1621–1626 культура/дипломатия Восточная Европа Дипломатия и договоры XVII век (1600–1699 гг.)

«Вести-Куранты» — первые рукописные обзоры зарубежной прессы при Посольском приказе

Зарождение в 1621–1626 годах систематической практики перевода европейских печатных газет и летучих листков в Посольском приказе для информационного обеспечения царя и Боярской думы.

Кратко (TL;DR)

С 1621 года в Посольском приказе в Москве складывается практика составления рукописных обзоров европейских печатных газет (курантов) и «летучих листков» — первых памятников русской регулярной информационной журналистики, получивших в науке условное название «Вести-Куранты». Выпуски 1621–1626 годов в форме бумажных столбцов создавались штатными переводчиками и дьяками в считанных экземплярах исключительно для закрытого чтения царю Михаилу Фёдоровичу и Боярской думе, отражая стремление постсмутной России встроиться в информационное пространство Европы времён Тридцатилетней войны.

Предпосылки и исторический контекст

Появление «Вестей-Курантов» в начале 1620-х годов стало прямым результатом выхода Русского государства из Смутного времени и резкого усложнения европейской международной обстановки. После заключения Столбовского мира со Швецией (1617), Деулинского перемирия с Речью Посполитой (1618) и возвращения из польского плена патриарха Филарета (1619) московское правительство царя Михаила Фёдоровича и Посольский приказ (возглавлявшийся думным дьяком Иваном Грамотиным) столкнулись с необходимостью точной внешней разведки. В Европе с 1618 года разгоралась Тридцатилетняя война, непосредственно затрагивавшая интересы сопредельных держав — Речи Посполитой, Швеции, Дании, Габсбургов и Османской империи — и тем самым открывавшая для Москвы дипломатические окна возможностей.

Одновременно в Западной и Центральной Европе именно на рубеже 1605–1620 годов произошла медиареволюция: в Страсбурге, Вольфенбюттеле, Франкфурте, Гамбурге и Амстердаме начали выходить еженедельные печатные газеты — «реляции» и «куранты» (от фр. courant — «текущий», и нидерл. courante). Если в начале XVII века переводы заграничных «вестей» в Посольском приказе носили эпизодический характер (отдельные отрывки дошли ещё от 1600 года), то к 1621 году приказная администрация перешла к более систематическому отбору и переводу иностранных печатных изданий, которые поступали в Москву через торговые и дипломатические узлы.

Ход событий и ключевые механизмы

Формирование раннего корпуса «вестей» (1621–1626)

Условное историографическое название «Вести-Куранты» объединяет два близких термина XVII века: «вести» (сообщения о зарубежных происшествиях из любых источников) и «куранты» (собственно переводы европейской прессы). Вопреки популярному представлению о едином указе об основании газеты в 1621 году, практика формировалась эволюционно, но именно к весне — лету 1621 года (в частности, к майским и июньским подборкам 1621 года с характерными заголовками вроде «вести из города Аузбарха» и подборкам за 1624–1626 годы) относится первый устойчивый массив сохранившихся архивных сводок.

  • Тематический фокус 1621–1626 годов: В ранних выпусках центральное место занимали известия о Чешско-Пфальцском и Датском периодах Тридцатилетней войны, поражении протестантов и действиях имперских войск, о Хотинской войне Речи Посполитой с Османской империей (1621), польско-шведских столкновениях в Ливонии (взятие Риги Густавом II Адольфом) и морском противостоянии Испании, Нидерландов и Англии.
  • География и каналы доставки: В 1620-е годы регулярной международной почты ещё не существовало, поэтому печатные номера газет из Гамбурга, Аугсбурга, Амстердама, Кёнигсберга, Данцига и Вильно доставлялись оказиями через Архангельск, Новгород и Псков, привозились иностранными купцами (такими как голландец Исаак Масса), наёмными офицерами и русскими послами.

Редакционно-переводческая «кухня» Посольского приказа

Обработка европейской прессы представляла собой отлаженную канцелярскую процедуру внутри Посольского приказа, где трудились штатные переводчики (владевшие немецким, нидерландским, польским, латинским, шведским и английским языками) и толмачи, а также подьячие-писцы.

  • Отбор и цензурная адаптация: Переводчики (позже их стали называть «курантельщиками») не перелагали газеты механически от корки до корки: они выбирали сюжеты, значимые для внешней и внутренней политики Москвы, опускали излишние теологические или астрологические сенсации и порой сопровождали перевод краткими пояснениями географических реалий.
  • Материальная форма и регламент чтения: Переводы переписывались начисто чёткой деловой скорописью на узких склеенных листах бумаги — «столбцах» (реже — в тетрадях). Газета оставалась строго секретным правительственным документом: на оборотах сохранились пометы «Государю чтено и боярам», подтверждающие практику устного оглашения сводок на заседаниях Боярской думы, после чего столбцы передавались на хранение в приказной архив.

Источниковедческая база и свидетельства

Материальной основой изучения феномена служат подлинные рукописные столбцы и тетради из фонда № 155 («Дела о выездах, переездах, куранты») Российского государственного архива древних актов (РГАДА), куда в XIX веке были сведены остатки архива Посольского приказа. Важно учитывать неполноту сохранности раннего комплекса: за 1621–1626 годы до нас дошли разрозненные подборки переводов (в частности, за май 1621, 1624 и 1625–1626 годы), тогда как значительная часть более поздней коллекции вплоть до петровской эпохи образует почти непрерывные годовые серии. На полях рукописей нередко сохраняются делопроизводственные пометы дьяков о дате получения («подано»), имени доставщика и факте прочтения монарху.

Принципиально новый этап источниковедческой критики открылся с сопоставлением русских текстов «Вестей-Курантов» с сохранившимися западноевропейскими печатными оригиналами из библиотек и архивов Германии, Нидерландов и Швеции (включая коллекции амстердамских и гамбургских газет в Королевской библиотеке в Стокгольме и библиотеках Бременa и Вольфенбюттеля). В дореволюционную эпоху отдельные отрывки привлекались Ф. И. Буслаевым и И. Е. Забелиным, но полноценная археографическая публикация началась лишь в 1972 году выходом академического тома «Вести-Куранты. 1600–1639 гг.» (составители Н. И. Тарабасова, В. Г. Демьянов, А. И. Сумкина под редакцией С. И. Коткова), положившего начало многотомной серии Института русского языка АН СССР / РАН, в новейших томах которой (2009, 2017) русские переводы издаются параллельно с реконструированными иностранными оригиналами.

Исторические итоги и долгосрочное значение

Создание «Вестей-Курантов» в 1621–1626 годах заложило институциональный фундамент государственной информационной политики России XVII века. Сложившийся при Михаиле Фёдоровиче механизм в последующие десятилетия прошёл быструю эволюцию: в 1665–1668 годах при содействии А. Л. Ордин-Нащокина и голландского резидента-купца Яна ван Сведена была налажена регулярная зарубежная почтовая линия (Москва — Рига — Вильно), превратившая «Куранты» из эпизодических переводов в еженедельные дипломатические дайджесты для царя Алексея Михайловича и его преемников.

В культурно-языковом отношении «Вести-Куранты» стали важнейшим каналом европеизации русской правящей элиты и лабораторией нового светского языка. Переводчикам Посольского приказа приходилось подбирать русские соответствия или заимствовать западную политическую, военную, морскую и финансовую терминологию («парламент», «генерал», «адмирал», «армия», «куранты», «газета»), расшатывая монополию церковнославянской книжности и подготавливая деловую и публицистическую прозу петровской эпохи. Хотя «Вести-Куранты» не были публичным изданием и оставались закрытыми до самых петровских преобразований, именно они прямо подготовили почву для учреждения первой российской печатной общедоступной газеты «Ведомости» в декабре 1702 — январе 1703 года.

Дискуссии и оценки в историографии

В исторической науке XIX — начала XX века долгое время доминировала точка зрения, связывавшая 1621 год с «основанием первой русской газеты» по аналогии с западноевропейской печатной прессой, что нередко приводило к смешению закрытой приказной разведывательной документации с публичной журналистикой. Советские лингвисты и историки (С. И. Котков, Н. И. Тарабасова, В. Г. Демьянов), подготовившие первые научные публикации корпуса 1970-х — 1990-х годов, перенесли акцент на историческую лексикологию, диалектологию и переводческую технику Посольского приказа XVII века.

Современный этап исследований, представленный совместными работами российского историка С. М. Шамина и шведского слависта Ингрид Майер (Уппсальский университет), внёс существенные коррективы в хронологию и типологию памятника. В фундаментальной монографии «Куранты XVII столетия» (2011) С. М. Шамин показал, что 1621 год не был датой одномоментного «учреждения» периодического органа: на протяжении 1620-х — 1650-х годов переводы поступали нерегулярно, зависели от случайных купеческих поездок и военных тревог, и лишь в 1660-х годах система приобрела подлинно регулярный, еженедельный характер. Ингрид Майер, проведя скрупулёзное текстологическое сопоставление русских переводов с немецкими и нидерландскими первоисточниками, продемонстрировала высокий профессионализм переводчиков Посольского приказа, показав одновременно, как через адаптацию европейских газет московский двор получал не только оперативную информацию о европейской политике, но и культурный опыт восприятия светской публицистики.

Хронология ключевых этапов

Дата / этап Событие Историческое пояснение
1600 Ранние разрозненные переводы вестей В архиве Посольского приказа сохранились единичные переводы зарубежных политических сообщений рубежа XVI–XVII веков.
1618–1619 Начало Тридцатилетней войны и завершение Смуты После Деулинского перемирия и возвращения Филарета у правительства Михаила Фёдоровича возросла потребность в систематических европейских новостях.
Май — июнь 1621 Появление ранних сохранившихся серий «Вестей-Курантов» В Посольском приказе составлены первые систематические переводы немецких и голландских газет («вести из Аузбарха» и др.) для чтения царю и боярам.
1624–1626 Закрепление приказной практики вестовых сводок Переводы зарубежных изданий регулярно фиксируют ход войны в Германии, польско-шведского конфликта в Прибалтике и европейской дипломатии.
1665–1668 Организация регулярной зарубежной почты При А. Л. Ордин-Нащокине и Яне ван Сведене налажена регулярная доставка европейской прессы, превратившая «Куранты» в еженедельное издание.
Декабрь 1702 — январь 1703 Замена «Курантов» печатными «Ведомостями» По указу Петра I закрытые рукописные сводки уступили место первой российской публичной печатной газете.

Участники, территории и исторические связи

Связанные личности, документы и понятия

Личность Алексей Михайлович — Ключевой участник
Исторический термин Смутное время — Историческое понятие и процесс

Связанные события в графе

Частые вопросы и ответы

Можно ли считать «Вести-Куранты» 1621–1626 годов настоящей газетой для широкого читателя?
Нет. «Вести-Куранты» создавались в одном или нескольких рукописных экземплярах как закрытые правительственные обзоры внешней прессы. Их читали вслух царю и членам Боярской думы, а не тиражировали для свободной продажи обществу.
Почему в науке используется двойное название «Вести-Куранты» и каков точный год первого выпуска?
Термин соединяет два слова XVII века: «вести» (переведённые донесения и известия) и «куранты» (непосредственно иностранные печатные газеты). Единой даты «первого номера» не существует: отдельные переводы известны с 1600 года, но устойчивая серия сохранившихся приказных сводок начинается с 1621 года.
Как зарубежные печатные газеты попадали в Москву в 1620-е годы?
До создания регулярной почтовой линии в 1660-х годах номера немецких, голландских и польских газет привозили в Россию с оказиями иностранные купцы (в частности через Архангельск и Новгород), дипломаты и наёмные специалисты на русской службе.
В какой форме выглядели рукописные выпуски «Вестей-Курантов»?
Сотрудники Посольского приказа переписывали переведённые новости деловой скорописью на узких склеенных бумажных полосах — «столбцах» (длиной иногда в несколько метров), а также в тетрадях. На обороте часто ставилась помета о прочтении государю и боярам.
Какое значение «Вести-Куранты» имеют для современной исторической науки?
Они позволяют точно оценить степень осведомлённости московского правительства о европейской политике XVII века, проследить развитие приказного делопроизводства и зафиксировать ранний этап заимствования западноевропейской политической и военной лексики в русский язык.

Научная литература и источники

  1. Вести-Куранты. 1600–1639 гг. / изд. подгот. Н. И. Тарабасова, В. Г. Демьянов, А. И. Сумкина; под ред. С. И. Коткова. — М.: Наука, 1972. — 348 с.
  2. Вести-Куранты. 1656 г., 1660–1662 гг., 1664–1670 гг. В 2 ч. / под ред. А. М. Молдована, И. Майер. — М.: Рукописные памятники Древней Руси, 2009.
  3. Вести-Куранты. 1671–1672 гг. / под ред. В. Б. Крысько, И. Майер; при участии С. М. Шамина и др. — М.: Азбуковник, 2017. — 824 с.
  4. Шамин С. М. Куранты XVII столетия: Европейская пресса в России и возникновение русской периодической печати. — М.; СПб.: Альянс-Архео, 2011. — 348 с.