Предпосылки войны и кампания 1237 года
Возобновление войны между императором Священной Римской империи Фридрихом II Гогенштауфеном и городами Второй Ломбардской лиги в 1236 году породил фундаментальный конфликт между стремлением Штауфена к имперской юрисдикции в Северной Италии и автономией коммун, закреплённой Констанцским миром 1183 года. Подавив мятеж собственного сына Генриха (VII) в Германии и утвердив централизованную власть в Королевстве Сицилия, Фридрих II располагал куда более гибкими ресурсами, чем его дед Фридрих I Барбаросса: помимо германских рыцарей и сицилийской казны, император опирался на апулийских мусульманских лучников из Лучеры и североитальянских гибеллинов во главе с Эццелино III да Романо.
После взятия Виченцы в 1236 году и обеспечения избрания сына Конрада римским королём император в августе—сентябре 1237 года вновь перешёл через Бреннер с отрядом примерно в 2 000 немецких рыцарей (включая отряды Тевтонского ордена). В Вероне к нему присоединились тосканские и южноитальянские войска Гебхарда фон Арнштейна, кремонцы, павийцы, пармцы и другие гибеллины, доведя общую численность маневренной армии до 20 000 человек. Мантуя предпочла покориться, а двухнедельная осада укреплённого Монтикьяри (павшего 21 октября) позволила Второй Ломбардской лиге собрать крупное войско из Милана, Пьяченцы, Брешии, Алессандрии, Верчелли, Новары и Лоди под началом миланского подеста Пьетро Тьеполо, сына венецианского дожа.
В начале ноября армии более двух недель простояли друг против друга у Манербио: ломбардцы прикрылись реками, каналами и осенними болотами, парализовав кавалерию императора. После провала папского посредничества Фридрих II 23 ноября пошёл на хитрость: распустив часть итальянских ополчений, он демонстративно отступил за реку Ольо к Кремоне, будто бы на зимние квартиры, однако тайно удержал боеспособную мобильную группу у Сончино. Поверив в завершение кампании, ломбардцы также распустили часть ополчения и 27 ноября двинулись по размокшим от дождей дорогам к Кортенуова в области Бергамо, растянувшись на несколько километров при переправах.
Оперативный перехват и ход сражения
За движением лиги скрытно следили союзники императора из Бергамо. Как только основные силы ломбардцев перешли Ольо и оторвались от отставшего обоза, наблюдатели с башни в Чивидате-аль-Пьяно подали условленный дымовой сигнал в Сончино. Фридрих II немедленно поднял сосредоточенный кулак и форсированным 18-километровым маршем пошёл на перехват вверх по реке, тогда как бергамское ополчение выступило с севера, отрезая противнику путь отхода.
Преодолев значительное расстояние, имперский авангард настиг арьергард и обозное прикрытие лиги только во второй половине дня 27 ноября. Миланские и пьячентинские воины ожесточённо сопротивлялись около часа на четырёхкилометровом участке от Ольо до замка Кортенуова, позволив Пьетро Тьеполо выстроить основные силы на укреплённой неглубоким рвом позиции вокруг главного символа коммуны — боевой повозки-алтаря карроччо. Пехота сомкнула щиты и копья, прикрыв фланги ломбардской конницей.
Учитывая горький опыт поражения Барбароссы при Леньяно (1176), Фридрих II применил тактику комбинированных родов войск. Апулийские сарацинские лучники методично обстреливали и изматывали плотную фалангу ломбардцев, кремонские штурмовые отряды с длинными секирами пробивали бреши, а немецкие, сицилийские и павийские рыцари наносили таранные удары по расшатанным участкам. Отважная контратака ломбардской конницы ненадолго прорвалась к сарацинам и вызвала замешательство, но была отбита. Вокруг карроччо бой кипел до темноты, и строй горожан физически не дрогнул.
Однако ночью, сочтя позицию окружённой и безнадёжной, Тьеполо приказал тайно отступать в Тревильо (в 20 км к западу). Под проливным дождём в темноте отход превратился в паническое бегство: громоздкое карроччо пришлось бросить в поле (снятый золотой крест позже потеряли в грязи), заблудившиеся отряды натыкались на бергамские засады или тонули в разлившейся реке Серио. На рассвете 28 ноября император занял брошенный лагерь с огромными трофеями и пленниками.
Численность войск, потери и решающий фактор
В день битвы армия Второй Ломбардской лиги насчитывала около 15 000 человек (до трети — всадники), а имперское ударное ядро Фридриха II — свыше 10 000 воинов (около 3 000 германских рыцарей, более 2 000 итальянской и сицилийской конницы, крупные контингенты сарацинских стрелков и кремонско-павийской пехоты). Потери лиги составили порядка 3 000–4 000 убитыми и утонувшими (одни миланцы потеряли ок. 2 500 чел.) и 4 000–5 000 пленными (канцелярия императора в триумфальных реляциях округляла общий урон врага до 10 000), тогда как имперская сторона потеряла несколько сотен человек.
В плен попал и подеста Пьетро Тьеполо. 1 декабря 1237 года Фридрих II устроил в Кремоне торжественный въезд: захваченное карроччо тащил подаренный египетским султаном аль-Камилем боевой слон с башней, а прикованного к повозке Тьеполо позже вывезли в Апулию и по свидетельству Джованни Виллани повесили на башне в Трани. Решающий успех императору принесло сочетание оперативной маскировки, быстрой сигнальной разведки и общевойскового взаимодействия лучников, штурмовой пехоты и тяжёлой кавалерии против стационарной пехотной обороны.
Политические последствия и пределы победы
Имперская канцелярия Пьера делла Виньи разослала триумфальные манифесты по всей Европе, а миланское карроччо с помпой доставили в Рим и установили на Капитолийском холме с триумфальной надписью в духе древних цезарей, бросая вызов папе Григорию IX. Полевая армия лиги рассеялась, и города Лоди, Новара, Верчелли, Кьери и Савона признали власть императора. Однако, остановившись всего в 25 километрах от беззащитного Милана, Фридрих II не атаковал город с ходу и отверг выгодные мирные предложения миланцев, потребовав безоговорочной капитуляции.
Угроза произвола сплотила коммуны: сохранив стены, казну и самоуправление, Милан, Брешиа, Пьяченца и Болонья возобновили сопротивление. Провал осады Брешии летом 1238 года показал пределы военной победы при Кортенуова, а весной 1239 года папа Григорий IX, опасавшийся окружения Папской области, вновь отлучил императора от церкви, ввергнув Италию в перманентную войну до гибели династии Гогенштауфенов.
