Понятие, терминология и характер правовых сводов
Варварские правды (лат. leges barbarorum — «законы варваров», в отличие от leges romanae) — условное обозначение письменных записей обычного права древнегерманских народов V–IX веков, получившее русское наименование по аналогии с «Русской Правдой». В оригинале памятники обычно носили заглавие Lex («закон») с племенным названием в родительном падеже множественного числа (например, Lex Saxonum). Вторичные термины отражали способ кодификации: официальный королевский указ назывался edictus (Edictus Langobardorum), запись племенного обычая выборными знатоками (sapientes, legislatores) обозначалась германским словом ewa (Ewa Chamavorum), а договор короля с народом — pactus (Pactus Alamannorum).
В раннегерманской культуре право не создавалось законодателем заново, как в императорских эдиктах Рима, а «отыскивалось» в качестве неизменной традиции предков (так, пролог Салической правды описывает четырёх сведущих мужей, выяснявших исконные нормы). Изначально устная система строилась на ритуалах, жестах и словесных формулах; её запись на латыни под воздействием римско-христианской письменности сохранила вкрапления народной германской лексики (например, мальбергскую глоссу в Салической правде), представляющие древнейший пласт германского юридического языка. Исключением стали англосаксонские кодексы VII–IX вв., создававшиеся на древнеанглийском языке.
Хронология и основные памятники (V–IX вв.)
Время появления кодексов прямо зависело от близости племён к античной образованности и формирования варварских королевств. Древнейшей стала Вестготская правда (ок. 475 г.), наиболее близкая к римской юриспруденции, тогда как в более поздней франкской Салической правде (ок. 507–511 гг., при Хлодвиге I) влияние римского права почти не прослеживается. На рубеже V–VI веков король Гундобад издал Бургундскую правду (Lex Burgundionum), а вслед за Салической появилась Рипуарская правда. В VII веке были записаны англосаксонские правды и лангобардский Эдикт Ротари (643), в VII–VIII веках при заметном содействии церкви — Алеманнская (Швабская) и Баварская правды. Позднюю группу конца VIII — начала IX века при Карле Великом составили Хамавская (Ewa ad Amorem), Саксонская, Тюрингская и Фризская правды с возросшей ролью короля и жёсткими христианскими санкциями вплоть до смертной казни в Lex Saxonum.
Ранние своды опирались на персональный принцип права: свободный человек судился по обычаю своего народа (gens), тогда как галло-римское население в королевствах вестготов и бургундов пользовалось параллельными сводами Lex Romana Visigothorum и Lex Romana Burgundionum. При этом к каролингской эпохе смешение этнических и социальных статусов превратило систему в «подвижное территориальное право», связанное с областью рождения, пока с утверждением феодализма правды не уступили место феодальному законодательству.
Правовые институты и судебный процесс
Варварские правды не исчерпывали всей правовой жизни: они служили практическими судебниками, почти не касаясь публичного права и сосредотачиваясь на уголовных и процессуальных вопросах. Их ядром были каталоги денежных штрафов-композиций (др.-в.-нем. buoza, др.-англ. bōta) и выкупа за жизнь или увечье — вергельда (wergild), призванного остановить кровную месть (faida). Размеры возмещений зависели от статуса пострадавшего (свободный, полусвободный, раб); в Салической и Тюрингской правдах доля штрафа за кражу отходила королю, а несостоятельному виновнику грозило обращение в рабство. При этом кодексы фиксируют распад родовых связей и возвышение соседской общины, например в правилах наследования.
Судопроизводство сотенных судов и народных собраний (тингов, упоминаемых ещё у Тацита и посвящённых, по ряду толкований, богу Тюру; при этом в вестготских законах упоминаний народных собраний нет, а у англосаксов известны лишь местные сходы) строилось на строгом обряде: очистительной клятве обвиняемого с соприсяжниками (compurgatio), подтверждавшими его честное имя, и «суде Божьем» (ордалиях) — испытании кипящей водой, раскалённым железом или судебном поединке.
Историография: от германистики XIX века к новым подходам
Термин Leges Barbarorum ввёл в 1781 г. Паоло Канчани, после чего его закрепил Георг Перц в серии Monumenta Germaniae Historica. В XIX — первой половине XX века классики германского права (Якоб Гримм, Карл фон Амира, Генрих Бруннер) реконструировали по Тациту, Цезарю, правдам и скандинавским сагам цельную систему древнегерманского права с тингами, замкнутыми родами (Sippe) и тремя формами брака (Muntehe, Friedelehe, Kebsehe).
С 1950-х годов эта модель подверглась радикальному пересмотру. Райнхард Венскус сблизил народные собрания с галло-римскими институтами и переосмыслил природу gentes; Уолтер Гоффарт доказал значительную долю позднеримского «вульгарного права» и участие римских юристов в правдах; историки 1990–2000-х годов отвергли конструкт Friedelehe и представление о юридически замкнутом роде-Sippe. Продолжается спор о реальной роли текстов в судах (символ королевского престижа у П. Уормалда против зачитанных рабочих рукописей у Р. Маккиттерик), а Рут Шмидт-Виганд и Д. Х. Грин проследили христианизацию термина ewa. Сегодня «германское право» определяют через контраст с «учёным» римским правом как совокупность локальных традиций устного и обрядового характера.
