Предпосылки и исторический контекст
К исходу IX века некогда могущественное государство Объединённая Силла, объединившее большую часть Корейского полуострова в 668 году, вступило в полосу глубокого системного кризиса. Жёсткая сословная система «костяных рангов» (кольпхум) отсекала талантливую провинциальную элиту и учёных-конфуцианцев от высших постов в столице Кёнджу, тогда как при дворе не прекращались усобицы аристократических кланов. Потеряв контроль над наместничествами, центральная власть столкнулась с массовыми крестьянскими восстаниями и возвышением полунезависимых региональных владетелей — хочжок, опиравшихся на собственные дружины, укреплённые усадьбы и морскую торговлю.
На руинах силланской государственности сложилась эпоха Поздних Трёх государств. В 892 году военачальник Кён Хвон, опираясь на память о древнем Пэкче, основал на юго-западе государство Позднее Пэкче (Хупэкче). На севере, где сохранялась сильная коллективная память о древнем Когурё, монах Кунъе в 901 году провозгласил Позднее Когурё (позже переименованное в Мачжин, затем в Тхэбон) со столицей в Чхорвоне. Именно на службе у Кунъе выдвинулся Ван Гон (877–943) — выходец из богатого морского рода хочжок города Сонак (современный Кэсон), возводившего свою родословную к древней знати Когурё. Вступив в войско Кунъе ещё девятнадцатилетним юношей в 896 году, Ван Гон быстро снискал авторитет как выдающийся флотоводец, администратор и покровитель торговли.
Ход событий и ключевые механизмы
Превращение небольшого северного владения в общекорейскую державу стало результатом сочетания морской стратегии, внутриполитического переворота 918 года и тонкой политики интеграции элит.
Кампания в Наджу (909) и приход Ван Гона к власти (918)
- Захват юго-западного плацдарма (909): Используя опыт семьи в жёлтоморском судоходстве, Ван Гон с флотом совершил рейд в тыл Позднего Пэкче и в 909 году овладел важным приморским центром Наджу. Этот успех не только закрепил за ним авторитет в войске, но и перерезал морские торговые и дипломатические коммуникации Кён Хвона с Китаем.
- Кризис тирании Кунъе и переворот 918 года: Перенеся столицу в Чхорвон, Кунъе впал в мистическую манию преследования, объявил себя буддой Майтрейей, приписал себе дар чтения мыслей и казнил десятки соратников и членов семьи, разоряя население поборами. В 918 году старшие военачальники свергли Кунъе и возвели на престол популярного Ван Гона.
- Учреждение Корё: Приняв трон (посмертное храмовое имя Тхэджо), Ван Гон восстановил историческое имя «Корё» (сокращение от Когурё), провозгласил эру правления «Небесного мандата» (Чхонсу), вернул столицу в родной Кэсон и издал указ о возрождении древней когурёской столицы Пхеньяна в статусе «Западной столицы» (Согён).
Борьба за объединение полуострова (918–936)
- Дипломатический контраст и катастрофа 927 года: В отличие от мстительного Кунъе, Ван Гон подчёркнуто уважительно относился к слабеющей Силле. Когда в 927 году Кён Хвон разграбил Кёнджу и вынудил силланского вана к самоубийству, Ван Гон поспешил на помощь союзнику, но потерпел тяжёлое поражение близ современного Тэгу (битва при Консане) и спасся лишь благодаря самопожертвованию полководцев Син Сунгёма и Ким Нака.
- Интеграция беженцев из Бохая (927): После разгрома северного государства Бохай (Пальхэ) киданьской империей Ляо в 926–927 годах десятки тысяч семейств и наследный принц Бохая бежали в Корё. Тхэджо принял их как сородичей по наследию Когурё, наделил землями и включил принца в царствующий род, одновременно заняв непримиримую антикиданьскую позицию (в 942 г. он демонстративно заморил верблюдов киданьского посольства под мостом Манбу).
- Военный перелом и капитуляция Силлы (930–935): Одержав решающие победы над Поздним Пэкче при Кочхане (930) и Хонсоне (934), Ван Гон склонил чашу весов на свою сторону. В 935 году последний силланский государь Кёнсун, не видя возможности сопротивляться, добровольно сдал столицу Корё, получил высокий ранг, бывший удел Кёнджу в кормление и вступил в брачное родство с правящим домом.
- Окончательный разгром Позднего Пэкче (936): В том же 935 году в Позднем Пэкче вспыхнула династическая смута: старший сын Сингом заточил старого Кён Хвона в монастыре Кымсанса, откуда тот бежал к своему бывшему сопернику Ван Гону. В 936 году 87,5-тысячная армия Корё при содействии Кён Хвона разгромила силы Сингома при Илисане, завершив объединение страны.
Источниковедческая база и свидетельства
Восстановление событий 909–936 годов опирается прежде всего на фундаментальные средневековые корейские хроники, созданные в самом государстве Корё и в раннем Чосоне. Старейшим сохранившимся памятником является «Самгук саги» («Исторические записи Трёх государств», 1145), составленный конфуцианским учёным и государственным деятелем Корё Ким Бусиком на основе ранних хроник; хотя труд посвящён древним Когурё, Пэкче и Силле, в его заключительных анналах Силлы подробно описан распад Объединённой Силлы, восхождение Ван Гона и сдача вана Кёнсуна в 935 году. Буддийский монах Ирён в конце XIII века в сборнике «Самгук юса» («Забытые деяния Трёх государств») сохранил ценные легенды и детали духовной жизни эпохи объединения.
Главным сводом по собственно периоду Корё выступают официальные анналы «Корёса» («История Корё», завершены в 1451 г.) и сокращённая летопись «Корёса чольё», фиксирующие биографию Тхэджо, его походы в Наджу и против Хупэкче, численность бохайских переселенцев и знаменитые «Десять наставлений» (Хуньо сипчо), оставленные им потомкам перед смертью. Внешней проверкой корейских данных служат китайские династийные своды — прежде всего труд Сыма Гуана «Цзы чжи тун цзянь» и «История Ляо» (Ляо ши), подтверждающие дипломатические шаги Тхэджо против киданей и переписку с государством Поздняя Цзинь, а также записки сунского посла Сюй Цзина «Гаоли туцзин» (1123), рисующие сложившийся облик столицы Кэсон.
Исторические итоги и долгосрочное значение
Образование Корё привело к консолидации не только территории, но и социокультурного состава корейского народа. В отличие от Силлы VII века, удерживавшей дискриминационную иерархию «костяных рангов», Ван Гон проводил открытую политику слияния правящих слоёв: он заключил 29 политических браков с дочерьми могущественных кланов хочжок, сохранил статус капитулировавшей силланской знати, интегрировал выходцев из Пэкче и десятки тысяч бохайских переселенцев. Тем самым в рамках Корё (918–1392) разрозненные традиции Когурё, Пэкче и Силлы впервые сплавились в единое общекорейское самосознание, а само имя государства закрепилось в европейских языках как «Корея».
Преемники Ван Гона закрепили территориальное объединение институциональной централизацией. Четвёртый государь Кванджон в 956 году издал указ об освобождении пленников и беженцев, незаконно обращённых региональными магнатами в рабов (подрывая экономическую базу хочжок), а в 958 году по совету натурализованного китайского сановника Шуан Цзи ввёл государственные экзамены кваго для отбора чиновников. При Кёнджоне (земельная реформа Чонсигва, 976) и Сонджоне (учреждение столичного университета Кукчагам, 992, и назначение королевских наместников в округа) сложилось централизованное государство, проявившее поразительную стойкость: в 993–1019 годах Корё успешно отразило три масштабных нашествия киданьской империи Ляо, утвердив в Восточной Азии равноправный треугольник держав Ляо — Сун — Корё, а в XI–XIII веках пережило культурный «золотой век», давший миру селадоновую керамику, грандиозный буддийский канон Трипитака Кореана и первые книги, напечатанные металлическим подвижным шрифтом (1234, 1377).
Дискуссии и оценки в историографии
В корейской и мировой историографии ключевой спор разворачивается вокруг оценки самого факта «национального объединения». Со второй половины XX века многие южнокорейские историки (Ли Гибэк, Но Мёнхо и др.) противопоставляют «неполное объединение» 668 года, осуществлённое Силлой при союзе с танским Китаем и оставившее за бортом северные земли Когурё (Бохая), «истинному национальному объединению», совершённому Ван Гоном в 918–936 годах без иностранного вмешательства и соединившему население трёх полуостровных царств с наследниками Бохая. В то же время современные исследователи предупреждают против проецирования категорий XX века на X век, отмечая, что политика Тхэджо строилась на династической легитимности и коалиции аристократических кланов.
Особое внимание новейшая историография (в частности, Ремко Брёйкер, Ханс Биленштейн, В. М. Тихонов) уделяет политической идеологии и статусу Корё в системе восточноазиатских международных отношений. Брёйкер подчёркивает, что Корё практиковало «плюралистическую» идеологию и двойную государственную модель: в официальных внутренних документах монарх носил императорские титулы «Сына Неба» (хванчже), Кэсон именовался «императорской столицей», а страна мыслилась как собственная «Поднебесная» (Хэдон чхонха), тогда как во внешней дипломатии с империями Ляо и Сун правители Корё прагматично использовали номинальный вассальный этикет ради сохранения суверенитета. Споры вызывают также подлинность позднейшей передачи «Десяти наставлений» Тхэджо (часть исследователей допускает их редактуру в конце X — начале XI века) и степень преемственности между местной знатью хочжок эпохи Поздних Трёх государств и столичной служилой аристократией мунболь периода расцвета Корё.
