Происхождение, этапы кодификации и источники
Псковская судная грамота (ПСГ) — крупнейший свод права Северо-Западной Руси XV века. Полностью она сохранилась в единственном списке в составе Воронцовского сборника XVI — начала XVII века (отдельные фрагменты публиковались Н. М. Карамзиным, митрополитом Евгением и в I томе «Актов Археографической экспедиции», а полное издание впервые осуществил в 1847 году профессор одесского Ришельевского лицея Н. Н. Мурзакевич).
Кодекс из 120 статей формировался поэтапно. Первоначальное ядро из 108 статей было принято на псковском вече в 6905 (1397) году по благословению священства всех пяти соборов. Во второй половине XV века текст без отмены прежних статей дополнили новыми постановлениями и утвердили на новом вече в 1467 году, а в конце XV века последовало третье дополнение. Согласно преамбуле, грамота была скомпилирована из грамот великого князя Александра (большинство исследователей отождествляют его с Александром Михайловичем Тверским, княжившим в 1326–1327 и 1338–1339 гг., хотя Н. В. Калачев и И. Е. Энгельман видели в нём Александра Невского) и князя Константина Дмитриевича (правившего в Пскове в 1407–1414 гг.). Источниками ПСГ выступили Русская Правда, вечевое законодательство, договоры города с князьями, судебная практика, местное обычное право и соглашения с иностранными купцами и ремесленниками.
Основные положения: гражданское, уголовное и процессуальное право
Государственно-судебная система (ст. 1–6). Грамота разграничивала судебные права князя, выборного посадника, архиепископского (владычного), новгородского и пригородных наместников. Князю и посаднику предписывалось судить совместно «у князя на сенех» по крестному целованию, а не на вече и без «тайных посулов» (взяток), а при неправом суде ответственность отдавалась на суд Божий на втором пришествии. Служилые люди князя, назначаемые наместниками в пригороды, также целовали крест «хотети Пскову добра» и судить прямо; уходящий с должности посадник обязан был сам завершить все возникшие при нём дела без права преемника их пересматривать.
Гражданское право. Активное участие псковичей в внутренней и международной торговле обусловило глубокую проработку имущественных отношений. Вещное право разделяло недвижимость («отчина») и движимость («живот»), наследственную «вотчину» и условное держание («кормлю»); право собственности возникало по договору, наследству, приплоду, находке и 4–5-летней приобретательной давности при подтверждении 4–5 соседями (ст. 9). Обязательственное право регулировало куплю-продажу, дарение, залог, заём, мену, поклажу, наём помещений и личный наём (подробно оговаривалось положение наёмного работника); договоры оформлялись устно или письменно при свидетелях и священнике, а долговая ответственность ложилась на имущество должника, а не на его личность и свободу. Наследование делилось на законное («отморщина») и завещательное («приказное»), с допущением пожизненного пользования без права отчуждения.
Уголовное право и процесс. ПСГ расширила понятие преступления, включив посягательства на государство и управление (подкуп судьи, насилие над ним, вторжение в судебное помещение), преступления против личности (убийство — «головщина», особенно брато- и отцеубийство, побои, оскорбление действием) и собственности (кража — «татьба», святотатство, конокрадство, поджог, грабёж, разбой). Наказания несли главным образом компенсационный характер (денежные штрафы), телесные наказания законом не устанавливались, а за тягчайшие преступления (ст. 7–8) вводилась смертная казнь. Процесс был состязательным при усилении роли суда: применялись судебные повестки («позовницы»), письменные доказательства, представительство (для женщин, глухих, подростков, монахов и престарелых), а при споре о лешей земле с наложением двух грамот предписывался вывод межников и судебный поединок («поле», ст. 10).
Текстология, язык и ключевые формулы кодекса
Деловой язык Псковской судной грамоты отличается редкой юридической точностью. Вступительная статья задаёт подсудность княжого суда и твёрдые размеры штрафов («продаж») за кражи, разбой и грабёж:
Се суд княжей. Ож клеть покрадут за зомком, или сани под полостью, или воз под титягою, или лодью под полубы, или в яме, или скота оукрадают, или сено сверху стога, имать, то все суд княжой, а продажи 9 денег. А разбой, наход, грабеж 9 гривен, а княжая продажа 19 денег, да 4 деньги князю и посаднику.
Столь же лаконично статья 7 устанавливает смертную казнь за особо опасные виды татьбы в псковском кремле (Крому), конокрадство, государственную измену («перевет») и поджог:
А кримскому татю и коневому, и переветнику, и зажигальнику, тем живота не дати.
Правовая терминология и структура ПСГ подробно исследовались в классических трудах Ф. Н. Устрялова (1855), И. Е. Энгельмана (1855), Ю. Г. Алексеева (1980, 1997), а также в сравнительных работах С. В. Васильева (2006, 2011), выявившего общие термины с Первым Литовским статутом.
Историческое значение
Псковская судная грамота представляет собой крупнейшее достижение правовой мысли средневековой Руси до создания единого Московского государства. По детализации договорных, залоговых, наследственных и процессуальных норм она далеко превзошла Русскую Правду, приблизившись к европейскому гражданскому праву и защитив экономическую самостоятельность собственников и наёмных работников. Наряду с Новгородской судной грамотой кодекс Пскова обеспечивал правопорядок в регионе вплоть до 1510 года и послужил одним из главных источников Судебника Ивана III 1497 года.
