Тарутинский лагерь и стратегическая пауза осени 1812 года
После оставления Москвы М. И. Кутузов совершил Тарутинский фланговый манёвр с Рязанской на Старую Калужскую дорогу, разместив армию к началу октября в укреплённом лагере у села Тарутино (главная квартира располагалась в деревне Левашевка) за рекой Нарой. Здесь русские войска получили передышку, пополнили личный состав и артиллерийский парк, надёжно прикрыв пути на хлебородную Калугу и тульские заводы. В то же время Наполеон в Москве столкнулся с острым дефицитом снабжения и развернувшейся партизанской войной, срывавшей фуражировку и вынуждавшей держать крупные отряды вдали от столицы.
Для наблюдения за русской армией с 12 (24) сентября в 90 км от Москвы на реке Чернишне (приток Нары) близ деревни Винково стоял авангард маршала И. Мюрата: 5-й польский корпус Ю. Понятовского, две пехотные и две кавалерийские дивизии, а также четыре кавалерийских корпуса. К 6 (18) октября в группировке оставалось, по оценке Ж. де Шамбре, около 20 тысяч человек (против 26 540 по сентябрьским ведомостям) и 197 орудий, которые, по словам К. фон Клаузевица, «скорее обременяли авангард, чем могли быть ему полезны». Фронт и правый фланг Мюрата прикрывали Нара и Чернишня, тогда как открытый левый фланг примыкал к лесу. После двухнедельного затишья на аванпостах (по воспоминаниям А. П. Ермолова, офицеры сторон даже раскланивались, порождая слухи о перемирии) и провала мирной миссии маркиза Ж. де Лористона к Кутузову 22 сентября (4 октября) партизаны донесли, что Мюрат не имеет близких подкреплений из Москвы и его фланг легко обойти.
Замысел и ход боя на реке Чернишне 6 (18) октября
План операции составил начальник Главного штаба Л. Л. Беннигсен: он с 2-м, 3-м и 4-м пехотными корпусами, 1-м кавалерийским корпусом и десятью казачьими полками должен был ночью скрытно обойти левый фланг французов через лес, корпуса М. А. Милорадовича сковывали правое крыло по Старой Калужской дороге, а отряды И. С. Дорохова и А. С. Фигнера перерезали пути отхода к Воронову. Наступление задержалось на сутки из-за отсутствия А. П. Ермолова, а приказ Мюрата об отводе обозов и артиллерии адъютант не передал спящему начальнику артиллерии, поэтому утром 6 (18) октября французы оказались не готовы к атаке.
- Ночной марш и удар казаков Орлова-Денисова: перейдя Нару у Спасского вечером 5 (17) октября, русские пехотные колонны (К. Ф. Багговоут, П. А. Строганов, А. И. Остерман-Толстой) сбились с пути в тёмном лесу. На рассвете к селу Дмитровскому в тылу левого крыла Мюрата вышла только крайняя правая колонна генерал-адъютанта В. В. Орлова-Денисова. Не теряя внезапности, около 7 часов утра казаки атаковали застигнутую врасплох конницу генерала О. Себастьяни за Рязановским оврагом, опрокинули три полка, захватили лагерь, обозы и 38 орудий.
- Гибель Багговута и отход Мюрата: сам Мюрат лично остановил бегущих и организовал контратаки кавалерии. Подошедший к лесной опушке у Тетеринки 2-й пехотный корпус попал под огонь французской батареи, где в начале перестрелки ядром был убит генерал-лейтенант К. Ф. Багговут. Беннигсен (к тому же получивший ушиб ноги от снаряда) приостановил бой до выхода остальных колонн, а казаки увлеклись грабежом богатого лагеря. Мюрат сумел отвести войска и оставшуюся артиллерию к Спас-Купле и далее к Воронову, прикрывшись фронтальными батареями. Кутузов, не желавший удаляться от лагеря и втягиваться в бой с главными силами Наполеона, остановил наступление Милорадовича, и вечером русские полки вернулись в лагерь.
Решающий тактический фактор и потери сторон
Исход боя (известного также как сражение на Чернишне или при Винкове) определили данные партизанской разведки и ночной фланговый манёвр через лесной массив: внезапный удар казачьей и регулярной кавалерии Орлова-Денисова в тыл открытого левого фланга парализовал многочисленную французскую артиллерию. Однако ночные блуждания пехоты, гибель Багговута, несогласованность штаба и плохая обученность молодых рекрутских батальонов не позволили завершить операцию полным окружением Мюрата.
По подсчётам М. И. Богдановича, непосредственно в бою с русской стороны участвовало около 5 тысяч пехоты и 7 тысяч конницы против примерно 20 тысяч солдат и 197 орудий Мюрата. Согласно письму Кутузова Александру I, французы потеряли 2 500 убитых и 1 500 пленных за два дня; К. фон Клаузевиц оценивал их урон в 3–4 тысячи, а В. М. Безотосный — около 4 тысяч человек (1 200 пленных) и 38 орудий (рекордный трофей кампании на тот момент, превысивший бородинский). Погибли французские генералы П.-С. Дери и Ж.-Б. Фишер. Русские потери по стене Храма Христа Спасителя составили 1 183 человека, а по сводным уточнениям А. А. Васильева и В. М. Безотосного — свыше 1 500 человек (в письме супруге Кутузов занизил урон, утверждая, что «мы потеряли всего с ранеными только до трех сот человек»).
Военно-политические последствия и начало контрнаступления
Несмотря на незавершённость обхода, Тарутинский бой стал переломным психологическим моментом кампании 1812 года: русские войска впервые убедились в уязвимости наполеоновской армии, бежавшей под ударами конницы. Александр I щедро наградил участников: М. И. Кутузов получил золотую шпагу с алмазами и лавровым венком, Л. Л. Беннигсен — алмазные знаки ордена Святого Андрея Первозванного и 100 тысяч рублей, а нижние чины — по 5 рублей. В 1829 году владелец Тарутина граф С. П. Румянцев освободил 745 крестьян с условием возведения памятника на поле боя. Вместе с тем бой обострил конфликт между Кутузовым и Беннигсеном, который после жалобы царю был удалён из армии.
Для Наполеона разгром авангарда стал окончательным сигналом к выступлению из Москвы. Осознав невозможность дальнейшего удержания столицы без снабжения и надёжного прикрытия, уже на следующий день — 7 (19) октября 1812 года — французский император начал отступление Великой армии на Калужском направлении, положив начало завершающему этапу Отечественной войны.
