От первых досок объявлений CBBS к глобальной сети энтузиастов
В 1970–1980-е годы доступ в академические и ведомственные сети вроде ARPANET и BITNET оставался закрытым для частных лиц, а коммерческие службы требовали высокой почасовой оплаты. Ответом компьютерного сообщества стали BBS (Bulletin Board System — электронные доски объявлений). Первую публичную систему CBBS создали в Чикаго участники клуба CACHE Уорд Кристенсен и Рэнди Сьюсс во время снежного бурана 1978 года: Сьюсс собрал компьютер на шине S-100 с ОС CP/M и модемом на 300 бод, а Кристенсен написал оболочку поверх своего протокола передачи файлов XMODEM. Запуск отметили 16 февраля 1978 года, а после публикации чертежей в журнале BYTE в ноябре того же года тысячи любителей открыли локальные станции.
Объединить разрозненные BBS в единую сеть решил программист из Сан-Франциско Том Дженнингс. В конце 1983 года он написал программу Fido BBS для MS-DOS, а Джон Мэдилл в Балтиморе и Бен Бейкер в клубе при подразделении McDonnell Douglas в Сент-Луисе портировали её на DEC Rainbow 100. Чтобы сократить разорительные счета за междугородние звонки при отладке, Дженнингс в июне 1984 года выпустил версию Fido V7 с модулем FIDONET и списком узлов NODELIST.BBS для автоматического ночного обмена почтой.
В августе 1984 года координация нодлиста перешла к группе Кена Каплана и Бена Бейкера в Сент-Луисе, начавшей выпускать еженедельник FidoNews. После изобретения эхопочты (Echomail) техасским сисопом Джеффом Рашем в феврале 1986 года (публичные форумы поверх почты) сеть выросла со 160–200 узлов в начале 1985 года до 20 тыс. в 1993 году и пика около 39–40 тыс. узлов в 1996 году. В СССР первый узел с польским адресом установил в 1990 году журналист Тадеуш Радиуш в редакции журнала «Компьютер», а летом 1990 года в Новосибирске Евгений Чуприянов и студент НГУ Владимир Лебедев запустили первый отечественный узел через Чехословакию. Осенью–зимой 1990 года возник российский регион 2:50 с сетями в Новосибирске (N5000), Челябинске (N5010), Москве (N5020) и Ленинграде (N5030).
Офлайновая архитектура, адресация и программный комплекс
В отличие от онлайнового Интернета, Фидонет работал как офлайновая сеть с промежуточным хранением (store-and-forward). Пользователь забирал сжатый пакет сообщений за короткий модемный сеанс, читал и готовил ответы автономно, а затем передавал исходящий архив. Основной межсетевой обмен шёл ночью в выделенный «зональный почтовый час», радикально снижая расходы на связь.
Чтобы снять ранний лимит в 250 узлов и не звонить в другой город ради каждого письма, в 1985 году ввели адресацию «сеть/узел», а в октябре 1986 года — континентальные зоны и непубличные поинты (points), закрепив формат Зона:Сеть/Узел.Поинт (5D с доменом @fidonet). Мир поделили на шесть зон (зона 2 объединила Европу, бывший СССР и Израиль; азиатскую зону 6 расформировали в 2007 году), управляемых выборными и назначаемыми координаторами по Уставу (Policy).
ПО оставалось модульным и работало на MS-DOS, OS/2, Windows и UNIX/Linux: базовый стандарт FTS-0001 сменили протоколы EMSI и Hydra, а позже — IP-мейлер binkd (Binkp). Тракт состоял из мейлера, тоссера (Squish, HPT, FastEcho — распаковка архивов ARC/ZIP, защита от петель по полям PATH и SEENBY) и редактора (GoldED+). Помимо личной почты (Netmail) и эхоконференций, работали файлэхи и шлюзы в Usenet (в России — иерархия fido7.* провайдера «Демос»).
Почему Фидонет пережил бум и почему уступил коммерческому Интернету
Взлёт BBS и Фидонета определялся экономикой связи: в отличие от платных служб CompuServe или Продиджи, сеть опиралась на бесплатный софт, дешевеющие модемы и безлимитные городские телефоны. Межгород компенсировался складчиной сисопов (costsharing), IP-туннелями (с 1991 года) и ведомственными каналами вроде «Искра-2» («лонглинки»). Надёжность FTN-мейлеров («левонетов») в 1990-е годы даже позволяла российским банкам строить на них системы «Клиент-банк».
Но во второй половине 1990-х с распространением модемов 28,8–33,6 кбит/с и массовых городских интернет-провайдеров (часто выросших из бывших сисопов BBS) доступ в мировой Интернет стал стоить столько же, сколько звонок на локальную станцию. Модель Фидонета уступила по двум причинам:
- Технологические лимиты пакетной почты. Как отмечал в 1997 году российский разработчик Дмитрий Завалишин, протоколы Фидонета создавались стихийно — с задержками доставки, жёсткими ограничениями размера писем, сложным UUE-кодированием файлов и отсутствием гипертекста и мультимедиа.
- Конфликты волонтёрской иерархии. Взрывной рост эхотрафика (более 8 МБ сжатого текста в сутки уже к началу 1990-х) перегружал транзитные хабы, порождая острые споры об оплате и администрировании (сам Дженнингс шутил, что сеть превратилась в «fight-o-net»).
Историко-культурный след Фидонета остался глубоким: в августе 1991 года сеть вместе с Релкомом передавала информационные сводки из осаждённого Белого дома в Москве, а в 1990-х годах воспитала массовое русскоязычное цифровое сообщество с собственной культурой модерации, встречами и этическим правилом «не раздражать других и не раздражаться самому».
Упадок узловой сети и трансформация в интернет-шлюзы
В 2000-е годы массовый отток аудитории в веб-форумы, блоги и социальные сети сократил нодлист с 40 тысяч узлов (1996) до примерно 2,5 тысячи к середине 2010-х и 1 560 узлов к концу 2018 года. Попытки радикально перестроить технологию — вроде проекта «гипертекстового векторного Фидонета» FGHI Сергея Соколова (Mithgol the Webmaster), ставшего темой вопроса Дмитрию Медведеву на конференции 5 марта 2007 года, — не получили массовой реализации.
Вместо этого сеть выжила за счёт гибридизации с Интернетом: модемный обзвон сменился обменом поверх TCP/IP по протоколам binkp и ifcico, появились ретро-станции Telnet/SSH-BBS, веб-шлюзы WebBBS, готовые комплекты (FidoIP, Kubik) и мобильные клиенты под Android. Некоммерческая архитектура эхоконференций и опыт самоорганизации сообществ стали прямым фундаментом культуры общения в современном Рунете.
