Предпосылки и исторический контекст
К весне 632 года пророк Мухаммед объединил под политико-религиозной властью Медины большую часть Аравийского полуострова, однако единство этого конгломерата во многом держалось на его личной харизматической роли посланника Аллаха и арбитра между племенами. При этом проблема преемственности верховной власти оставалась юридически не урегулированной. В марте 632 года (зу-ль-хиджа 10 г. х.), совершив Прощальное паломничество (хадж аль-вада), Мухаммед остановился в местечке Гадир Хумм между Меккой и Мединой и произнёс известную фразу о своём двоюродном брате и зяте Али ибн Абу Талибе («кому я покровитель/господин [мавла], тому и Али мавла»), которую шиитская традиция впоследствии истолковала как прямое назначение преемника, а суннитская — как выражение родственного почёта и призыва к лояльности.
Когда в конце мая — начале июня 632 года здоровье Мухаммеда резко ухудшилось (при одновременной подготовке похода под командованием Усамы ибн Зейда к сирийской границе), неясность вокруг наследования обострилась. По причине слабости Пророк поручил вести коллективные молитвы в мечети Абу Бакру ас-Сыддику — своему ближайшему сподвижнику ещё со времён мекканской проповеди и тестю (отцу Аиши). С другой стороны, в суннитских и шиитских сводах хадисов упоминается так называемый «инцидент четверга», когда умирающий Пророк попросил принести письменные принадлежности, чтобы написать наставление, однако присутствовавший Умар ибн аль-Хаттаб счёл достаточным авторитет Корана и стремился оградить больного от споров. В момент смерти Мухаммеда в доме Аиши 8 июня 632 года община не имела ни формального регента, ни установленного порядка выборов правителя.
Ход событий и ключевые механизмы
Кризис первых часов в Медине
Известие о кончине Пророка вызвало в Медине панику и растерянность, грозившие мгновенным распадом государства:
- Умар ибн аль-Хаттаб первоначально отказался верить в смерть Мухаммеда, грозя мечом тем, кто говорил о его кончине; лишь прибывший из предместья Абу Бакр, войдя к телу покойного, вышел к толпе и произнёс знаменитую формулу, остудившую страсти: «Кто поклонялся Мухаммеду — Мухаммед умер, а кто поклонялся Аллаху — Аллах жив и не умрёт», подкрепив её кораническим аятом 3:144.
- Пока ближайшие родичи Пророка — Али ибн Абу Талиб, дядя аль-Аббас и его сыновья — были заняты омовением и подготовкой погребения внутри покоев Аиши, лидеры коренных мединских племён (ансаров) поспешно созвали политическое совещание.
Собрание в сакифе Бану Саида
Мединские ансары (преимущественно из племени хазрадж во главе с больным вождём Саадом ибн Убадой) опасались, что после смерти Пророка мекканцы-мухаджиры вернутся домой и оставят Медину беззащитной перед враждебными бедуинами или, напротив, отстранят хозяев города от власти. Собравшись под крытым навесом (сакифой) рода Бану Саида, они уже готовы были провозгласить халифом Саада ибн Убаду. Узнав об этом, трое ведущих мухаджиров — Абу Бакр, Умар и Абу Убайда ибн аль-Джаррах — срочно явились на собрание:
- Аргумент ансаров и проект двоевластия: представители Медины напомнили о своей решающей роли в спасении и поддержке ислама; Хубаб ибн аль-Мунзир выдвинул компромиссный план: «от нас один правитель (эмир) и от вас один правитель».
- Контраргумент Абу Бакра: признав огромные заслуги ансаров (назвав их «нашими визирями/советниками»), Абу Бакр и Умар решительно отвергли двоевластие и доказали, что арабские племена по всей Аравии никогда не подчинятся власти, исходящей не из знатного мекканского племени курайшитов — соплеменников Пророка.
- Раскол среди ансаров и присяга (байа): внутреннее соперничество между мединскими племенами аус (во главе с Усайдом ибн Худайром) и хазрадж, а также позиция хазраджита Башира ибн Саада склонили собрание к уступке; когда Абу Бакр предложил присутствующим присягнуть либо Умару, либо Абу Убайде, Умар перехватил инициативу, взял за руку самого Абу Бакра — как старейшего сподвижника и назначенного Пророком имама молитвы — и принёс ему личную присягу (байа аль-хасса). На следующий день, 9 июня 632 года, Абу Бакр принял всенародную присягу (байа аль-амма) в Мечети Пророка.
Позиция оппозиции и закрепление власти
Хотя подавляющее большинство мединской общины признало Абу Бакра, единогласие не было полным. Саад ибн Убада отказался присягать и позднее удалился в Сирию, где и погиб при неясных обстоятельствах. Группа сподвижников (среди них аль-Микдад, Абу Зарр и Сальман аль-Фариси) склонялась к правам Али, а сам Али, аль-Аббас и клан бану хашим первоначально воздержались от присяги — в том числе из-за конфликта вокруг наследства Пророка (земли в оазисе Фадак и Хайбаре, которые Абу Бакр объявил государственным достоянием со ссылкой на слова Мухаммеда о том, что у пророков нет материальных наследников). Лишь примерно через полгода, после смерти Фатимы (дочери Мухаммеда и жены Али), Али ибн Абу Талиб принёс присягу Абу Бакру ради сохранения единства уммы перед лицом внешней угрозы и мятежей.
Источниковедческая база и свидетельства
Главные детали событий июня 632 года дошли до нас в классических исторических и хадисоведческих сводах VIII–X веков, причём их интерпретация с самого начала носила выраженный конфессионально-политический оттенок. Наиболее ранний связный рассказ о спорах в сакифе Бану Саида содержится в «Сире» Ибн Исхака — Ибн Хишама, а также в обширной подборке преданий разных передатчиков (включая подробнейший рассказ Умара о сакифе со слов Ибн Аббаса) в «Истории» ат-Табари и «Ансаб аль-ашраф» аль-Балазури. Существенные детали приводят Ибн Саад, аль-Бухари и аль-Якуби (передававший более благожелательную к Али версию событий).
Современное источниковедение (А. Нот, У. Маделунг, О. Г. Большаков) отмечает, что речи участников в сакифе Бану Саида подверглись позднейшей литературно-правовой обработке, отражавшей более зрелые политические споры эпохи Омейядов и Аббасидов: например, суннитский аргумент об обязательности происхождения халифа от курайшитов в речах Абу Бакра. Тем не менее сама внезапность собрания ансаров, острое противостояние в сакифе, поспешный характер «избрания» и многомесячное промедление Али с присягой подтверждаются всей совокупностью перекрёстных свидетельств.
Исторические итоги и долгосрочное значение
Избрание Абу Бакра спасло мусульманскую общину от распада в самый критический момент её существования. Вопреки опасениям многих сподвижников, новый халиф проявил железную твёрдость: он отказался отменить последнее распоряжение Пророка и отправил армию Усамы ибн Зейда в поход на границы Сирии, а когда почти все племена Аравии (кроме жителей Мекки, Медины и Таифа) отпали от выплаты налога закят (движение ридда), Абу Бакр отверг любые уступки. В ходе кампаний 632–633 годов его полководцы во главе с Халидом ибн аль-Валидом разгромили отступников и лжепророков, навеки объединив Аравийский полуостров под центральной властью Медины и положив начало внешним завоеваниям в Ираке и Сирии.
В институциональном плане июнь 632 года породил уникальный феномен исламской государственности — халифат. Поскольку пророческая миссия с Мухаммедом завершилась («печать пророков»), Абу Бакр принял скромный титул «заместителя посланника Аллаха» (халифа расули-л-лах), не претендуя на новые божественные откровения, но сосредоточив в своих руках военно-административное и религиозно-судебное руководство. Наконец, именно коллизия между курайшитским консенсусом в сакифе и хашимитскими правами родства по крови заложила доктринальный водораздел между будущими суннитами и шиитами.
Дискуссии и оценки в историографии
В историографии события 632 года являются одним из наиболее дискуссионных сюжетов истории Ближнего Востока. Традиционная суннитская литература (а также классическая работа А. Али-заде) трактует собрание в сакифе как проявление легитимного выбора (ихтийар) и согласия общины (иджма), подчёркивая, что сам Пророк указал на приоритет Абу Бакра, поручив ему имамат в молитве. Напротив, шиитская традиция, опираясь на Гадир Хумм и родство Али с Пророком, рассматривает избрание Абу Бакра в отсутствие бану хашим как политический переворот, лишивший законного преемника его богоданных прав.
В светской академической науке диапазон оценок также широк. В. В. Бартольд («Халиф и султан», 1912) и Е. А. Беляев акцентировали родоплеменной и классово-аристократический характер компромисса: победа Абу Бакра закрепила гегемонию мекканской курайшитской элиты над мединскими земледельцами и кочевниками. Наиболее влиятельную монографию конца XX века по этой проблеме написал Уилферд Маделунг («Наследование Мухаммеду», 1997), который детально реконструировал борьбу кланов и пришёл к выводу, что коранические представления о наследовании пророческого руководства давали серьёзнейшие основания притязаниям бану хашим (Али), однако решительные действия Абу Бакра и Умара (названные самим Умаром позднее фальтой — «необдуманным, поспешным делом», от повторения которого Аллах уберёг мусульман) установили альтернативную модель курайшитской олигархической преемственности.
