Военно-политический кризис Афин и прорыв Лисандра к проливам
На заключительном этапе Пелопоннесской войны — в Декелейской, или Ионийской войне (413–404 гг. до н. э.) — Афины переживали тяжёлый кризис. После разгрома на Сицилии (413 г. до н. э.) и укрепления спартанцами Декелеи в Аттике полис потерял сухопутное снабжение, а от союза отпали ключевые союзники в Ионии. Удерживать ситуацию удавалось благодаря флоту: в 411–407 гг. до н. э. Алкивиад очистил Черноморские проливы и учредил в Хрисополе десятипроцентную таможенную пошлину, восстановив подвоз причерноморского хлеба. Однако после поражения Антиоха при Нотии (406 г. до н. э.) Алкивиад ушёл в изгнание, а блестящая победа при Аргинусских островах (406 г. до н. э.) обернулась доносом Ферамена и Фрасибула, процессом и казнью шести стратегов-победителей за неоказание помощи погибавшим в бурю морякам (несмотря на протесты Сократа).
Обескровленный казнью опытных командиров и нехваткой денег на жалованье, афинский флот на Самосе около года бездействовал. Тем временем Спарта по просьбе ионийских олигархов и при поддержке персидского наместника Ионии Кира Младшего фактически вернула командование Лисандру (в 406 г. до н. э. уже подрывавшему авторитет своего преемника Калликратида) в статусе эпистолея — помощника номинального наварха Арака, так как спартанский закон запрещал вторично занимать пост наварха. Получив перед отъездом Кира в Сузы доходы малоазийских городов, Лисандр быстро отстроил флот, отвлекающим броском к Эгине и Саламину увёл внимание афинян, прорвался в Геллеспонт к Абидосу и штурмом взял союзный Афинам Лампсак, перерезав жизненно важную хлебную трассу.
Противостояние у Эгоспотам и две версии развязки
Афинский флот из 180 триер под коллегиальным управлением шести равноправных стратегов (Конона, Филокла, Менандра, Тидея, Адиманта и Кефисодота; в речи Лисия упоминается возможный седьмой — Эрисимах), командовавших поочерёдно по дню, сначала пришёл в Сест, а затем встал на открытом пляже у устья рек Эгоспотамы («Козьи реки», близ совр. Сютлюдже — потоков Каракова-Дере и Буйюк-Дере) прямо напротив Лампсака через пролив (ширина которого по современным промерам составляет 3,3–4,5 км против 15 стадий у Ксенофонта). Опасаясь гнева демоса в случае ухода от врага, стратеги отвергли совет жившего поблизости Алкивиада перевести корабли в гавань Сеста и отказались от его предложения помощи фракийцев.
Четыре дня подряд афиняне подходили к Лампсаку в боевом строю, вызывая спартанцев на сражение, но Лисандр запрещал выходить из гавани, высылая следом лишь два-три разведывательных корабля. Решив, что враг боится боя, и страдая от нехватки продовольствия на пустом берегу, афинские экипажи ежедневно расходились вглубь полуострова и в Сест. На пятый день наступила развязка. Согласно Ксенофонту, убедившись в высадке афинян, спартанские разведчики подняли на середине пролива сигнал щитом; флот Лисандра стремительно пересёк Геллеспонт (ок. 22 минут по современным реконструкциям) и захватил свыше 140 пустых триер на пляже, а высаженный Этеоником десант занял лагерь. Лишь Конон успел вывести 8 кораблей (захватив в Лампсаке большие паруса Лисандра) к кипрскому царю Эвагору, а «Парал» ушёл с вестью в Афины. По иной версии Диодора Сицилийского (восходящей к Эфору и «Оксиринхской истории»), в тот день Филокл вышел в море с 30 триремами, приказав остальным следовать за собой, но перебежчики предупредили Лисандра, который разбил авангард и крючьями оттянул стоявшие у берега суда.
Причины катастрофы, вопрос об измене и потери сторон
Исход сражения определило сочетание финансовых, организационных и тактических факторов. Благодаря персидскому золоту Кира Младшего Лисандр содержал дисциплинированные команды, тогда как афинский флот, на триремах которого среди 200 членов экипажа около 180 гребцов были преимущественно наёмниками, испытывал острый дефицит жалованья и продовольствия. Постоянная ротация шести стратегов без единоначалия и политический страх перед судьбой аргинусских победителей сковали афинское командование на необорудованном берегу. Античные ораторы Лисий, Демосфен и Павсаний позже выдвигали обвинения в измене против пощажённого спартанцами Адиманта или Алкивиада, но прямых доказательств этому не найдено (по Ксенофонту, Адиманта спасло выступление против жестокого декрета об отрубании рук пленным).
Потери Афин были сокрушительными: из 180 триер спаслись лишь 9–10 судов. После битвы в Лампсаке совет союзников постановил казнить захваченных афинских граждан в отместку за прежнюю жестокость — в частности, за сброшенные в пропасть Филоклом экипажи коринфского и андросского судов и декрет об увечье пленных гребцов. По Плутарху казнили около 3000 пленных, по Павсанию — 4000 (Диодор говорит о казни одного Филокла); спартанский флот понёс минимальные потери.
Блокада, падение Афин и установление спартанской гегемонии
Прибытие корабля «Парал» повергло Афины в отчаяние: по свидетельству Ксенофонта, той ночью в городе никто не спал, оплакивая не только погибших, но и собственную неизбежную участь. Лисандр методично закрепил победу: подчинились Византий и Халкидон, затем он прошёл по эгейским союзникам Афин, свергая демократии (упорно сопротивлялся лишь Самос). Чтобы ускорить голод в Афинах, Лисандр высылал всех захваченных афинян исключительно в их родной город под угрозой казни за его пределами.
Блокированные с суши армиями обоих спартанских царей и с моря флотом Лисандра, Афины после многомесячной осады и голодной смертности капитулировали в марте 404 г. до н. э. Стены города были срыты, Афинский морской союз прекратил существование, а к власти пришла проспартанская олигархия «Тридцати тиранов». Спартанцы увековечили победу в Дельфах группой статуй триерархов со стихотворной надписью о возвышении Лакедемона. Битва при Эгоспотамах завершила 27-летнюю Пелопоннесскую войну и утвердила более чем тридцатилетнее преобладание Спарты в Элладе.
