Стратегическая ситуация и план французского вторжения 1759 года
К четвёртому году Семилетней войны Великобритания, чьи стратегические усилия с лета 1757 года координировал Уильям Питт-старший, перехватила инициативу на морских и колониальных театрах в Канаде, Индии, Вест-Индии и Западной Африке. Франция же переживала острейший финансовый кризис (более 60 процентов государственных доходов уходило на обслуживание долга) и нехватку подготовленных моряков: из 25 тысяч матросов, требовавшихся для 43 линейных кораблей в европейских водах, недоставало свыше 9 тысяч человек из-за британского плена, каперства и эпидемии тифа в Бресте в 1757—1758 годах, унёсшей свыше 4 000 жизней. Положение усугубляла некомпетентность морского министра Николя Рене Беррье, бывшего начальника парижской полиции.
Чтобы решить исход войны одним ударом, министр герцог де Шуазёль задумал высадку 17—20-тысячного корпуса и почти ста транспортов (включая боевые суда со снятой артиллерией — en flûte) из района Ванна и залива Морбиан на Британские острова. После поражения тулонской эскадры Ла Клю-Сабрана от адмирала Боскауэна при Лагосе в августе 1759 года (откуда пять кораблей усилили флот у Бреста) план сократился до вторжения в Шотландию. Брестский флот маршала Юбера де Бриенна, графа де Конфлана (21 линейный корабль) должен был прорвать блокаду адмирала сэра Эдварда Хока, смести отряд коммодора Роберта Даффа (пять 50-пушечных кораблей и до девяти фрегатов) в бухте Киберон и забрать транспорты. Когда в начале ноября жестокие западные штормы вынудили Хока отойти к английскому Торбею, де Конфлан при восточном ветре 14 ноября вышел в море, но был замечен сторожевыми фрегатами и английским судном снабжения «Love and Unity», доставившим сведения Хоку 16 ноября.
Местность, штормовой прорыв и фазы сражения
Утром 20 ноября в 20 милях от острова Бель-Иль де Конфлан наткнулся на семь кораблей эскадры Даффа и бросился в погоню, разделив силы, но около 8:30 со стороны моря показались 23—24 линейных корабля адмирала Хока (первым их заметил «Magnanime»). Оказавшись перед выбором — принять бой в открытом море при сильном ветре WNW либо укрыться за скалами Ле-Кардино (отсюда французское название — Bataille des Cardinaux) внутри бухты Киберон, — французский маршал выбрал рейд бухты, надеясь, что лабиринт мелей и рифов остановит англичан. В девять часов утра Хок принял беспрецедентно смелое решение: подняв сигнал «общей погони» (general chase), он приказал передовым семи кораблям выстроиться в кильватер и на полных парусах ворваться вслед за противником в штормовую бухту.
Около 14:30 де Конфлан обогнул Ле-Кардино, где головной «Warspite» сэра Джона Бентли открыл огонь по французскому арьергарду, а вскоре сдвиг ветра к северо-западу окончательно расстроил французскую линию баталии. Перед четырьмя часами дня избитый флагман арьергарда «Formidable» спустил флаг перед «Resolution». При попытке шедшего на выручку 74-пушечного «Thésée» капитана А.-Г. де Керсена круто лечь на другой галс вода захлестнула оставленные открытыми нижние орудийные порты, и корабль мгновенно затонул почти со всем экипажем (спаслись только 22 человека); та же участь постигла 70-пушечный «Superbe», а повреждённый «Héros» сдался лорду Ричарду Хау и ночью сел на отмель Ле-Фур.
Пытаясь вырваться обратно в море, де Конфлан на флагмане «Soleil Royal» столкнулся со входившим в бухту «Royal George» Хока (от продольного залпа маршала спас подставившийся под огонь «Intrépide»), после чего к пяти часам вечера в темноте Хок приказал стать на якорь. Ночью восемь французских кораблей сумели проскочить мимо рифов в Рошфор; ещё семь линейных кораблей и фрегаты выбросили пушки и балласт и на приливе перешли песчаный бар мелководной реки Вилен, где один погиб, а шесть оставались заблокированы британцами весь 1760 год (вырваться в Брест им удалось лишь в 1761—1762 годах). Повреждённый «Juste» разбился у Луары (выжили 150 моряков), тогда как в шторме на рифе Ле-Фур потерпели крушение и два британских линейных корабля — «Resolution» и «Essex». Утром 22 ноября, когда буря утихла, де Конфлан сжёг севший на мель «Soleil Royal», а британцы сожгли «Héros».
Решающие факторы и потери сторон
Битва в бухте Киберон сломала рутинную линейную тактику парусных флотов XVIII века, предписанную «Инструкциями для боя» (Fighting Instructions). Отказ Хока от многочасового выстраивания параллельной линии и стремительная «общая погоня» в шторм превратили мелководный берег из убежища в ловушку для недоукомплектованных сухопутными рекрутами французских экипажей. Если британские моряки чётко закрывали нижние орудийные порты при крене и уверенно маневрировали в штормовых порывах, то на «Thésée» и «Superbe» нехватка слаженности стоила кораблей.
Потери оказались крайне неравными: флот Хока потерял около 300 человек убитыми и ранеными и два линейных корабля на рифах (экипажи удалось в основном спасти). Франция потеряла около 2 520 погибших моряков, значительное число раненых и пленных, а также 6—7 линейных кораблей уничтоженными или захваченными (включая 80-пушечный флагман «Soleil Royal»), фактически лишившись боеспособного океанского флота.
Историческое значение и геополитические последствия
Вместе с победами при Лагосе, Миндене и взятием Квебека на равнине Абраама сражение в бухте Киберон увенчало британский «Чудесный год» (Annus Mirabilis 1759). Прямая угроза французского вторжения в Шотландию и Англию исчезла навсегда, а кредитный кризис во Франции, вызванный осознанием бессилия королевского флота защитить торговлю и колонии, привёл к частичному дефолту по государственным долгам. Неудачные попытки Хока сжечь корабли в Вилене брандерами уже не меняли стратегического итога: Брестская эскадра была выведена из строя до конца войны.
Морская блокада отрезала от метрополии и Новую Францию: весной 1760 года французские войска в Канаде после победы при Сент-Фуа не получили подкреплений и вскоре капитулировали в Монреале, что предопределило условия Парижского мира 1763 года. Не случайно военно-морской историк Альфред Тайер Мэхэн назвал Киберон «Трафальгаром Семилетней войны». Адмирал Хок позднее получил титул пэра (1776), а среди офицеров Королевского флота родился знаменитый тост с пожеланием иметь «глаз Хока и сердце Вольфа».
