Предшественники, патентная гонка 1876 года и борьба корпораций
После триумфа телеграфа изобретатели пытались передать по проводам саму человеческую речь. Ещё в 1796 году Готфрид Хут назвал «телефоном» систему переговорных рупоров, а в августе 1854 года француз Шарль Бурсель изложил в журнале «L’Illustration» идею электрической передачи голоса вибрирующей мембраной. В 1860 году в Нью-Йорке Антонио Меуччи опубликовал описание своего «Teletrofono», но поданная им 28 декабря 1871 года предварительная заявка-уведомление № 3335 утратила силу в 1874 году из-за нехватки денег и пропажи чертежей, переданных вице-президенту «American District Telegraph Company» Гранту. Независимо 26 октября 1861 года немецкий физик Филипп Рейс продемонстрировал во Франкфурте «Telephon» с фразой «Das Pferd frisst keinen Gurkensalat», однако его схема с размыканием контактов обрывала согласные и не обеспечивала устойчивой речи.
Прорыв возник из экономики телеграфных линий: Александр Грэм Белл и механик Томас Уотсон искали способ многоканального уплотнения проводов («гармонический телеграф») и 2 июня 1875 года услышали эхо колеблющейся пластины. 14 февраля 1876 года в Патентном бюро США поверенный Белла на считанные часы опередил предварительную заявку Элайши Грея на жидкостный голосовой передатчик. 7 марта 1876 года Белл получил патент США № 174465 — позднее названный «самым дорогим патентом в истории», — а 10 марта впервые отчётливо передал Уотсону фразу: «Mr. Watson, come here, I want to see you». Июньская демонстрация на Всемирной выставке в Филадельфии (1876), отмеченная императором Бразилии Педру II и лордом Кельвином, привлекла инвесторов и заложила основу компании Белла.
От жидкостного передатчика и «барышень» к угольному микрофону и АТС
Техническое превосходство схемы Белла над аппаратом Рейса состояло в переходе от прерывистых импульсов к непрерывному «волнообразному току», повторявшему звуковые колебания воздуха. Тем не менее жидкостный передатчик 1876 года был слишком слабым, а в январе 1877 года Белл запатентовал магнитный аппарат (№ 186787), вызвав протест гарвардского профессора Эймоса Долбеара, участвовавшего в испытаниях по уменьшению батареи из 15 элементов Грове до одного и обвинившего Белла в заимствовании. Мощность и дальность связи радикально выросли после создания Томасом Эдисоном угольного порошкового микрофона с индукционной катушкой (1877–1878), которым телеграфный гигант Western Union попытался развернуть конкурирующую сеть в Нью-Йорке и Сан-Франциско; после судебных войн Белл отстоял базовый патент, а объединение прав оформило монополию будущей корпорации AT&T.
Массовой же телефонию сделали не парные прямые провода между домом и конторой, а централизованные коммутаторы, предложенные венгерским инженером Тивадаром Пушкашем (1876). Абонент вращал ручку магнитоиндуктора (в первых аппаратах не было набора, а на фермах порой использовали даже проволоку полевых изгородей) и просил оператора на станции («Барышня, соедините, пожалуйста, меня с…») вручную соединить гнёзда шнурами; от помех силовых линий однопроводные цепи заменили витыми парами. Российские электротехники внесли в развитие этой архитектуры ключевой вклад: в 1877 году петербургский завод «Сименс и Гальске» начал выпуск аппаратов с двумя трубками, в 1878 году П. М. Голубицкий создал многополюсный конденсаторный телефон, а в 1885 году — систему «центральной батареи» (ЦБ), снявшую необходимость обслуживать местные батареи у каждого абонента; в 1879–1880 годах военный связист Г. Г. Игнатьев впервые реализовал одновременное телефонирование и телеграфирование по одному проводу, превзойдя бельгийскую систему Ф. ван Риссельберга на сравнительных испытаниях 1887 года и обеспечив связь Петербурга с Москвой (опытную в 1889 и постоянную в 1898 году).
Трансформация бизнеса, городской жизни и военного управления
Освободив связь от посредничества телеграфиста, телефон перенёс биржевые сделки, управление заводами и редакционную работу в режим живого диалога. На короткое время появились даже первые проекты проводного вещания — «телефонные газеты» и «театрофоны», впоследствии вытесненные радио. Ручные коммутаторы сформировали огромный рынок женского труда: десятки тысяч «телефонных барышень» стали символом новой городской сферы услуг, а само общение без мимики выработало новую культуру речи, ценившую интонацию и чёткость.
Незаменимым телефон оказался и в военном деле: в Первую мировую войну Германия и Антанта широко применили полевые аппараты вместо флажковой сигнализации и негибкого телеграфа, а на военных кораблях укрепились безбатарейные динамические телефоны, работавшие от энергии голоса даже при полном обесточивании судна. В политике XX века прямая телефонная линия между Москвой и Вашингтоном после Карибского кризиса стала ключевым инструментом предотвращения ядерной эскалации.
От АТС Строуджера к цифровой телефонии и мобильной революции
Ошибки ручных операторов, задержки соединений и риск подслушивания побудили Алмона Строуджера запатентовать в 1889 году автоматическую телефонную станцию (АТС), а в 1892 году появился дисковый номеронабиратель (в СССР АТС внедрялись с 1920-х годов, причём в Москве нумерация выросла с пятизначной в 1930-х до семизначной в 1968 году, тогда как в американском Брайант-Понде последний индукторный узел работал до 1983 года). В январе 1927 года открылась коммерческая трансатлантическая линия Нью-Йорк — Лондон (СССР подключился к ней 14 апреля 1936 года), а с 1963 года AT&T начала переход к тоновому кнопочному набору.
Транзистор 1947 года, электронные коммутаторы и импульсно-кодовая модуляция (PCM) перевели сети в цифровую эпоху и стандарт ISDN, а электретные микрофоны вытеснили угольный порошок Эдисона. С развитием радиотелефонов DECT, первых портативных сотовых трубок (1973), аналоговых (1979) и цифровых сетей GSM 1990-х годов голосовая связь интегрировалась с интернетом (VoIP, LTE, 5G), сохранив принципы коммутации, заложенные в 1876 году.
