Поиск удобного корпуса и открытая лицензионная стратегия Philips
Хотя катушечные магнитофоны обеспечивали высокое качество звука, в быту они требовали заправлять ленту двумя руками и перематывать её до конца перед снятием. С 1950-х гг. инженеры пытались заключить катушки в единый корпус: появились немецкий Loewe Optaphon (1950), громоздкий RCA Sound Tape (1958, 197×127×13 мм), а также картриджи с бесконечной петлёй — радиовещательный Fidelipac (1959) и популярный в США автомобильный Stereo 8 (8-track, 1964) при поддержке Билла Лира, Ford, Motorola и RCA. Однако картриджи Stereo 8 не допускали перемотки, не позволяли легко делать записи дома и страдали сбоями при механическом сдвиге головки между восемью дорожками.
Внутри корпорации Philips в начале 1960-х гг. соперничали два проекта: венский завод с немецкой Grundig строил однокатушечную Einloch-Kassette, а группа в бельгийском Хасселте под руководством инженера Лодевайка (Лу) Оттенса разрабатывала двухсердечниковый футляр. Победил компактный проект Оттенса: 28 августа 1963 года на Берлинской радиовыставке Philips представила компакт-кассету вместе с диктофоном EL 3300. В 1964 году в Ганновере стартовал массовый выпуск кассет, а в 1965–1966 гг. в Европе и США вышли первые предзаписанные музыкальные кассеты (Musicassettes).
Когда отвергнутая Grundig в 1965 году вывела несовместимый формат DC International, а японская Sony потребовала льгот под угрозой запуска собственного стандарта, Philips пошла на решающий стратегический шаг: с 1966 года она отказалась от лицензионных сборов за патент при условии строгого соблюдения габаритов и спецификаций. Бесплатное открытое лицензирование превратило формат в мировой стандарт: Grundig свернула DC International уже в 1967 году, к 1968 году 85 фирм продали свыше 2,4 млн аппаратов, а Stereo 8 ушёл с рынка к 1982 году.
Конструкция корпуса, борьба с шумами и прорыв к качеству Hi-Fi
Пластиковый корпус размером 100,4×63,8×12,0 мм использовал «полуторную» компоновку (межосевое расстояние 42,5 мм меньше диаметра полного рулона 52 мм), помещая внутри ленту шириной 3,81 мм, движущуюся со скоростью 4,76 см/с (вдвое медленнее бытовых бобинников и вчетверо медленнее 19,05 см/с). В отличие от четырёхдорожечных катушечников, стереодорожки одной стороны кассеты (шириной 0,6 мм) располагались рядом, что обеспечило полную обратную совместимость моно- и стереоаппаратов. Сверху корпус оснастили выламываемыми язычками защиты от перезаписи и ключами автоопределения типа ленты, а на переднем торце — пятью окнами доступа для головок, тонвала, прижимного ролика и датчика автостопа.
На первых порах низкая скорость 4,76 см/с ограничивала диапазон частот 10–12 кГц и давала сильное шипение ленты (динамический диапазон 40–46 дБ), делая кассету пригодной лишь для речи. Превращение в полноценный музыкальный формат класса Hi-Fi в 1971–1980 гг. обеспечили три прорыва. Во-первых, химия лент: исходный гамма-оксид железа (Тип I) дополнили ленты на диоксиде хрома CrO2 (Тип II, патент DuPont 1968 года, массово с 1971 года), кобальтированные покрытия (TDK Avilyn) и металлопорошковые ленты Тип IV (3M Metafine, 1979). Во-вторых, компандерное шумоподавление Dolby B (Рэй Долби, 1968; микросхема Signetics с 1973 г.), позже Dolby C и динамическое подмагничивание Dolby HX Pro, объединение которого с лентой CrO2 в деке Advent Model 201 (1971) снизило шипение до 10–20 дБ. В-третьих, с 1973 года японская Nakamichi создала двухвальные деки со сквозным каналом (20–20 000 Гц, сигнал/шум −72 дБ), задав отраслевой потолок качества.
Три локомотива бума, «кассетная культура» протеста и первые ПК
Массовый расцвет 1975–1985 гг. опирался на стационарные деки, переносные «бумбоксы» (ставшие опорой уличной хип-хоп культуры) и карманный плеер Sony Walkman TPS-L2 (1 июля 1979 года, 350 млн проданных устройств), впервые сделавший музыку приватным мобильным спутником человека. В 1983–1992 гг. в США и Британии кассеты обгоняли винил по продажам, доминировали в автозвуке за счёт устойчивости к тряске и породили культуру самодельных сборников — «микстейпов».
Дешевизна и простота тиражирования без фабричного пресса превратили кассету в инструмент культурного и политического сдвига. До исламской революции 1979 года в Иране проповеди изгнанного аятоллы Хомейни распространялись именно на аудиокассетах; при военной диктатуре в Чили (1973–1990) действовали подпольные кассетные лейблы; в Индии и Египте кассеты вызвали взрыв местной поп-музыки и пиратства. В СССР (где с 1969 г. выпускали «Десну» по образцу Philips EL 3300, а массовый приток качественных импортных кассет начался после Олимпиады-80) формат стал главной средой распространения магнитоальбомов и неподцензурного рока. Кроме того, в 1975–1985 гг. на базе стандарта Kansas City standard (300–2000 бод, до 660 КБ на сторону C90) кассета служила дешёвым накопителем данных для ранних персональных компьютеров (IBM PC, Commodore, ZX Spectrum).
Провал ленточных преемников, приход CD и нишевый ренессанс XXI века
Конкуренты и сменщики на магнитной ленте не смогли повторить успех компакт-кассеты. Микрокассета Olympus (1969) и Steno-Cassette Grundig (1971) закрепились лишь в диктофонах, крупногабаритный формат Sony Elcaset (1976–1979) провалился, цифровой студийный DAT (1987) остался нишевым, а совместимая с обычной кассетой цифровая Philips DCC (1992–1996) и Sony MiniDisc уступили оптическому диску CD. Снижение цен на CD-плееры с буфером антишока, диски CD-R/RW и появление MP3-плееров и смартфонов обвалили спрос (в США продажи музыкальных кассет упали с 442 млн в 1990 году до 274 тыс. в 2007-м); в октябре 2010 года Sony закрыла выпуск кассетного Walkman.
Тем не менее с середины 2010-х годов компакт-кассета переживает устойчивый нишевый ренессанс в среде инди-, панк- и метал-сцен и коллекционеров из-за низкой стоимости тиражирования и ностальгической эстетики, что побудило компании National Audio Company в США и французскую Mulann (RTM, 2018) возобновить выпуск новой магнитной ленты.
