Определение, этимология и типология явления
Коллаборационизм (от фр. collaboration — «сотрудничество», от лат. collaborare — «работать вместе») применительно ко Второй мировой войне означает осознанное, добровольное или оппортунистическое сотрудничество граждан, чиновников, партий и воинских формирований с оккупационными властями или державами «оси» во вред собственной стране. Слово «коллаборатор» (collaborateur) встречалось во Франции ещё в 1802 году, однако значение «предательское сотрудничество с врагом» закрепилось после 24 октября 1940 года, когда глава правительства Виши маршал Филипп Петен на встрече с А. Гитлером в Монтуар-сюр-Луар согласился на «коллаборацию» с Германией. В СССР военных лет применялся термин «пособничество оккупантам», квалифицируемое как измена родине.
Историки (Стэнли Хоффманн, Бертрам Гордон, Герхард Хиршфельд, М. И. Семиряга) разграничивают вынужденную «коллаборацию» (исполнение рутинных административных, полицейских или хозяйственных функций ради порядка или выживания — «сервильное» сотрудничество) и идейный «коллаборационизм» (collaborationnistes — профашистские круги, разделявшие цели победы Рейха). Выделяются политико-государственный, военный, полицейский, экономический, культурно-пропагандистский (например, радиоведущий Уильям Джойс — «лорд Хау-Хау») и бытовой («горизонтальный») типы сотрудничества.
Эволюция коллаборационизма в 1939–1945 годах
В 1940–1941 годах в ряде оккупированных или капитулировавших стран Европы появились прогерманские администрации. Во Франции режим Виши (Ф. Петен, П. Лаваль) проводил экономическое и полицейское сотрудничество, стремясь при этом удержать монополию в отношениях с Берлином (по данным С. Китсона, вишисты даже арестовали ок. 2 тысяч несанкционированных немецких агентов). В Норвегии в 1942 году кабинет возглавил Видкун Квислинг, чья фамилия стала нарицательным обозначением изменника. В Бельгии действовали фламандский VNV, «ДеФлаг» и валлонские рексисты, в Греции — три прогерманских правительства и «Батальоны безопасности» И. Раллиса, в Югославии — усташское Независимое государство Хорватия, администрация Л. Рупника в Словении и сербский режим М. Недича.
С началом войны против СССР (1941) на фоне нехватки резервов страны «оси» широко привлекли иностранные части СС (полки «Вестланд» и «Нордланд» дивизии «Викинг», дивизия СС «Галичина» и др.), вспомогательную полицию и восточные батальоны; на тихоокеанском театре Япония опиралась на прояпонские администрации в Китае, Индийскую национальную армию и индонезийскую «Добровольческую армию защитников отечества». В Югославии часть роялистских четников после 1941 года шла на тактическую коллаборацию против партизан Тито. Поражения 1943–1945 годов вызвали кризис среди пособников: радикальные националисты (фракции ОУН С. Бандеры и А. Мельника) лавировали между Берлином и подпольем, а Рейх лишь на исходе войны (конец 1944 — 1945 г.) санкционировал КОНР и РОА генерала А. А. Власова.
Исторический контекст, мотивы и последствия
Мотивация сотрудничества складывалась из пяти факторов: инстинкта выживания под оккупационным террором и в плену (что исследователи отличают от «легитимного сотрудничества» интернированных гражданских лиц на Филиппинах по Дж. Уорду); идеологического антикоммунизма и симпатий к фашизму; этнонационалистических расчётов (в Прибалтике, на Западной Украине, в Хорватии, Вьетнаме); корыстного оппортунизма элит, наживавшихся на конфискациях и контрактах; а также прагматизма «меньшего зла». Если в Польше нацистский коллаборационизм остался маргинальным (хотя в 1944 г. при поддержке СССР сформировался Люблинский комитет), то на оккупированной территории СССР, по оценкам большинства российских историков, в разные формы пособничества было вовлечено от 200 до 800 тысяч человек (отдельные оценки с учётом всех вспомогательных служб, «хиви» и администрации достигают 1,5 млн).
Тяжелейшим последствием стало соучастие коллаборационистов (полиции Виши, отрядов в Прибалтике и на Украине, охранников из лагеря Травники, хорватских усташей) в карательных операциях и Холокосте. После войны главные деятели (П. Лаваль, В. Квислинг, А. Власов) были казнены по приговорам судов; во Франции казнили около 10,5 тысяч человек по суду и без суда. Исключением стала Греция, где гражданская война позволила бойцам «Батальонов безопасности» избежать трибуналов.
Историография и современные дискуссии
После 1945 года во многих западноевропейских странах доминировал «миф о всеобщем Сопротивлении», сводивший предательство к горстке «квислингов». В 1960–1970-е годы исследования С. Хоффманна, Р. Пэкстона, Б. Гордона и П. Уэбстера опровергли этот миф, доказав самостоятельную инициативу режима Виши в сотрудничестве с Рейхом и депортациях евреев. Позднее труды Г. Хиршфельда, Ш. Дарси и Х. Квона встроили коллаборационизм в сравнительную историю оккупаций от эпохи Наполеона до XX–XXI веков.
В российской историографии с 1990-х годов (М. И. Семиряга, Б. Н. Ковалёв, В. А. Пережогин) была разработана подробная типология советского коллаборационизма. Отечественные историки критически опровергают как завышенные цифры пособников, так и попытки ряда западных и постсоветских авторов (Й. Хоффманна, К. Александрова и др.) представить власовское движение или националистические формирования как «антисталинское сопротивление», опираясь на опубликованные документы вермахта, СД и партизанских штабов.
