Понятие, этимология и философско-эстетическая доктрина
Классицизм (от лат. classicus — образцовый) — художественный стиль и эстетическое направление XVII — начала XIX века, утверждавшие стремление к ясности, симметрии, логическому порядку и гармонии на основе античного наследия. Лексема восходит к цензовому разряду римских граждан при Сервии Туллии (classici — высший разряд), от которого, как показал Владислав Татаркевич (1959), слово прошло значения «первоклассный», «античный» и «уравновешенный». Сам термин «классицизм» возник лишь в начале XIX века в полемике романтиков: впервые его применил итальянский критик Гермес Висконти (1818), затем Стендаль в статье «Расин и Шекспир» (1823–1825), а к 1830-м годам он утвердился в русском, немецком и английском языках, отграничив «классическое» от «классицистического».
Мировоззренческой основой стиля стал рационализм Рене Декарта и научная революция XVII века (Галилей, Ньютон, Лейбниц), выдвинувшие в центр мира мыслящего, подчиняющего страсти долгу человека. По Эрвину Панофскому («Идея», 1924), теоретик Дж. П. Беллори определил классицизм как поиск «золотой середины» между фантазией маньеризма и натурализмом Караваджо, требуя показывать не случайную действительность, а «очищенную» или «облагороженную» природу. Подытоживая классическую эстетику от Л. Б. Альберти (XV в.) до XVI–XVII веков, В. Татаркевич выделил восемь её постулатов: объективность красоты, соразмерность (concinnitas), постижение разумом, превосходство искусства над природой, научность правил, интеллектуальный замысел (cosa mentale), соответствие формы содержанию (декорум) и авторитет античности. Типологически Ю. М. Лотман определил классицизм как «искусство эстетики тождества», основанное на культе канона.
Периодизация и проявления в видах искусства
Первая волна классицизма XVII века развивалась во Франции параллельно с общеевропейским барокко (в Англии И. Джонса и К. Рена, а также в Голландии стиль утвердился прежде всего в архитектуре). В живописи программой послужила болонская Академия Карраччи (1585), а эталоном — римское творчество Никола Пуссена («теория модусов» в письме от 24 ноября 1647 г.) и пейзажиста Клода Лоррена. При дворе Людовика XIV («Большой стиль» в Во-ле-Виконте и Версале — Л. Лево, Ж. Ардуэн-Мансар, А. Ленотр, Ш. Лебрен) классицистическая ордерность соединялась с барочным размахом, тогда как колоннада Лувра Клода Перро (1664–1673) являла собой чистую регулярность. Сращивание с академизмом закрепили Королевские академии живописи и скульптуры (1648) и архитектуры (1671), Римская премия и иерархия высоких (ода, трагедия, историческая картина) и низких (комедия, сатира, пейзаж, натюрморт) жанров. В литературе и театре канон утвердили реформы Ф. де Малерба, пьесы П. Корнеля, Ж. Расина и Мольера (в XVIII в. Вольтера, К. Гольдони, Г. Э. Лессинга) и трактат Н. Буало «Поэтическое искусство» (1674) с правилом трёх единств (времени в 24 часа, места и действия).
Второй подъём — неоклассицизм второй половины XVIII — начала XIX века — вдохновлялся просветительскими идеалами, раскопками Геркуланума (1738) и Помпей (1748) и теорией И. И. Винкельмана (поддержанной А. Р. Менгсом). Во Франции он породил революционный классицизм Жака-Луи Давида («Клятва Горациев», 1784; «Смерть Марата») и Ж.-Ж. Суффло, перешедший затем в имперский ампир и академизм Энгра. В скульптуре творили Э.-М. Фальконе («Медный всадник», 1766–1782), Ж.-А. Гудон (статуя Вольтера 1778 г. и учебное «экорше»), Клодион, А. Канова и Б. Торвальдсен. В России второй половины XVIII — начала XIX века сложился самобытный русский классицизм (скульпторы Ф. И. Шубин, М. И. Козловский, И. П. Мартос, Б. И. Орловский и «романтический академизм» К. П. Брюллова). В музыке к классицизму условно относят венскую классику Й. Гайдна, В. А. Моцарта и Л. ван Бетховена, хотя отсутствие античных образцов делает этот термин спорным. К началу XX века возникла и третья волна неоклассицизма (П. Пюви де Шаванн, П. Сезанн, А. Майоль, Э. Бурдель, русский архитектурный неоклассицизм).
Социокультурный контекст эпохи
Во Франции XVII века классицизм служил консолидации нации вокруг абсолютной монархии: античные аллюзии возвеличивали Людовика XIV, а академии регламентировали вкус и воспитание. Впрочем, уже в драматургии Расина и Корнеля и в архитектуре Голландии и Англии стиль выходил далеко за рамки придворной апологии.
В XVIII столетии социальная роль направления переменилась: для просветителей античные республики стали антифеодальным образцом гражданской добродетели, свободы и разумного долга, противопоставленным фривольности рококо. Эта гражданственная риторика позволила искусству Давида обслуживать сначала Французскую революцию, а затем Первую империю Наполеона. В начале XIX века классицистический канон вступил в борьбу с романтизмом (Ж. де Сталь «О Германии» 1810 г., В. Гюго «Предисловие к Кромвелю» 1827 г.), а в середине XIX века подвергся атаке со стороны реализма Гюстава Курбе и русских передвижников.
Историография и научные трактовки
Романтики критиковали классицизм как «устаревшее» подражательство (отсюда бытование ярлыка «ложный классицизм» в XIX веке), тогда как их оппоненты возвели авторов XVII столетия в ранг национальной классики. Во второй половине XIX — начале XX века стиль стал предметом систематической науки в трудах Г. Вёльфлина и культурно-исторической школы (Д. Низар, Ф. Брюнетьер, Г. Лансон, Ш. Блан, М. Арнольд).
В 1950–1960-х годах советская и зарубежная наука (С. С. Мокульский и др.) пересмотрела упрощённое отождествление классицизма с идеологией абсолютизма, а Р. Уэллек указал на хронологическую несинхронность его национальных вариантов во Франции, Англии и Германии (причём литературовед Н. Козлова вела отсчёт ещё с трагедии Дж. Триссино «Софонисба», 1515). Современные культурологи (А. Н. Бенуа, К. Кларк, В. Татаркевич, М. С. Каган, Ю. М. Лотман, Е. Шпинарская) различают исторический стиль XVII — начала XIX века и расширительное понимание классицизма как периодически возвращающегося инварианта европейской культуры.
