Понятие, идеологическая природа и цели кампании
Кампания по борьбе с космополитизмом (1948–1953) — организованная в позднем СССР политико-идеологическая чистка, направленная против прозападных настроений и ориентации на международную науку и культуру среди интеллигенции, трактовавшихся как «низкопоклонство перед Западом», «национальный нигилизм» и «безродный космополитизм». Она направлялась Агитпропом ЦК ВКП(б) (под руководством секретарей ЦК А. А. Жданова и М. А. Суслова и главы отдела Д. Т. Шепилова) при непосредственном контроле И. В. Сталина.
Официальная борьба за отечественные приоритеты и культурную изоляцию в ходе кампании сомкнулась с замаскированным государственным антисемитизмом. После статьи О. В. Куусинена (Н. Балтийского) «О патриотизме» (июль 1945 г.) на совещании деятелей музыки в январе 1948 г. А. А. Жданов впервые употребил выражение «безродный космополит», а в марте 1948 г. Г. Ф. Александров в «Вопросах философии» поставил космополитизм в один ряд с изменой Родине. На практике ярлык «космополита» стал инструментом увольнений и репрессий преимущественно против деятелей еврейского происхождения.
Этапы развёртывания: от дела «КР» к чисткам 1949–1953 годов
Почву для кампании подготовили тост Сталина за русский народ (24 мая 1945 г.) и постановления ЦК ВКП(б) 1946–1948 гг. («О журналах „Звезда“ и „Ленинград“» от 14 августа 1946 г., о репертуаре театров, кинофильме «Большая жизнь» и опере «Великая дружба»), причём власти жёстко контролировали рамки «советского патриотизма», критикуя как западничество, так и «квасной» отход от классового анализа (например, в трудах Е. В. Тарле и в книге И. Т. Твардовского). Весной 1947 г. поводом к борьбе с «низкопоклонством» стало дело учёных Н. Г. Клюевой и Г. И. Роскина («дело КР»): 28 марта 1947 г. Политбюро ввело в министерствах «суды чести» (82 суда за 1947 г.), мотивом которых послужили также пьеса и фильм «Суд чести» А. П. Штейна, а Н. С. Тихонов и А. А. Фадеев подвергли разгрому книгу И. М. Нусинова о Пушкине.
В открытую фазу кампания вступила 28 января 1949 г. после редакционной статьи в «Правде» «Об одной антипатриотической группе театральных критиков» (название и правка Сталина), направленной против Ю. Юзовского, А. Гурвича, Я. Варшавского и А. Борщаговского. Последовали погромные собрания в ГИТИСе (откуда сместили директора С. С. Мокульского), Союзе писателей, Академии художеств (статья А. М. Герасимова против А. Эфроса, О. Бескина, Н. Пунина; обвинения искусствоведа Б. Р. Виппера в «англомании») и кино (статья И. Г. Большакова от 3 марта 1949 г., травля С. Д. Дрейдена, Л. З. Трауберга и Н. А. Коварского в Ленинграде), закрылся Музей нового западного искусства (1948), развернулась кампания за раскрытие литературных псевдонимов (включая выступление М. С. Бубеннова) и запрет произведений И. Ильфа и Е. Петрова, А. Грина и Э. Г. Багрицкого.
В науке кампания переплелась с сессией ВАСХНИЛ 1948 г. против «вейсманизма-морганизма» и нападками на Всесоюзном совещании физиков 1949 г. и в ФИАНе на П. Л. Капицу, Л. И. Мандельштама, А. Ф. Иоффе, Л. Д. Ландау и В. Л. Гинзбурга (от массовых арестов физиков защитил атомный проект). В гуманитарной сфере подверглись чисткам Пушкинский Дом (арест Г. А. Гуковского и И. М. Нусинова, увольнения Б. М. Эйхенбаума, В. М. Жирмунского, М. К. Азадовского и Г. А. Бялого), историки-историографы и археологи (Н. Л. Рубинштейн, концепция хазар М. И. Артамонова), философы (увольнение Б. М. Кедрова из «Вопросов философии»). Почти половина западных научных журналов ушла в «спецхраны», а поиск «русских приоритетов» (письмо в защиту А. С. Попова в «Известиях» 1947 г.) дошёл до мистификаций (Крякутный, «Хождение Ивана Новгородца») и переименования «французских булок» и «гандбола». Кампания прекратилась лишь после смерти Сталина в марте 1953 г.
Международный контекст и антисемитский поворот
Резкое ужесточение курса в конце 1948 г. объяснялось началом Холодной войны, созданием НАТО и крушением расчётов Кремля на просоветскую ориентацию Израиля. Энтузиазм советских евреев при приезде посла Голды Меир в сентябре 1948 г. вызвал у Сталина подозрения в «двойной лояльности». За убийством С. М. Михоэлса (январь 1948 г.) последовали роспуск Еврейского антифашистского комитета (20 ноября 1948 г.), разгром еврейской прессы и театров, расстрел 13 деятелей ЕАК 12 августа 1952 г. и «Дело врачей» (1952–1953). По оценке И. Г. Эренбурга, до 1953 г. было арестовано 431 еврейский писатель, актёр, художник и музыкант, а доля евреев среди научных работников снизилась с 18 % в 1947 г. до 7 % к 1970 г.
Историография и научные оценки
Современная историография видит в борьбе с космополитизмом симптом идеологического кризиса позднего сталинизма. А. В. Фатеев («Образ врага в советской пропаганде») показал, что режим конструировал внутреннего врага для блокирования послевоенных надежд на либерализацию. Архивные труды Г. В. Костырченко и Б. Пинкуса доказали перерастание антизападнической кампании в целенаправленную антиеврейскую чистку, а К. М. Азадовский и Б. Ф. Егоров раскрыли её последствия для отечественной филологии.
Механизмы деформации науки проанализировали В. П. Козлов (фальсификации ради «приоритетов»), Я. Л. Рапопорт (последствия изоляции от мировой периодики и расцвет плагиата) и авторский коллектив под редакцией Е. А. Долговой (2023), рассмотревший жёсткую подчинённость науки государственно-идеологическому заказу СССР.