ок. 9600 до н.э. археология/религия Ближний Восток Религия и духовная история 10 000–5000 до н.э.

Гёбекли-Тепе и ранние культовые центры

Мегалитический комплекс X–IX тыс. до н.э. в Верхней Месопотамии и сопутствующие памятники системы Таш-Тепелер, перевернувшие научные представления о роли ритуала и религии в переходе к неолиту.

Кратко (TL;DR)

Гёбекли-Тепе в Юго-Восточной Анатолии — древнейший известный комплекс монументальной мегалитической архитектуры (ок. 9500–8000 до н.э.), созданный обществами докерамического неолита на рубеже перехода от охоты и собирательства к оседлости. Круглые и более поздние прямоугольные постройки с Т-образными известняковыми колоннами, покрытыми рельефами диких животных, входили в широкую сеть верхнемесопотамских центров (Невалы-Чори, Карахан-Тепе, Чайёню). Открытие комплекса показало, что сложная коллективная организация и монументальное сакральное зодчество возникли раньше развитого земледелия и керамики.

Раскопки мегалитического комплекса Гёбекли-Тепе в провинции Шанлыурфа, Турция
Археологический комплекс Гёбекли-Тепе (Юго-Восточная Анатолия): круглые постройки с Т-образными известняковыми колоннами эпохи докерамического неолита. Иллюстрация: Teomancimit, CC BY-SA 3.0

Предпосылки и исторический контекст

Возникновение Гёбекли-Тепе и синхронных культовых центров Верхней Месопотамии (Аль-Джазиры) пришлось на переломный рубеж мировой истории — завершение последнего ледникового периода и наступление голоцена около 9600 г. до н.э. После засушливого похолодания позднего дриаса в предгорьях Тавра, в районе современных холмов Таш-Тепелер («Каменные холмы») в Юго-Восточной Анатолии, установился более влажный и мягкий климат. Плато, возвышающееся над Харранской равниной и верховьями реки Балих (притока Евфрата), было окружено открытой степью с богатыми зарослями диких злаков (однозернянки, пшеницы и ячменя), фисташковыми и миндальными рощами, а также крупными стадами диких копытных — газелей, диких овец, коз, туров и онагров.

Такая природная среда обеспечивала охотникам-собирателям устойчивую ресурсную базу без немедленного перехода к производящему хозяйству. Сезонные миграции газелей в летне-осенний период и обилие дикорастущих злаков позволяли разрозненным коллективам переходить к полуосёдлому или оседлому образу жизни уже на стадии докерамического неолита А (PPNA, ок. 9600–8800 до н.э.). Непосредственным предшественником художественной и ритуальной традиции региона выступили такие стоянки, как Кортик-Тепе (ок. 10 700–9250 до н.э.). Вместе с тем рост плотности населения и объединение родовых групп порождали потребность в регулярных социальных контактах, межобщинном обмене и общих ритуальных пространствах. Дополнительным географическим преимуществом возвышенности Гёбекли-Тепе выступали выходы мягкого известняка и богатые залежи качественного кремня, необходимые для обработки камня в докерамическую и дометаллургическую эпоху.

Ход событий и ключевые механизмы

Формирование комплекса Гёбекли-Тепе охватывало не менее полутора тысяч лет (ок. 9500–8000 до н.э.) и в современной стратиграфии подразделяется на восемь строительных фаз, отражающих эволюцию от ранних монументальных кругов к плотной прямоугольной застройке и последующему упадку поселения.

Архитектурная эволюция и инженерные решения

  • Ранние круглые сооружения (фазы 1–2, PPNA — ранний PPNB): на южном склоне холма открыты монументальные круглые и овальные постройки (сооружения A–D) диаметром от 10 до 30 метров. В необработанные каменные стены, образующие концентрические ограды, равномерно встроены Т-образные известняковые столбы, а в центре каждого комплекса возвышались две более крупные парные колонны, обращённые друг к другу и установленные в высеченных в скале пьедесталах. Геофизические съёмки выявили в недрах телля около шестнадцати аналогичных нераскопанных структур (всего порядка двадцати комплексов и до двухсот колонн). Внутреннее пространство оборудовалось каменными скамьями и полами из обожжённой извести (терраццо) либо выровненной коренной породы.
  • Добыча и транспортировка мегалитов: заготовки выламывались кремнёвыми орудиями и клиньями в окрестных каменоломнях примерно в 100–500 метрах от вершины. Масса установленных столбов достигала 10–20 тонн при высоте до 3–5,5 метров, а незаконченный монолит в каменоломне имел длину около 7–9 метров (около 50 тонн).
  • Водосбор и бытовая инфраструктура: вопреки ранним представлениям о исключительно пустынном святилище, вокруг монументальных сооружений открыты овально-круглые, а затем прямоугольные жилые постройки, а также система сбора дождевой воды с вырезанными в известняке каналами и цистернами ёмкостью свыше 150 м³.
  • Поздние прямоугольные залы (фазы 3–7, PPNB, ок. 8800–8000 до н.э.): на смену гигантским кругам пришли меньшие по размерам прямоугольные помещения без окон и дверей с полированными известковыми полами и Т-образными колоннами высотой до 1,5 метра («Здание со львиными колоннами», «Здание G»).
  • Склоновые оползни и прекращение функционирования (фазы 5–8): в конце раннего PPNB комплекс пострадал от масштабных оползней, заваливших нижние строения культурным слоем и щебнем; попытки стабилизации с помощью подпорных террасных стен не предотвратили нового оползня и постепенного оставления крупных святилищ, на руинах которых в финальной фазе ютились небольшие жилища.

Иконография, ритуалы и региональная сеть центров

  • Антропоморфная символика колонн: сами Т-образные столбы трактуются как стилизованные безголовые человеческие или сверхъестественные фигуры — на гранях многих монолитов вырезаны в низком рельефе руки, кисти, пояса и набедренные повязки (особенно на центральных столбах сооружения D).
  • Зооморфные рельефы и пиктограммы: на поверхностях столбов преобладают изображения опасных и хищных животных — змей, лисиц, диких кабанов, львов, туров, скорпионов, пауков, а также газелей, онагров, муфлонов и птиц (преимущественно грифов и уток), дополняемые абстрактными H-образными знаками, дисками и полумесяцами. Изображения людей крайне редки (сцена безголового мужчины с фаллосом и грифами на колонне 43, обнаруженные в 2017 г. фрагменты человеческих черепов со следами ритуальных надрезов, а также 192-сантиметровый резной «тотемный столб»).
  • Пиршества и единый культурный ареал: огромное количество костей дикой фауны и свыше 7000 зернотёрок, ступ и пестов свидетельствуют о регулярных коллективных трапезах и интенсивной переработке злаков. Традиция Т-образных колонн объединяла Гёбекли-Тепе с соседними памятниками региона Урфы — Карахан-Тепе, Невалы-Чори, Хамзан-Тепе, Харбетсуван-Тепеси, Сефер-Тепе и Ташлы-Тепе, а более широкая сеть общинных монументальных построек охватывала Чайёню, Джерф-эль-Ахмар, Телль-Абр 3, Вади-Фейнан 16 и Иерихон.

Источниковедческая база и свидетельства

Поскольку Гёбекли-Тепе относится к эпохе докерамического неолита и предшествует появлению письменности более чем на пять тысячелетий, историческое знание о нём целиком опирается на комплекс материальных и естественнонаучных свидетельств. Основной массив источников сформирован археологическими раскопками, проводившимися с 1995 по 2014 гг. под руководством Клауса Шмидта (Стамбульское отделение Германского археологического института и музей Шанлыурфы), а затем совместной экспедицией Стамбульского университета, музея Шанлыурфы и Германского археологического института во главе с Неджми Карулом. К настоящему времени вскрыто от 5 до 10% территории холма, а остальные участки изучены методами геомагнитной и георадарной разведки.

Вещественный корпус включает архитектурные остатки (круглые комплексы A–D, комплекс E «Храм скалы», прямоугольные залы PPNB, жилые дома, каменоломни и цистерны), монументальную скульптуру и рельефы, а также свыше 3000 учтённых уже в 1963 г. и множество последующих кремнёвых орудий (наконечники стрел, скребки, резцы, микролиты, редкие изделия из импортного обсидиана). Важнейшую роль играют палеоботанические и археозоологические данные: анализ фитолитов на более чем семи тысячах тёрочников подтвердил массовую обработку злаков при отсутствии морфологических признаков одомашненного скота и культивируемых растений в древнейших слоях, тогда как на соседней горе Караджадаг (в 30 км) генетические исследования выявили дикого предка культурной пшеницы-однозернянки.

Ключевой методологической проблемой источниковедения стала абсолютная хронология памятника. Первые радиоуглеродные пробы из заполнения структур (1998 г.) дали более поздние даты (конец X — начало IX тыс. до н.э.), чем ожидалось по типологии кремнёвых орудий. Попытка датировать органические включения в известковой штукатурке привела к искажению из-за «эффекта старого дерева». Лишь последующие серии калиброванных радиоуглеродных замеров и пересмотр стратиграфии закрепили время бытования комплекса в рамках ок. 9500–8000 до н.э. (поздний PPNA и ранний/средний PPNB).

Исторические итоги и долгосрочное значение

Открытие Гёбекли-Тепе и памятников комплекса Таш-Тепелер стало одним из крупнейших археологических прорывов рубежа XX–XXI веков, изменившим модель становления древнейших цивилизаций. Памятник доказал, что монументальная каменная архитектура, развитая символическая иконография и способность мобилизовать значительные человеческие ресурсы сложились ещё в среде охотников-собирателей задолго до появления керамики, металлургии и урбанистических государств.

Коллективное строительство, обновление и поддержание святилищ, сопровождавшееся сезонными сборищами и масштабными пирами, усиливало потребность в предсказуемом и обильном снабжении зерном и мясом, что, по мнению ряда исследователей, могло стимулировать эксперименты по культивированию диких злаков и ускорить доместикацию растений и животных в «Золотом треугольнике» Верхней Месопотамии и Северной Сирии. Одновременно сложился устойчивый визуальный канон — культ черепов (сопоставимый с практиками Иерихона и более позднего Чатал-Хююка), мотивы грифов, быков, змей и общинных залов с углублёнными скамьями — который транслировался на протяжении тысячелетий в неолитических культурах Леванта и Анатолии.

В 2018 году Гёбекли-Тепе был включён в список Всемирного наследия ЮНЕСКО как одно из древнейших проявлений созданной человеком монументальной архитектуры, имеющее исключительную универсальную ценность. Продолжение работ на смежных памятниках программы Таш-Тепелер, особенно в Карахан-Тепе, позволяет проследить преемственность и региональное разнообразие ранненеолитических обществ Передней Азии.

Дискуссии и оценки в историографии

Вокруг интерпретации Гёбекли-Тепе с середины 1990-х гг. развернулась острая научная полемика, затрагивающая фундаментальные вопросы предыстории:

  • Первичность религии или экономики («сначала храм, потом город»): классическая парадигма Гордона Чайлда трактовала религию и монументальное строительство как надстройку, возможную лишь после завершения «неолитической революции» и накопления сельскохозяйственного излишка. Клаус Шмидт выдвинул противоположную концепцию: стремление охотников-собирателей к совместным обрядам на «священной горе» сплотило общины, породило социальную иерархию и создало экономический стимул для перехода к земледелию.
  • «Чистое святилище кочевников» против многофункционального поселения: модель Шмидта, отрицавшая постоянное население в Гёбекли-Тепе, была подвергнута серьёзной ревизии после 2014–2019 гг. В частности, Реми Хадад, Ли Клэр и Неджми Карул указали на наличие бытовых домов, очагов, тысяч зернотёрок и ёмких цистерн для воды. В современной литературе преобладает взгляд на Гёбекли-Тепе как на крупное (полу)осёдлое поселение, где ритуальные «общинные дома» (включая гипотезу Э. Баннинга о жилых/родовых домах по аналогии с североамериканскими домами с тотемными столбами) сосуществовали с повседневной жизнью.
  • Преднамеренное погребение комплексов или природные катастрофы: ранняя версия Шмидта о том, что строители намеренно засыпали храмы 300–500 м³ земли около 8000 до н.э., пересмотрена под влиянием новой стратиграфии: геоархеологические данные свидетельствуют о серии разрушительных склоновых оползней в раннем PPNB, вынуждавших обитателей возводить террасные стены и перестраивать помещения.
  • Масштаб трудозатрат и социальное расслоение: сторонники иерархической модели сопоставляли перемещение 10–50-тонных блоков с сооружением моаи острова Пасхи или мегалитов острова Ниас, оценивая численность работников до 500 человек (вплоть до гипотез о принудительном труде). Напротив, экспериментальные расчёты показывают, что отдельные залы PPNB могли возводиться силами 12–24 человек менее чем за четыре месяца, а камни перемещались группами из 7–14 работников с помощью верёвок и деревянных катков.
  • Критика астрономических и катастрофистских гипотез: попытки интерпретировать рельефы (включая сцену на колонне 43) как звёздную карту или мемориал падения кометы позднего дриаса ок. 10 950 до н.э. (публикация исследователей Эдинбургского университета, 2017 г.), а также популярные заявления о «древнейшем прецессионном календаре», отвергаются руководителями раскопок как не подтверждённые стратиграфией и методически произвольные.

Хронология ключевых этапов

Дата / этап Событие Историческое пояснение
ок. 10 700–9250 до н.э. Культурный предшественник в Кортик-Тепе Складывание художественной традиции и оседлых поселений охотников-собирателей в Верхней Месопотамии на рубеже позднего дриаса и голоцена.
ок. 9500–9000 до н.э. Строительство первых круглых комплексов в Гёбекли-Тепе Возведение ранних сооружений A–D (фаза 1–2) с монолитными Т-образными известняковыми колоннами, каменными скамьями и полами терраццо.
ок. 8800–8000 до н.э. Перестройка в эпоху PPNB и появление прямоугольных залов Расширение жилой застройки, сооружение цистерн и меньших прямоугольных помещений («Здание со львиными колоннами»); серия склоновых оползней и возведение подпорных стен.
ок. 8000 до н.э. Завершение функционирования монументальных комплексов Угасание крупного строительства после повторных оползней; кратковременное обитание малых групп среди руин в финальной фазе 8.
1963 Первая археологическая фиксация холма Разведка Питера Бенедикта, описавшего памятник и более 3000 кремнёвых орудий, но ошибочно принявшего верхние камни за византийское кладбище.
1994–2014 Систематические раскопки Клауса Шмидта Начало исследований Германского археологического института и музея Шанлыурфы, открытие мегалитических святилищ и пересмотр хронологии неолита.
2018 Признание объектом Всемирного наследия ЮНЕСКО Включение Гёбекли-Тепе в список ЮНЕСКО и продолжение исследований в рамках широкой региональной программы Таш-Тепелер под руководством Неджми Карула.

Участники, территории и исторические связи

Связанные личности, документы и понятия

Исторический термин Неолитическая революция — Историческое понятие и процесс

Частые вопросы и ответы

Почему Гёбекли-Тепе называют древнее пирамид и Стоунхенджа?
Согласно радиоуглеродному датированию, первые мегалитические комплексы Гёбекли-Тепе были возведены около 9500–9000 гг. до н.э. Это приблизительно на шесть тысяч лет раньше сооружения каменного кольца Стоунхенджа и примерно на семь тысяч лет раньше пирамид Древнего царства в Египте.
Кто построил Гёбекли-Тепе — кочевые охотники-собиратели или уже земледельцы?
В древнейших слоях комплекса отсутствуют достоверные остатки одомашненных животных и морфологически культурных растений. Строители были охотниками и собирателями на грани оседлости, собиравшими дикие злаки (на что указывают свыше 7000 зернотёрок) и охотившимися преимущественно на газелей, туров и диких свиней.
Является ли Гёбекли-Тепе уникальным одиночным памятником?
Нет. Схожие Т-образные колонны и культово-общинные постройки открыты на целом ряде памятников региона Шанлыурфа в рамках проекта Таш-Тепелер — в Карахан-Тепе, Невалы-Чори, Хамзан-Тепе, Сефер-Тепе и других, а также в более широком круге ранненеолитических поселений Верхней Месопотамии и Леванта.
Были ли сооружения Гёбекли-Тепе засыпаны специально или разрушены природой?
Клаус Шмидт предполагал преднамеренную ритуальную засыпку храмов около 8000 г. до н.э. Однако новые геоархеологические исследования команды Неджми Карула показали, что нижние сооружения неоднократно заносило склоновыми оползнями, против которых строители пытались возводить подпорные террасные стены.
Что изображено на Т-образных колоннах комплекса?
Сами Т-образные столбы стилизованно передают безголовые человеческие фигуры с руками и набедренными повязками на боковых гранях. На них вырезаны рельефы опасных хищников и диких животных — змей, лисиц, кабанов, львов, скорпионов, пауков, быков и грифов, а также абстрактные знаки и полумесяцы.

Научная литература и источники

  1. Шмидт К. Они строили первые храмы: Таинственное святилище охотников каменного века: Археологические открытия в Гёбекли Тепе / пер. с нем. А. С. Пащенко; отв. ред., прим. и послесл. Т. В. Корниенко. — СПб.: Алетейя, 2011. — 320 с. — ISBN 978-5-91419-422-9.
  2. Schmidt K. Göbekli Tepe, Southeastern Turkey. A preliminary Report on the 1995—1999 Excavations // Paléorient. — 2000/2001. — Vol. 26, no. 1. — P. 45–54.
  3. Badisches Landesmuseum Karlsruhe (ed.). Vor 12.000 Jahren in Anatolien. Die ältesten Monumente der Menschheit. — Stuttgart: Theiss, 2007. — ISBN 978-3-8062-2072-8.
  4. Göbekli Tepe // UNESCO World Heritage List (No. 1572). [whc.unesco.org]
  5. Гёбекли-Тепе // Википедия (русскоязычный раздел). [ru.wikipedia.org]
  6. Göbekli Tepe // Wikipedia (английский раздел). [en.wikipedia.org]