Предпосылки и исторический контекст
К началу 1781 года Война за независимость США вступила в затяжную стратегическую фазу. После неудачи северных кампаний британское командование перенесло главную тяжесть операций на южный театр, рассчитывая опереться на предполагаемую поддержку местных лоялистов. Захватив Чарлстон и нанеся ряд поражений американцам в Каролинах, генерал-лейтенант лорд Чарльз Корнуоллис после кровопролитного сражения при Гилфорд-Кортхаузе в мае 1781 года без прямой санкции главнокомандующего Генри Клинтона перебросил корпус в Вирджинию. Там его части соединились с силами Уильяма Филлипса и Бенедикта Арнольда, доведя численность группировки примерно до 7200 человек, однако за действиями британцев неотступно следовали отряды Континентальной армии под командованием маркиза де Лафайета, усиленные бароном фон Штойбеном и Энтони Уэйном.
Получив противоречивые инструкции из Нью-Йорка, Корнуоллис в итоге выполнил приказ Клинтона укрепить глубоководную гавань для базирования Королевского флота и выбрал Йорктаун на южном берегу реки Йорк (напротив мыса Глостер-Пойнт). Одновременно союзники получили историческое окно возможностей. С июля 1780 года в Ньюпорте находился французский экспедиционный корпус графа де Рошамбо (около 5500 человек), а летом 1781 года он соединился с армией Джорджа Вашингтона в Уайт-Плейнс к северу от Нью-Йорка. Вашингтон первоначально настаивал на штурме Нью-Йорка, однако Рошамбо убедил его согласовать действия с французским вест-индским флотом контр-адмирала Франсуа Жозефа Поля де Грасса. Когда 14 августа пришло известие, что де Грасс ведёт к Чесапикскому заливу 28 линейных кораблей и 3200 солдат (при содействии испанского агента Франсиско Сааведры де Сангрониса, обеспечившего прикрытие французских торговых судов на Антильских островах и сбор 500 тыс. песо серебром в Гаване), союзники отказались от нью-йоркской операции и начали скрытный марш в Вирджинию.
Ход событий и ключевые механизмы
Стратегическая дезинформация и морская блокада
Начиная с 19 августа 1781 года армия из 4000 французских и 3000 американских солдат двинулась на юг по маршруту, впоследствии названному дорогой Вашингтона — Рошамбо. Чтобы удержать Клинтона в Нью-Йорке, Вашингтон организовал перехват подложных депеш, убеждавших британцев в готовящейся осаде города. Во время прохода через Филадельфию в начале сентября солдаты Континентальной армии отказались идти дальше без выплаты жалования твёрдой монетой; Рошамбо спас кампанию, ссудив Вашингтону в Честере половину своей военной казны — 20 тысяч испанских серебряных долларов.
Решающим фактором стала битва у мысов Вирджинии (Чесапикское сражение) 5 сентября 1781 года. Британская эскадра контр-адмирала Томаса Грейвза попыталась прорваться в залив, но флот де Грасса отразил атаку и заставил англичан отступить в Нью-Йорк для ремонта. Победа на море полностью отрезала Корнуоллиса от снабжения, подкреплений и эвакуации, позволив французам беспрепятственно выгрузить тяжёлую осадную артиллерию. К 26 сентября транспорты с орудиями и пехотой прибыли из Хед-оф-Элка, доведя силы Вашингтона примерно до 18,9 тыс. человек (8000 солдат Континентальной армии, 7800 французов и 3100 ополченцев).
Инженерная осада и штурм редутов
- Обложение крепости (28–30 сентября): Выступив из Уильямсберга 28 сентября, союзники окружили Йорктаун: французы заняли левый фланг, американцы — почётный правый. Получив от Клинтона обещание прислать через неделю десант в 5000 человек, Корнуоллис сузил периметр, оставив внешние укрепления, кроме Фузилерского редута на западе и редутов № 9 и № 10 на восточном фланге; оставленные позиции немедленно заняли союзные сапёры.
- Открытие первой параллели и бомбардировка (6–11 октября): Под покровом ненастной ночи с 6 на 7 октября войска вырыли первую осадную параллель длиной около 1800 метров, а 9 октября открыли сосредоточенный огонь из осадных пушек, гаубиц и мортир, потопив или выведя из строя британские корабли на рейде, включая фрегат «HMS Charon».
- Вторая параллель и ночной штурм (11–14 октября): В ночь на 12 октября союзники заложили вторую параллель всего в 370 метрах от британских линий, но её завершению мешали редуты № 9 и № 10. Вечером 14 октября под прикрытием отвлекающей атаки на Фузилерский редут две штурмовые колонны пошли в штыковую атаку с незаряженными ружьями: 400 французских гренадеров виконта де Дё-Пона захватили редут № 9, а 400 американских лёгких пехотинцев подполковника Александра Гамильтона — редут № 10.
- Провал вылазки и эвакуации (15–16 октября): Захватив редуты, союзники замкнули вторую параллель и начали обстрел позиций с трёх сторон. Предпринятая на рассвете 15 октября вылазка отряда полковника Роберта Аберкромби позволила заклепать лишь шесть орудий, которые были восстановлены к утру. В ночь на 16 октября Корнуоллис попытался переправить гарнизон через реку Йорк к Глостер-Пойнту для прорыва на север, однако внезапный шквал рассеял лодки и сорвал отход.
Переговоры и церемония капитуляции
Ситуацию осаждённых усугубляла эндемическая малярия восточной Вирджинии, выведшая из строя до половины личного состава британского корпуса, тогда как многие американцы обладали приобретённым иммунитетом, а у недавно прибывших французов ещё не истёк инкубационный период. Утром 17 октября на бруствере появился британский барабанщик и офицер с белым флагом. Переговоры о капитуляции состоялись 18 октября в доме Мура между представителями сторон (подполковник Т. Дандас и майор А. Росс от Великобритании; подполковник Дж. Лоуренс от США и маркиз де Ноай от Франции). 19 октября были подписаны 14 статей капитуляции. В отместку за отказ британцев предоставить американскому гарнизону Чарлстона «почётные условия сдачи» в 1780 году Вашингтон запретил побеждённым нести развёрнутые знамёна и исполнять мелодию победителей. Сам Корнуоллис сослался на болезнь и прислал бригадного генерала Чарльза О’Хару; тот попытался вручить шпагу Рошамбо, который указал на Вашингтона, а Вашингтон передал честь принятия капитуляции своему заместителю генералу Бенджамину Линкольну, командовавшему обороной Чарлстона. В тот же день адмирал Грейвз вышел из Нью-Йорка с десантом, но опоздал.
Источниковедческая база и свидетельства
Реконструкция осады опирается на обширный корпус официальной дипломатической, военной и личной документации конца XVIII века. Центральным правовым памятником события являются Статьи капитуляции (Articles of Capitulation), подписанные 19 октября 1781 года Дж. Вашингтоном, графом де Рошамбо, графом де Баррасом (от французского флота), лордом Корнуоллисом и капитаном Томасом Саймондсом (от Королевского флота). Документ из 14 пунктов с пометками Вашингтона (в частности, об отказе утвердить статью X о защите лоялистов и запрете на досрочную репатриацию пленных рядовых в Европу) точно фиксирует распределение сухопутных пленных в пользу США и морских — в пользу Франции, порядок сдачи вооружения и условия содержания пленных британских, гессенских и ансбахских полков в лагерях Вирджинии, Мэриленда и Пенсильвании.
Ход марша, инженерных работ и штурма отражён в приказах и переписке Вашингтона, в журналах французских офицеров (включая дневники графа де Дё-Пона и записки Рошамбо), рапортах Корнуоллиса Генри Клинтону, а также в свидетельствах рядовых участников осады и дипломатических донесениях в европейские столицы. В то же время источниковедческая критика позволяет отделить достоверные факты от позднейших национальных легенд: например, популярный в американской публицистике XIX века сюжет о том, что при сдаче британский оркестр якобы играл песню «Мир перевернулся вверх дном» (The World Turn'd Upside Down), не подтверждается синхронными протоколами октября 1781 года и считается историографическим апокрифом.
Исторические итоги и долгосрочное значение
Непосредственным военным результатом капитуляции при Йорктауне стало пленение около 8000 солдат и матросов, захват 214 артиллерийских орудий, тысяч ружей, 24 транспортных судов, обозов и казны. Хотя британские гарнизоны продолжали удерживать Нью-Йорк, Чарлстон и Саванну, а морская и колониальная борьба между Великобританией, Францией и Испанией продолжалась в Вест-Индии и Европе ещё почти два года, крупные сухопутные операции в Северной Америке фактически прекратились.
Ещё более глубокими оказались политические последствия. Известие о катастрофе при Йорктауне вызвало в Великобритании острейший парламентский кризис: в марте 1782 года Палата общин вынесла вотум недоверия, вынудив уйти в отставку кабинет тори во главе с лордом Фредериком Нортом, который руководил войной с самого её начала. Новое правительство вигов во главе с маркизом Рокингемом признало бесперспективность силового удержания Тринадцати колоний и инициировало мирные переговоры. В мае 1782 года в Париже открылся переговорный процесс, завершившийся 3 сентября 1783 года подписанием Парижского (Версальского) мирного договора и официальным международным признанием независимости Соединённых Штатов Америки.
Дискуссии и оценки в историографии
В исторической науке долгое время существовал заметный перекос в сторону национальной романтизации: ранняя американская традиция акцентировала полководческий гений Вашингтона и героизм Континентальной армии, тогда как британские авторы XIX — начала XX века зачастую сводили причины катастрофы к личным разногласиям между Клинтоном и Корнуоллисом и несвоевременным приказам из Лондона. Современная академическая историография (Дж. Р. Далл, Дж. А. Грин, Р. Черноу, Х. Ларраби, в отечественной науке — Н. Н. Болховитинов и А. А. Фурсенко) рассматривает Йорктаунскую кампанию как образец коалиционной стратегии глобального масштаба.
Современные исследователи подчёркивают три ключевых аспекта дискуссии. Во-первых, критическое значение имел союзнический вклад Франции и Испании: без превосходства флота де Грасса в Чесапикском заливе, французских осадных инженеров, артиллерии и финансовых субсидий (включая кубинское серебро, доставленное при посредничестве Сааведры) сухопутная победа была бы недостижима. Во-вторых, всё большее внимание уделяется эпидемиологическому фактору (массовой заболеваемости малярией среди неадаптированных британцев и немцев) и судьбе порабощённых афроамериканцев, бежавших в британский лагерь ради свободы и брошенных либо возвращённых прежним владельцам после капитуляции. В-третьих, историки дипломатии отмечают, что именно Йорктаун изменил баланс сил на будущих мирных переговорах 1782–1783 годов, позволив Вашингтону и американским уполномоченным требовать полного признания суверенитета вплоть до реки Миссисипи.
