное физическое эхо от корпуса самолёта, тогда как вторичная облучает борт кодированным запросом на частоте 1030 МГц и получает от самолётного ответчика на частоте 1090 МГц точные данные о номере рейса и высоте полёта.
Как развивалась ранняя советская радиолокация накануне Великой Отечественной войны?
С 1934 года работы шли по заказам ГАУ и УПВО в ЛЭФИ/НИИ-9, ЛФТИ, УФТИ и НИИ-20; от бистатической станции РУС-1 («Ревень») СССР к 1940–1941 годам перешёл к импульсному «Редуту» (РУС-2), одноантенному «Пегматиту», авиационному «Гнейсу» и дальнобойному «Порфиру» под Москвой.

Научная литература и источники

  1. Радиолокационная станция (история создания в Великобритании, Германии, США и СССР, принципы работы) // Википедия [ru.wikipedia.org]
  2. Radar (origins, cavity magnetron, signal processing and applications) // Wikipedia [en.wikipedia.org]
  3. Кобзарев Ю. Б. Первые шаги советской радиолокации // Природа. — 1985. — № 12 (архивная публикация Vivos Voco) [vivovoco.astronet.ru]
  4. Watson R. C. Radar Origins Worldwide: History of Its Evolution in 13 Nations Through World War II // Internet Archive [archive.org]
  5. Robert Watson-Watt: Radar Pioneer // Lemelson-MIT Program [lemelson.mit.edu]