Предпосылки и исторический контекст
После заключения Кампо-Формийского мира с Австрией в октябре 1797 года единственной крупной европейской державой, продолжавшей войну с Французской республикой, оставалась Великобритания. Поражения союзного и французского флотов у мыса Сент-Винсент и при Кампердауне в 1797 году делали прямую высадку на Британские острова крайне рискованной, а потому правительство Директории искало обходную стратегию удара по торговому и колониальному могуществу Лондона. Идея овладения Египтом, формально входившим в Османскую империю, но фактически управлявшимся полунезависимыми мамлюкскими беями Ибрагим-беем и Мурад-беем, обсуждалась министром иностранных дел Ш.-М. де Талейраном и генералом Наполеоном Бонапартом ещё в 1797 году.
Для Наполеона, чья слава после блестящей Итальянской кампании достигла пика, затишье на континенте грозило утратой политического веса. В письме Директории в августе 1797 года он убеждал, что для действительного сокрушения Англии необходимо овладеть Египтом: контроль над Суэцким перешейком и Красным морем позволил бы парализовать британскую торговлю с Ост-Индией и в перспективе установить связь с союзным Франции правителем Майсура Типу Султаном. Директория, опасавшаяся чрезмерной популярности и амбиций Бонапарта в Париже, охотно согласилась удалить беспокойного полководца за пределы Европы, выделив средства из захваченной швейцарской казны и передав ему отборные части бывшей Итальянской армии. В марте 1798 года кампания была официально санкционирована, причём в целях дезинформации британской разведки инсценировались приготовления к десанту в Ирландию. Особой чертой экспедиции стало включение в её состав 167 учёных, инженеров, востоковедов и художников (включая Г. Монжа и К. Л. Бертолле) для всестороннего научного и хозяйственного изучения Египта.
Ход событий и ключевые механизмы
Переход через Средиземное море, захват Мальты и вторжение в Египет
- Отплытие и захват Мальты: 19 мая 1798 года эскадра адмирала Ф.-П. Брюэса (13 линейных кораблей и эскортные суда) с примерно 300 транспортами и армией численностью свыше 32 тысяч бойцов вышла из Тулона, соединившись затем с отрядами из Генуи, Корсики и Чивита-Веккии. Успешно избежав встречи с патрулями британского адмирала Горацио Нельсона, который не раз проходил в нескольких десятках миль от конвоя, 9–12 июня французы без серьёзного сопротивления принудили к капитуляции Мальтийский орден и овладели стратегической крепостью Ла-Валетта.
- Высадка и Битва у Пирамид: 1–2 июля 1798 года армия высадилась у залива Марабу и штурмом заняла Александрию. Совершив изнурительный переход через пустыню к Романие, французские дивизии 13 июля отразили атаку мамлюков у Шубрахита, а 21 июля у Эмбабы на виду у Гизских пирамид одержали решающую победу в Битве у Пирамид. Построившись в глубокие дивизионные каре с артиллерией по углам и обозом внутри, пехота Бонапарта сокрушила мамлюкскую конницу, потеряв менее 300 человек против полутора тысяч (или нескольких тысяч с пехотой) у неприятеля; 24–25 июля французы вступили в Каир.
Абукирская катастрофа, оккупационный режим и восстание в Каире
- Разгром французского флота: 1–2 августа 1798 года эскадра Нельсона обнаружила французский флот на открытом рейде в Абукирской бухте и, прорвавшись между берегом и вражескими кораблями, взяла их в два огня. Флагман «Ориент» взорвался, погибли адмирал Брюэс и свыше тысячи моряков; уцелели лишь два линейных корабля и два фрегата. Восточная армия оказалась отрезанной от Франции без снабжения и подкреплений, а 1–2 сентября 1798 года Османская империя объявила Франции войну, вступив во Вторую коалицию.
- Управление и Каирское восстание: пытаясь привлечь население, Бонапарт позиционировал себя защитником ислама и султана от «угнетателей-мамлюков», учредил местные советы (диваны) и участвовал в мусульманских праздниках. Однако тяжёлые налоги на содержание армии и чуждые европейские порядки вызвали жёсткое отторжение. С 21 по 23 октября 1798 года в Каире вспыхнуло массовое восстание; были убиты комендант города генерал Дюпюи и адъютант Ю. Сулковский. Подавление мятежа, включая артиллерийский обстрел и штурм мечети аль-Азхар, стоило жизни 5–6 тысячам жителей. Параллельно дивизия генерала Л. Дезе в Верхнем Египте (бой при Седимане 7 октября) оттеснила уцелевших мамлюков Мурад-бея.
Сирийский поход, отъезд Бонапарта и капитуляция 1801 года
- Неудача под Акрой: чтобы упредить наступление турецких армий из Сирии и со стороны моря, Бонапарт в феврале 1799 года выступил с корпусом в 13–14 тысяч человек в Палестину. Взяв форт Эль-Ариш, Газу и штурмом Яффу (где вспыхнула чума и были расстреляны тысячи пленных), французы 19 марта осадили приморскую крепость Сен-Жан д’Акра, которую оборонял паша Ахмед аль-Джеззар при огневой поддержке и поставках британской эскадры Сиднея Смита, захватившей французскую осадную артиллерию. Разбив деблокадную турецкую армию у горы Фавор (16 апреля), но не сумев прорвать оборону Акры, Бонапарт 21 мая снял осаду и отступил в Египет.
- Абукир, бегство главнокомандующего и конец кампании: 25 июля 1799 года в сухопутном сражении при Абукире Бонапарт наголову разгромил высаженный турецкий десант, однако стратегическая тупиковость положения стала очевидной. Получив сведения о военных поражениях Директории в Европе, Наполеон 22–23 августа 1799 года тайно отплыл во Францию на фрегате, передав командование генералу Ж.-Б. Клеберу. Клебер в марте 1800 года разбил османов при Гелиополисе и подавил второе каирское восстание, но 14 июня был убит сирийским студентом Сулейманом аль-Халаби. Сменивший его некомпетентный генерал Ж.-Ф. Мену не сумел организовать оборону против высадки англо-османского экспедиционного корпуса генерала Р. Эберкромби весной 1801 года, что завершилось капитуляциями французских гарнизонов в Каире (июнь) и Александрии (сентябрь 1801 г.) с последующей репатриацией войск на британских судах.
Источниковедческая база и свидетельства
Египетская кампания отражена в обширном корпусе источников, позволяющем сопоставить европейский взгляд завоевателей с восприятием местного общества. С французской стороны первостепенное значение имеют оперативные приказы, воззвания к армии и жителям Египта и письма самого Бонапарта, опубликованные в Correspondance de Napoléon Ier, мемуары начальника штаба Л.-А. Бертье, генерала М. Бельяра, рисовальщика Вивана Денона, а также протоколы учреждённого в Каире Института Египта и 23-томное монументальное издание «Описание Египта» (Description de l'Égypte, 1809–1829), обобщившее географические, археологические и этнографические материалы комиссии учёных.
Уникальным противовесом французским реляциям служит арабская хроника каирского богослова и историка Абд ар-Рахмана аль-Джабарти (1753–1825), оставившего детальную летопись трёхлетней оккупации. Скептически оценивая пышную прокламационную риторику Бонапарта и попытки французов рядиться в защитников ислама, аль-Джабарти зафиксировал шок традиционного общества от столкновения с европейской военной машиной, принудительных поборов, осквернения мечетей и вместе с тем неподдельный интерес египетской интеллектуальной элиты к научным опытам и печатным станкам Института Египта.
Исторические итоги и долгосрочное значение
В военно-политическом отношении экспедиция потерпела сокрушительный провал: Франция потеряла линейный флот, около половины личного состава экспедиционной армии, Мальту (перешедшую под власть Великобритании) и прежний многовековой союз с Османской империей, которая сблизилась с Россией и Англией (вплоть до Средиземноморского похода эскадры Ф. Ф. Ушакова и образования Республики Семи Островов). Однако парадоксальным образом для личной карьеры Бонапарта кампания обернулась триумфом: умело отредактированные депеши о победах у Пирамид и при Абукире создали ему ореол непобедимого полководца и позволили спустя полтора месяца после возвращения совершить переворот 18 брюмера.
Гораздо более глубокими оказались культурно-научные и региональные последствия. В июле 1799 года французский офицер П.-Ф. Бушар обнаружил близ Розетты (Рашида) базальтовую стелу с трёхъязычной надписью — знаменитый Розеттский камень, который (будучи захвачен англичанами после капитуляции 1801 года и передан в Британский музей) стал ключом к дешифровке египетских иероглифов Ж.-Ф. Шампольоном в 1822 году. Публикация Description de l'Égypte заложила основы научной египтологии и породила общеевропейскую волну интереса к восточному зодчеству и эстетике ампира. В самом же Египте сокрушение власти мамлюков создало политический вакуум, которым воспользовался командир албанского контингента османской армии Мухаммед Али, взявший курс на ускоренную модернизацию страны и фактически отделившийся от Порты.
Дискуссии и оценки в историографии
В историографии XIX — середины XX века преобладала военно-дипломатическая и биографическая трактовка кампании: французские авторы прославляли романтический «восточный поход» и просветительскую миссию учёных, тогда как российская и советская историография (Е. В. Тарле, А. З. Манфред, О. В. Соколов) вскрывала колониально-захватнический характер предприятия, продиктованного конкуренцией французской и британской буржуазии за рынки Востока, и подчёркивала роль авантюрного политического расчёта Бонапарта.
С конца XX столетия Египетская экспедиция стала ключевым объектом дебатов в постколониальных исследованиях. В фундаментальной работе «Ориентализм» (1978) Эдвард Саид представил экспедицию Бонапарта и деятельность Института Египта как переломный момент в становлении европейского дискурса о Востоке: впервые в истории колониальное вторжение сопровождалось системной «научной апроприацией» чужой культуры, превратившей Египет в объект западного знания и управления. Вместе с тем современные историки Ближнего Востока (А. Раймон, Х. Коул) корректируют односторонний тезис о пассивности египтян, подробно реконструируя сложную борьбу местных улемов, ремесленников и османских элит и рассматривая 1798–1801 годы как противоречивое начало ближневосточного Нового времени.
