Предвоенная стратегическая обстановка и операция «Катапульта»
После поражения Франции и подписания перемирия с Германией (22 июня 1940 г.) и Италией (24 июня 1940 г.) главной тревогой Военного кабинета Уинстона Черчилля стала судьба французского флота — второго по силе в Европе. Переход новейших линкоров типов «Дюнкерк» и «Ришельё» в руки стран Оси грозил нарушить баланс сил в Атлантике и Средиземноморье. Хотя 29 июня Италия и Германия согласились перенести разоружение кораблей из оккупированного Бреста в Тулон и африканские порты, британское Адмиралтейство не получило точных сведений из-за переезда французского министерства из Бордо в Виши. Кроме того, заверения адмирала Франсуа Дарлана от 18–24 июня о том, что флот останется французским и будет затоплен при угрозе захвата, не убедили Лондон — тем более что слово «контроль» в статье 8 перемирия англичане толковали как «управление», а не «наблюдение».
Не имея достаточных сил для постоянной блокады североафриканских баз, Великобритания 3 июля начала операцию «Катапульта». В Британии французские корабли захватили абордажными партиями (при сопротивлении на крупнейшей в мире подлодке «Сюркуф» в Плимуте погибли три британских и один французский моряк), а в Александрии адмирал Эндрю Каннингем вскоре добился мирного разоружения эскадры адмирала Годфруа. Для нейтрализации главной группировки в алжирском Мерс-эль-Кебире 30 июня в Гибралтаре сформировали Соединение «H» вице-адмирала Джеймса Сомервилла (линейный крейсер «Худ», старые линкоры «Вэлиант» и «Резолюшен», авианосец «Арк Ройял», лёгкие крейсеры «Аретьюза» и «Энтерпрайз», 11 эсминцев и две подлодки).
Ультиматум, фазы боя и прорыв «Страсбурга»
В Мерс-эль-Кебире под командованием вице-адмирала Марселя-Брюно Жансуля стояли линкоры «Дюнкерк», «Страсбург», «Прованс», «Бретань», гидроавианосец «Коммандан Тест» и шесть лидеров (плюс эсминцы и подлодки в Оране, береговые батареи 75–240 мм и 42 истребителя). Утром 3 июля эсминец «Фоксхаунд» доставил кэптена Седрика Холланда с ультиматумом: присоединиться к Британии, уйти с сокращёнными экипажами в британские порты или в Вест-Индию и США для разоружения, либо затопить корабли за шесть часов под угрозой уничтожения. Жансуль отказался принять младшего по чину парламентёра, вёл переговоры через флаг-офицера Бернара Дюфея и отклонил условия ультиматума (даже не упомянув вариант с Вест-Индией в донесении). Пока тянулись переговоры, палубные «Суордфиши» с «Арк Ройала» в 12:30 и 14:45 сбросили магнитные мины на фарватере, а Лондон перехватил приказ адмирала Ле Люка о выдвижении к Орану эскадр из Тулона и Алжира и потребовал от Сомервилла немедленного удара.
В 16:54 по Гринвичу (17:57 по британскому летнему времени) Соединение «H» открыло огонь 381-мм орудиями с дистанции около 16–16,6 км с северо-запада. Уже третий залп «Резолюшена» вызвал взрыв погребов «Бретани» — в 17:09 линкор перевернулся и затонул с 977 моряками. «Дюнкерк» при выходе получил четыре попадания 381-мм снарядами: были пробиты крыша башни № 2 и 225-мм главный бронепояс, сдетонировали 130-мм заряды, разрыв паропроводов котла № 21 отравил паром и дымом котельное и машинное отделения, вышли из строя электросеть и рулевой привод, после чего корабль встал на якорь у Сан-Андре. Повреждённый «Прованс» и потерявший корму от взрыва 16 глубинных бомб лидер «Могадор» выбросились на мель. Зато новейший «Страсбург» кэптена Луи Колина успел в 16:55 обрубить швартовы, чудом обойти мины (несмотря на неисправное размагничивающее устройство), прорваться сквозь дымовую завесу и уйти с пятью лидерами на 28 узлах. Преследование «Худа» и вечерние атаки «Суордфишей» успеха не имели (Сомервилл свернул погоню в 20:25 из-за угрозы ночного боя с алжирской эскадрой), и 4 июля «Страсбург» достиг Тулона; в тот же день британская подлодка «Пандора» потопила авизо «Риго де Жануйи». Посчитав повреждения «Дюнкерка» лёгкими, торпедоносцы «Арк Ройала» вскоре провели повторную атаку (операция «Левер»): торпеда подорвала стоявший у борта линкора сторожевик «Тер-Нёв» с глубинными бомбами, надолго выведя «Дюнкерк» из строя.
Решающие факторы и баланс потерь
Исход боя определила крайняя невыгодность диспозиции в недостроенной бухте: французские линкоры стояли кормой к молу с интервалом 120 метров, а обе 330-мм башни «Дюнкерка» и «Страсбурга» находились в носу, лишая их возможности сразу стрелять в море. Скученные силуэты упрощали пристрелку 381-мм британским орудиям при корректировке с воздуха, узкий проход через боновое заграждение вынуждал выходить поодиночке через заминированный фарватер, а режим перемирия ограничивал взлёт французской авиации. За два дня боёв погибли 1297 французских моряков, затонули линкор «Бретань» и авизо, тяжело пострадали «Дюнкерк», «Прованс», «Могадор» и два эсминца. Британия потеряла 5–6 самолётов, 2 погибших лётчиков сбитого истребителя «Скьюа» и 2 раненых осколками на «Худе».
Дипломатические и стратегические последствия
Нападение на вчерашнего союзника вызвало всплеск англофобии во Франции: 8 июля правительство маршала Филиппа Петена в Виши разорвало дипломатические отношения с Лондоном, а вишистская авиация совершила ответные налёты на Гибралтар (включая массированные бомбардировки 24–25 сентября), после чего в Западном Средиземноморье установилось негласное перемирие. Конфликт затруднил деятельность «Свободной Франции» Шарля де Голля и способствовал провалу операции в Дакаре в сентябре 1940 года; сам Сомервилл в частном письме считал акцию величайшей политической ошибкой. Вместе с тем Черчилль убедил США во главе с Франклином Рузвельтом и британских консерваторов в решимости Лондона бороться до конца. Парадоксально, но уцелевшие корабли стянулись в Тулон, где 27 ноября 1942 года при попытке германского захвата (операция «Антон») экипажи выполнили приказ Дарлана и затопили свой флот, включая «Страсбург» и «Дюнкерк» — что доныне питает исторические споры о необходимости трагедии 3 июля.
