Предпосылки и стратегическая обстановка
Истоки франко-фламандской войны (1297–1305) восходят к воцарению Филиппа IV Красивого в 1285 году. Монарх стремился подчинить полунезависимое графство Фландрия королевскому домену, опираясь на часть знати вроде Жана II д’Авена. Против этого выступил граф Ги де Дампьер, искавший союза с Англией, тогда как фламандские города раскололись на профранцузскую партию патрициата «Лилии» (Leliaerts) и цеховую фракцию «Когти» (Klauwaerts) во главе с Петером де Конинком.
Летом 1297 года французы вторглись во Фландрию и, ввиду занятости Эдуарда I войной в Шотландии, вынудили графство к перемирию. После его истечения в январе 1300 года французская армия к маю заняла Фландрию: Ги де Дампьер был арестован, а наместником стал Жак де Шатильон. 18 мая 1302 года горожане Брюгге подняли восстание («Брюггская заутреня»), перебив французских солдат и чиновников. Мятеж поддержала почти вся Фландрия, кроме Касселя, Куртре и Гента (хотя из Гента прибыли 700 добровольцев Яна Борлюта); большая часть знати приняла сторону короля.
Командование над восставшими приняли Ги де Намюр и его племянник Вильгельм Юлихский при участии Яна III ван Ренессе. К 26 июня фламандцы соединились под Куртре и осадили замок с французским гарнизоном; для подавления восстания Филипп IV направил армию во главе с графом Робертом II д’Артуа.
Соотношение сил, местность и ход сражения
Французское войско насчитывало 8 000–8 700 человек: 2 500–2 700 (до 3 000) тяжёлых всадников в десяти отрядах и трёх баталиях (две ударные и резерв), около 1 000 арбалетчиков (главным образом генуэзских наёмников) и 4 500–5 000 копейщиков и пехоты из Франции, Ломбардии, Наварры и Испании. Фламандская армия включала 8 000–10 000 бойцов городского ополчения (Брюгге — 2 600–3 700, Брюггсе-Врейе — 2 500, Ипр — до 1 000, Восточная Фландрия — 2 500 и гентские добровольцы) при ~900 арбалетчиках; верные графу дворяне (по «Гентским анналам» лишь десять конных рыцарей, по др. источникам от 50–70 дворян до 400 офицеров и отряд Ги де Намюра в 500 бойцов) сражались спешившись.
Фламандцы выбрали позицию в поле у ручья Гронинге восточнее Куртре. Тыл глубокого квадратного построения прикрывала дуга реки Лис (Лейе), а перед фронтом простиралась заболоченная низина, иссечённая естественными ручьями и вырытыми ополченцами канавами, часть которых замаскировали дёрном и ветвями. Попытка французской прислуги загодя навести деревянные мостки была пресечена. Сражение 11 июля 1302 года открыли 1 000 французских арбалетчиков, оттеснивших 900 фламандских стрелков. Следом вброд через ручьи пошла французская пехота, начав теснить передовые шеренги, однако Роберт II д’Артуа опасался, что пехотинцы захлебнутся у преград или отнимут честь победы, и приказал им отойти, бросив вперёд около 2 300 тяжеловооружённых всадников двух передних баталий.
Смяв часть собственной отступавшей пехоты и преодолев ручьи в расстроенном строю, французские рыцари на рыси обрушились на стену фламандских пик. Впервые дисциплинированная городская фаланга не дрогнула перед кавалерийским натиском: всадники увязли в грязи и сомкнутых рядах, а немногие прорвавшиеся были перебиты резервом Яна ван Ренессе. Когда граф д’Артуа бросил в бой 700 латников арьергарда и сам поскакал в атаку, часть резерва повернула охранять обоз; сам командующий был окружён, его коня сбил монах-конверз Виллем ван Сафтинген, а граф пал под множеством ударов. Вылазку гарнизона замка Куртре сорвал выделенный засадный отряд. Потрясённая гибелью рыцарей французская пехота бежала, а фламандцы преследовали её около 10 километров, почти не беря пленных.
Решающие факторы и потери сторон
Исход боя определила комбинация топкой перерытой местности, гильдейской дисциплины пехоты и специфического фламандского вооружения. Наряду с длинными пиками, стальными шлемами и кольчугами ополченцы массово применяли годендаг (goedendag) — полутораметровое деревянное древко с тяжёлым навершием и стальным шипом, которым сбивали всадников и пробивали зазоры доспехов. По данным «Гентских анналов», французы потеряли свыше 1 000 убитыми, включая 75 видных сеньоров: графа Роберта II д’Артуа, коннетабля Рауля де Клермон-Неля, маршалов Ги де Клермона и Симона де Мелёна, Жака де Шатильона, советника короля Пьера Флотта, Готфрида Брабантского с сыном, графов д’Омаль, д’Э и де Даммартен. Флорентийский хронист Джованни Виллани в «Новой хронике» оставил эмоциональное свидетельство современника:
«Всего французы потеряли убитыми более шести тысяч рыцарей и бессчетное множество пехотинцев, в плен же никого не брали… После этого разгрома честь и слава старинной знатности и отваги французов сильно приуменьшились, ибо цвет мирового рыцарства был разбит и унижен своими же подданными, самыми худородными людьми на свете — ткачами, сукновалами, работниками низких ремесел и занятий. Они были столь чужды воинскому делу, что из презрения к их малодушию другие народы мира называли фламандцев «жирными кроликами». Но после этих побед уважение к ним стало так высоко, что один пеший фламандец с годендаком в руке стоил двух французских рыцарей».
С павших всадников победители собрали 500–700 пар золотых шпор и вывесили их в церкви Богоматери в Куртре, откуда и пошло название битвы.
Дипломатические итоги и историческое значение
Сразу после триумфа 13 июля сдался замок Куртре, а 14 июля Ги де Намюр вступил в Гент; в Генте и Ипре пало патрицианское правление, а цеховые гильдии получили официальное признание. Однако перевес ресурсов остался за Францией: в 1304 году королевские войска одержали победы при Зерикзее и Монс-ан-Певеле, а по Атисскому миру в июне 1305 года Фландрия признала сюзеренитет короны, обязалась выплатить 20 000 и 400 000 фунтов контрибуции и уступила ряд городов. В 1382 году после битвы при Роозбеке солдаты Карла VI отняли шпоры и разграбили Куртре.
Для Европы битва при Куртре стала прологом «пехотной революции» XIV века, доказав боеспособность массового пешего строя. В XIX–XX веках сражение оформилось в символ фламандской идентичности (вдохновив картину Никеза де Кейзера и роман Хендрика Консианса «Лев Фландрии»), а с 1973 года 11 июля является официальным праздником Фламандского сообщества Бельгии.
