Понятие и базовые принципы рекрутской повинности
Рекрутская повинность — способ комплектования регулярных вооружённых сил (гвардии, армии и флота) Русского царства и Российской империи до 1874 года, служивший также формой наказания («отдача в рекруты»). Система выросла из практики наборов даточных людей XVII века: в 1699 году Пётр I объявил набор 32 тысяч солдат (из собранных в 1699–1700 годах 22,5 тысячи даточных и вольницы сформировали 27 пехотных полков), в 1703 году провёл двойной набор, а указом от 20 февраля (3 марта) 1705 года слово «даточные люди» окончательно заменили термином «рекруты». К 1708 году русская армия насчитывала 113 тысяч рекрутов.
Первоначально повинность строилась на четырёх правилах: формально ей подлежали все сословия; для дворян она носила личный поголовный характер, а для податных сословий — общинный (правительство запрашивало у общества определённое число мужчин 20–35 лет); срок службы был пожизненным; масштабы и порядок каждого набора определялись особыми высочайшими указами.
Эволюция правил раскладки, сроков службы и отбора рекрутов
Принцип всеобщности быстро размывался: в 1736 году в дворянских семьях разрешили оставлять одного брата в имении и ограничили службу 25 годами, а Манифест о вольности дворянства 1762 года вовсе освободил дворян от обязательной службы. Затем освобождения получили купцы, почётные граждане, семьи церковнослужителей, образованные группы, колонисты и жители привилегированных окраин. По переписи 1858 года из 29,5 миллиона душ мужского пола Европейской России (без Царства Польского и Финляндии) повинности подлежали 23,5 миллиона, а около 20 % были свободны или вносили денежный выкуп.
После первой ревизии 1722 года дворовую раскладку заменили душевой. При Елизавете Петровне страну разделили на пять полос (по рекруту со ста душ раз в пять лет), в 1834 году — на южную и северную полосы, в 1839 году — на западную и восточную. Различались наборы обыкновенные (менее 7 с тысячи душ), усиленные (7–10) и чрезвычайные (свыше 10; в Крымскую войну 1855 года взяли до 70 с тысячи в восточной полосе и 57 в западной, отменив разделение на полосы; последние наборы 1860-х годов давали 140–150 тысяч человек в год).
Приёмщики по Генеральному учреждению о сборе рекрутов 1757 года обязывались брать тех, кого выставляли отдатчики-помещики и общины. На смену сложной «очередной» системе в 1854 году (для мещан, ремесленников и государственных крестьян) и по Рекрутским уставам 1857 и 1862 годов пришёл «жеребьёвый порядок» по трём разрядам семейной рабочей силы — многорабочим (не менее четырёх работников), тройниковым (три работника) и двойниковым, с освобождением единственных работников и призывом юношей 21 года (в Архангельской и Олонецкой губерниях — 22 лет; верхний возрастной предел к тому времени снизили с 35 до 30 лет). С 1827 года натуральной повинности с приёмом малолетних кантонистов и штрафными наборами за недоимки подверглись евреи (уравнение с прочим населением началось при Александре II в 1855–1856 годах). Закон допускал наём добровольцев-«охотников», выпуск зачётных квитанций (с 1840-х годов) и с 1872 года — неограниченный денежный выкуп. Одновременно сокращалась выслуга: до 25 лет в 1793 году, до 20 лет с 5-летним «бессрочным отпуском» в 1834 году, до 15 (12, затем 10 лет действительной службы) и около 7 лет в 1855–1874 годах. В 1874 году военная реформа Д. А. Милютина заменила рекрутскую повинность всесословной воинской обязанностью (с термином «новобранец»).
Социально-демографическое значение повинности
Рекрут терял связь с податным сословием и переходил с женой и детьми в свободное от налогов «военное сословие». Отставные солдаты становились лично свободными, могли владеть землёй, приписываться к податным обществам и при дряхлости получали пенсию (36 рублей в год). Помещикам за поселение семей отставных выдавались зачётные рекрутские квитанции на каждого из сыновей ветерана.
Вопреки тяжести 25-летней службы, армия стала мощным каналом освобождения от крепостного права и социальной мобильности: в XVIII веке вышли в отставку около 300 тысяч солдат, а в 1796–1858 годах через службу нижними чинами прошло 2 034,1 тысячи человек, из них свыше миллиона бывших помещичьих крестьян (в годы VII ревизии 1816–1834 годов — больше, чем по всем прочим путям освобождения). Обучившиеся в армии грамоте отставные солдаты оседали в городах сторожами, дворниками, надзирателями и «дядьками» или становились сельскими писарями, формируя слой разночинцев и раннего наёмного пролетариата.
Историография рекрутской повинности
Во второй половине XIX — начале XX века систему детально проанализировали военные историки Д. Ф. Масловский, М. И. Богданович, А. Ф. Редигер и правовед В. Д. Кузьмин-Караваев (в Энциклопедическом словаре Брокгауза и Ефрона), а также авторы Еврейской энциклопедии Брокгауза и Ефрона, вскрывшие как военную ограниченность малочисленных резервов долгосрочной армии, так и социальную неравномерность уставов.
В современной историографии В. А. Тихонов (2012–2013) исследовал петровский переход от даточных людей к рекрутству, М. Б. Оленев (2016) — комплектование при Николае I, В. Н. Горелов (2013) и Ф. Н. Иванов (2006, 2011, 2017) — периодизацию и региональную практику наборов. Социальная адаптация ветеранов, солдатских жён и роль отставных нижних чинов как внесословной прослойки разночинцев глубоко освещены в работах П. П. Щербинина и Э. К. Виртшафтер.
