Военно-стратегическая обстановка и замысел сторон
После Житомирско-Бердичевской (1-й Украинский фронт Н. Ф. Ватутина) и Кировоградской (2-й Украинский фронт И. С. Конева) операций к январю 1944 года образовался глубокий Корсунь-Шевченковский выступ, упиравшийся в Днепр у Канева. Его обороняли 42-й армейский корпус 1-й танковой и 11-й армейский корпус 8-й армии группы армий «Юг» (генерал-фельдмаршал Э. фон Манштейн), сковывавшие смежные фланги двух советских фронтов на пути к Южному Бугу и создававшие угрозу удара во фланг освобождённому Киеву; несмотря на опасность, А. Гитлер категорически запретил отвод войск.
Директивой Ставки ВГК № 220006 от 12 января 1944 года предписывалось встречными ударами под основание выступа соединиться у Шполы и Звенигородки, создав двойное кольцо окружения. К операции привлекались 27-я, часть 40-й и вновь сформированная 6-я танковая (А. Г. Кравченко) армии 1-го Украинского фронта и 52-я, 4-я гвардейская, 53-я армии, 5-я гвардейская танковая армия (П. А. Ротмистров) и 5-й гвардейский Донской казачий кавалерийский корпус 2-го Украинского фронта при поддержке 2-й и 5-й воздушных армий. Согласно отчёту начальника инжвойск 2-го Украинского фронта генерала Цирлина от 14 февраля 1944 года, переброску 5-й гвардейской танковой армии из-под Кировограда скрыли 5 ложными танковыми и 12 артиллерийскими районами с макетами, кочующими орудиями и радиоимитацией.
Театр военных действий и этапы операции
Холмистая, изрезанная оврагами лесостепь Черкасщины с реками Рось, Россава, Шполка и Гнилой Тикич в январе–феврале 1944 года оказалась скована аномально ранней оттепелью и распутицей, сменившейся февральскими метелями, что предельно затрудняло манёвр бронетехники, работу полевых аэродромов и подвоз снабжения.
На этапе окружения (24 января – 3 февраля) главные силы 2-го Украинского фронта перешли в наступление 25 января, прорвали оборону 389-й пехотной дивизии и ввели 20-й и 29-й танковые корпуса, освободившие 27 января Шполу. 1-й Украинский фронт атаковал 26 января: на главном участке у Тыновки темп был невысоким, но 27-я армия прорвала оборону 88-й дивизии на 18 километров; перенеся усилия на север и введя подвижную группу 233-й танковой бригады через Лысянку, войска 28 января соединились в Звенигородке с 20-м танковым корпусом. К 3 февраля образовались внешнее и внутреннее кольца, окружившие 59–60 тысяч человек «группы Штеммермана» (корпусная группа «Б», 57-я, 72-я, 88-я, 389-я пехотные дивизии, 5-я танковая дивизия СС «Викинг» и штурмовая бригада СС «Валлония»).
На втором этапе (4–16 февраля) Манштейн бросил на деблокаду 47-й и 3-й танковый корпуса (1-я, 13-я, 16-я, 17-я танковые дивизии, дивизия СС «Лейбштандарт», тяжёлый танковый полк Беке с «Тиграми» и «Пантерами» — около 550 танков и САУ). После провала попытки контр-окружения 4–9 февраля под ударами 6-й и введённой из резерва 2-й танковой армий корпус Г. Брейта 11–16 февраля пробился к Лысянке и хутору Октябрь, остановившись всего в 7 километрах от котла перед высотой 239,8. Тем временем на внутреннем фронте, переданном Ставкой под единое управление И. С. Конева при координации Г. К. Жукова, советские войска сжали периметр до 35 километров, 14 февраля освободили Корсунь-Шевченковский и, после отклонения врагом ультиматума от 8 февраля, оттеснили противника к Шендеровке.
В ночь на 17 февраля три колонны под общим руководством генерала Т. Лиеба пошли на прорыв из Шендеровки в метель, бросив 1 450 нетранспортабельных раненых. Не зная, что высота 239,8 занята танками 5-й гвардейской танковой армии (усиленной бригадой новых танков ИС-2), колонны отклонились южнее к разлившемуся Гнилому Тикичу без переправ, где попали под огонь танков и удары казаков 5-го гвардейского кавалерийского корпуса. Тысячи солдат утонули или погибли под обстрелом, В. Штеммерман был убит в арьергарде, а прорвавшиеся к Лысянке оставили в котле всю технику.
Решающие факторы и потери сторон
Победу обеспечила зрелая советская доктрина глубокой операции с двойным фронтом окружения, гибким маневром танковых резервов (2-й и 5-й гв. ТА с новейшими ИС-2) и тщательной оперативной маскировкой. Решающим техническим фактором в условиях чернозёмной распутицы стало массовое применение полноприводных ленд-лизовских грузовиков (4x4 и 6x6), обеспечивших бесперебойный подвоз боеприпасов Красной Армии, тогда как двухосные машины и тяжёлые танки вермахта вязли и замирали без горючего, а воздушный мост люфтваффе давал лишь 78 тонн грузов в сутки вместо необходимых 150.
По данным Г. Ф. Кривошеева, советские потери составили 80 188 человек (24 286 безвозвратных и 55 902 санитарных). Оценки германских потерь разнятся: советские сводки сообщали о 55 тысячах убитых и 18 200 пленных; немецкие документы фиксируют выход к Лысянке и эвакуацию по воздуху от 30–32 до 40 423 человек при общих потерях внутри котла около 31 тысячи (не считая тяжёлых потерь деблокирующих корпусов), потере всей тяжёлой техники и гибели 34 % состава в ряде оценок.
Стратегические и политические последствия
Шесть немецких дивизий и бригада СС были выведены в тыл на полное переформирование, а отвлечение танковых резервов Манштейна позволило Красной Армии одновременно занять Ровно, Луцк и Кривой Рог. Уже 18 февраля директивой № 220030 Ставка нацелила 2-й Украинский фронт на Уманско-Ботошанскую операцию, выведшую весной 1944 года советские войска к Днестру, Пруту и государственной границе с Румынией.
Победа под Корсунь-Шевченковским, названная «Сталинградом на Днепре», сопровождалась широким применением антифашистской агитации НКФД (около трети из 18,2 тыс. пленных по советским учётам сдавались с листовками комитета) и принесла И. С. Коневу звание Маршала Советского Союза, закрепив стратегический перелом на Правобережной Украине.
