Предпосылки: угроза Петербургу и замысел П. Х. Витгенштейна
После выступления 1-й Западной армии М. Б. Барклая-де-Толли из Дрисского лагеря к Витебску 2 (14) июля 1812 года 1-й пехотный корпус графа П. Х. Витгенштейна остался у Покаевцев на правом берегу Западной Двины, чтобы прикрыть пути на Псков и Санкт-Петербург. Наполеон поручил маршалу Н. Удино во взаимодействии с частью корпуса Э. Ж. Макдональда (наступавшего из Курляндии от Якобштадта) соединиться у Себежа, обойти Витгенштейна и отрезать его от столицы. При этом император резко недооценивал русский корпус, считая, что в нём не более 10 тысяч человек.
Когда переправа Макдональда заставила отряд генерала Гамена (3 300 пехотинцев и 4 эскадрона с 6 орудиями) отойти к Режице, Витгенштейн отказался от удара за Двину и занял центральное положение у Расицы. Заняв Полоцк 14 (26) июля, Удино выступил к Себежу и 17 (29) июля вошёл в Клястицы, оставив дивизию Мерля в Сивошино и кавалерию Корбино на Дриссе (16 / 28 июля у Филипово её потеснил авангард Я. П. Кульнева и генерала Балка, взяв 167 пленных). Узнав об отходе главной армии Барклая к Смоленску, грозившем усилением Удино, Витгенштейн в ночь на 18 (30) июля созвал в Кохановичах военный совет. По мнению начальника штаба Довре и начальника артиллерии Яшвиля совет решил: лучшая защита Петербурга — немедленно атаковать Удино, обязав Гамена сдерживать Макдональда.
Ход трёхдневного сражения у Якубово, Клястиц и Боярщины
18 (30) июля: авангардный бой у села Якубово
Утром 18 (30) июля корпус сосредоточился у Катеринова на реке Свольне. Авангард генерал-майора Я. П. Кульнева (3 730 чел.: 25-й и 26-й егерские полки, Гродненский гусарский полк, 4-й донской казачий полк Платова и 1-я конно-артиллерийская рота подполковника Сухозанета с 12 орудиями) переправился через реку и к 2 часам дня вышел к аванпостам дивизии К. Леграна перед Якубово. К 5 часам Кульнев сбил стрелков из леса и занял высоту, однако Легран атаковал его превосходящей пехотой (56-й линейный полк при поддержке бригады Мезона). Стойкий картечный огонь маневрировавшей конной роты Сухозанета удержал опушку до подхода Витгенштейна с 23-м и 24-м егерскими полками полковника Фролова и 14-й батарейной ротой полковника Штадена. Опрокинутый к Якубову противник поджёг селение. Поздним вечером Удино ввёл в бой дивизию Ж.-А. Вердье (кирасиры Думерка не смогли развернуться в густом лесу и простояли на дороге), но стеснённая лесом французская позиция вмещала лишь 12 орудий против 24 русских, и к ночи неприятель с потерями отступил.
19 (31) июля: перелом у Клястиц и атака горящего моста
В 3 часа ночи Витгенштейн выстроил корпус в батальонные колонны: егерей на правом фланге, Севский и Калужский полки в центре под командой Казачковского, Пермский и Могилёвский — на левом крыле, выдвинув вперёд 26 орудий. После упорной штыковой схватки за мызу Якубово Удино обрушил удар на центр русской позиции, но был отброшен перекрёстным артиллерийским огнём. Контратака всей первой линии генерала Берга опрокинула центр и левое крыло французов, поставив под угрозу их переправы через Дриссу и Двину. Удино отошёл на песчаные высоты правого берега реки Нищи, затем за саму реку перед Клястицами, прикрыв единственный мост батареями и поджёгши его при отступлении. Пока конница и два орудия Сухозанета искали и форсировали брод, 2-й батальон Павловского гренадерского полка (капитан Крылов) прорвался на другой берег прямо по пылающему мосту; за ним переправились главные силы, отбросив неприятеля к Сивошино.
20 июля (1 августа): бой у Боярщины и контрудар у Головчиц
Утомлённый корпус остался на отдых в Клястицах, а преследовать французов двинулся авангард Кульнева. Переправившись через Дриссу без должной разведки, Кульнев при выходе из леса у деревни Боярщина (Обойрщина) оказался перед всем объединённым корпусом Удино, усиленным свежей дивизией Мерля. Под перекрёстным огнём батарей отряд понёс тяжёлые потери, а сам Я. П. Кульнев лишился обеих ног от попадания ядра и вскоре умер. Преследовавшая отступавших дивизия Вердье натолкнулась у Головчиц на подошедшие главные силы Витгенштейна (который был ранен в схватке), была разбита и отброшена, после чего Удино отступил в Полоцк.
Решающий фактор, условия местности и потери сторон
Победу 17-тысячного русского корпуса (резервы Сазонова и Репнина-Волконского у Катеринова в дело не вводились) над 20 тысячами активно сражавшихся войск Удино (из 28 тыс. состава) обеспечило сочетание упреждающей инициативы и точного учёта местности. Решение военного совета в Кохановичах перехватило у маршала темп и навязало бой в лесных дефиле, где тяжёлые кирасиры Думерка потеряли возможность манёвра, а французская артиллерия оказалась вдвое слабее развёрнутых русских батарей. Технико-тактическим ключом стала мобильность конной артиллерии Сухозанета (потерявшей 83 из 216 человек 18 июля, но спасшей авангард и поддержавшей форсирование Нищи), а также штурмовой порыв павловцев через горящий мост.
Трёхдневный бой, в ходе которого французов трижды выбивали с позиций, стоил тяжёлых потерь обеим сторонам, причём точные цифры убитых и раненых в историографии разнятся. Русская армия потеряла выдающегося авангардного генерала Я. П. Кульнева, ранение получил Витгенштейн; только пленными неприятель оставил свыше 900 человек (по надписи на памятнике 1839 года — 912 пленных под Клястицами, помимо 167 пленных у Филипово).
Стратегические последствия и память о победе
Сражение под Клястицами стало первой значимой победой русской армии в кампании 1812 года. Наступление Удино на Себеж и Псков было остановлено, угроза Санкт-Петербургу отведена, а Витгенштейн получил устойчивое моральное преимущество на северном крыле. Император Александр I назвал генерала «Спасителем Петербурга», наградил его орденом Святого Георгия 2-й степени и пенсией в 12 тыс. рублей; капитан Крылов получил Георгия 4-й степени, а псковское купечество преподнесло полководцу икону «Защитнику Пскова».
Чтобы спасти положение на северном фланге, Наполеон был вынужден срочно направить к Полоцку 6-й баварский корпус Сен-Сира (13 тыс. человек), доведя группировку Удино до 35 тыс. солдат и ослабив главные силы, шедшие на Москву. В 1824 году Гродненский гусарский полк переименовали в Клястицкий, в храме Христа Спасителя в Москве запечатлели образ святого князя Романа (в память о дне победы 19 июля), а в Клястицах воздвигли монументы 1839 и 1962 годов.
