Предпосылки, покровители и борьба против «старой школы»
К середине XVIII века Франция обладала единственной в Европе единой линейкой калибров, созданной в 1732 году Флораном-Жаном де Вальером (от 4- до 24-фунтовых пушек). Однако система Вальера строилась для осад и крепостей: богато украшенные бронзовые стволы и массивные лафеты с оглобельной упряжкой отличались непомерной тяжестью, увязали на дорогах и не поспевали за пехотой. В Семилетней войне (1756–1763) тяжёлые французские батареи проигрывали более подвижным орудиям Пруссии и Австрии, где генерал-директор князь Йозеф Венцель фон Лихтенштейн с 1744 года реформировал полевые пушки и гаубицы (параллельно в России в 1757 году появились «единороги» шуваловской системы).
Опыт передовых армий перенёс во Францию артиллерист Жан-Батист Вакет де Грибоваль (1715–1789), командированный сначала в Пруссию для изучения полковой артиллерии Фридриха II Великого, а в 1756–1762 годах служивший в австрийской артиллерии у князя Лихтенштейна. По окончании войны он представил проект реформы министру Людовика XV герцогу Этьену-Франсуа де Шуазёлю. Опытная комиссия в Страсбурге подтвердила расчёты, и 15 октября 1765 года королевский ордонанс принципиально утвердил новую систему.
Тем не менее реформа забуксовала на одиннадцать лет из-за сопротивления консервативной партии во главе с Жозефом-Флораном де Вальером (сыном автора системы 1732 года), отстаивавшим прежние тяжёлые стволы и недоверчиво относившимся к облегчённым конструкциям. Полное введение системы Грибоваля состоялось лишь в 1776 году, после смерти Вальера-сына и назначения самого Грибоваля генерал-инспектором артиллерии.
Инженерная революция и причины поражения прежних орудий
Решающий отрыв от вальеровской артиллерии обеспечила смена литейной технологии. Ранее бронзовые орудия (сплав 10 частей меди и 1 части олова) отливали полыми вокруг глиняного сердечника, смещавшегося в форме: это порождало раковины и неровность канала, вынуждая оставлять большой зазор между ядром и стенкой ствола и утолщать стенки под усиленный заряд. Грибоваль внедрил во Франции метод Жана Марица (применённый в Гааге в 1747 году): стволы отливали сплошной болванкой, затем канал точно высверливали, а снаружи обтачивали, отказавшись от дорогостоящих декоративных украшений Вальера.
Высокая точность обработки позволила сократить зазор вдвое (до одной линии), снизить прорыв газов и уменьшить заряд пороха до трети веса ядра. При длине 18 калибров масса полевых пушек упала почти вдвое при прежней дальности и убойной силе. Запалы укрепили медными затравочными стержнями против разгорания. Всю артиллерию чётко разделили на полевую (12- и 8-фунтовые пушки, 6- и 8-дюймовые гаубицы), полковую (лёгкие 4-фунтовые пушки) и осадную с крепостной (24-, 16-, тяжёлые 12- и 8-фунтовые пушки, 12-, 10- и 8-дюймовые мортиры; на осадных и береговых лафетах высоту цапф подняли до 1,5 м, введя поворотные платформы и рамы на рельсах).
Инновации охватили каждую деталь комплекса: появились прицелы с мушками, винтовой подъёмный механизм с маткой на цапфочках, железные оси, чугунные втулки ступиц, боевое и походное гнёзда для цапф. Парная дышловая упряжка (шестёрка, четвёрка или пара лошадей вместо упряжки гуськом) резко ускорила марш; лямки, деревянные рычаги (расчёт из 14–15 человек перекатывал 12-фунтовую пушку вручную) и канатный отвоз облегчали манёвр в бою. Четырёхколёсные зарядные ящики с двускатной крышей, картузы, прикреплённые к шпигелю со снарядом (прообраз унитарного выстрела), скорострельные тростниковые трубки и жестяная картечь с коваными железными пулями ускорили стрельбу. На все заводы разослали чертежи с жёсткими допусками, контролируя каналы раздвижной звёздкой и зеркальным прибором, что дало серийную взаимозаменяемость деталей. Также Грибоваль поддержал создание Николя-Жозефом Кюньо первого парового тягача для тяжёлых пушек.
Военное, организационное и промышленное влияние
Преобразования изменили саму структуру рода войск. За каждым калибром закрепили точные обязанности номеров прислуги, каждой роте придали передвижную 4-колёсную полевую кузницу с открытым горном и мехом, а при семи артиллерийских полках открылись офицерские школы. Так как офицерами артиллерии служили преимущественно выходцы из среднего сословия, в годы Великой французской революции этот род войск почти не пострадал от эмиграции дворян и сохранил высокую боеспособность.
Лёгкие батареи Грибоваля перевернули тактику боя, позволяя быстро концентрировать огонь на решающих направлениях: они сыграли видную роль при Жемаппе (1792), Ваттиньи (1793), возможно ещё при осаде Йорктауна (1781) в осадном парке Рошамбо и при осаде Тулона (1793), возвысившей Наполеона Бонапарта, который позднее произнёс: «Во Франции самое лучшее — её артиллерия». После 1800 года при генерале Огюсте де Мармоне наёмных возчиков заменили солдатами артиллерийского обоза (до 28 000 человек в пеших, конных и обозных частях), а промышленный способ получения соды Никола Леблана (ок. 1791) удешевил производство селитры для растущего расхода пороха. В экономике строгие допуски и поверочные калибры Грибоваля заложили фундамент серийного взаимозаменяемого машиностроения.
Испытания Наполеоновских войн и система Вале
В эпоху Наполеоновских войн, опираясь на массу трофейных 6-фунтовых австрийских и прусских орудий, Франция попыталась с 1803–1805 годов ввести «систему XI года» (6-фунтовую пушку и 24-фунтовую гаубицу), а в 1808 году в целях экономии переделывала под новые стволы лафеты Грибоваля. Однако поспешно отлитые 6-фунтовки оказались слишком хрупкими: в 1810 году комиссия Николя-Мари Сонжи де Курбона остановила переход, а при Реставрации в 1815 году инспекция Шарля-Этьена-Франсуа Рюти вернула в строй надёжные 4- и 8-фунтовые пушки Грибоваля.
Окончательная замена назрела лишь полвека спустя — в «системе 27-го года» (1827–1829) генерала Сильвена Шарля Вале. Она не опровергала Грибоваля, а развивала его принципы: сократила полевые калибры, унифицировала передки и усадила расчёты на зарядные ящики для марша в темпе кавалерии. Жан-Батист Грибоваль вошёл в историю как «отец французской артиллерии», определивший облик полевой артиллерии вплоть до эпохи нарезных орудий.
