Политические предпосылки и англо-французский разрыв
Нантский эдикт короля Генриха IV (1598) завершил Религиозные войны и, развивая положения Ларошельского эдикта 1573 г., гарантировал гугенотам свободу вероисповедания, политическое самоуправление и право содержать укреплённые крепости. Главным оплотом протестантов на Атлантике стала Ла-Рошель — второй или третий по величине город Франции (свыше 27–30 тыс. жителей), важнейший торговый порт и один из крупнейших центров соледобычи, обеспечивавший казне значительные таможенные и налоговые сборы. После убийства Генриха IV (1610), отстранения регентши Марии Медичи (1617) и начала Тридцатилетней войны (1618) религиозно-феодальные мятежи вспыхнули вновь: восстановление католицизма в Беарне (1621) спровоцировало восстание герцога Анри де Рогана и его брата Бенжамена де Субиза. Несмотря на взятие роялистами Сен-Жан-д’Анжели, блокада Ла-Рошели провалилась и завершилась компромиссным Монпельеским миром (октябрь 1622 г.).
Став первым министром Людовика XIII, кардинал Ришельё объявил слом военной автономии гугенотов первостепенной задачей политики централизации. Не располагая достаточным флотом и получив отказ английского короля Якова I, Париж по Компьенскому договору 1624 г. арендовал корабли у протестантской Республики Соединённых провинций (союзницы против Габсбургов): совет Амстердама запретил католические проповеди на борту судов, но голландские корабли переправили французские войска к Ла-Рошели во время мятежа 1625 г. Когда же в 1626 г. Франция заключила тайный мир с Испанией и приступила к строительству собственного флота, а отношения с Лондоном обострились из-за споров вокруг двора королевы Генриетты-Марии, Англия сочла усиление Парижа угрозой государственным интересам. С весны 1627 г. эмиссар Уолтер Монтегю пытался организовать восстание во Франции, а в июне король Карл I направил к острову Иль-де-Ре флот (80–100+ кораблей) и 6000 солдат под командованием герцога Бэкингема.
Осада острова Ре, дамба Метезо и капитуляция
На первых порах Ла-Рошель проявила сдержанность, не пустив английский флот в гавань, а жители протестантского острова Иль-де-Ре не присоединились напрямую к мятежу. Бэкингем три месяца тщетно осаждал укреплённый форт Сен-Мартен, который продолжали снабжать небольшие королевские барки; лишившись денег, потеряв людей от болезней и потерпев неудачу в последнем штурме, английская экспедиция отступила на корабли.
Тем временем в августе 1627 г. корпус Карла Ангулемского (7000 пехоты, 600 всадников и 24 пушки) начал окружение Ла-Рошели, укрепляя позиции в Бонгрене и у форта Луи. 10 сентября 1627 г. первые пушечные залпы ларошельцев по форту Луи открыли третью гугенотскую войну и союз города с Англией; в отсутствие короля осадой лично руководил кардинал Ришельё. С суши инженеры вырыли 12-километровый ров и циркумвалационную линию с 11 фортами и 18 редутами, завершённую к апрелю 1628 г. и занятую 30-тысячной армией (попытка Анри де Рогана отвлечь силы восстанием на юге потерпела неудачу).
Решающей задачей стало перекрытие морской гавани. После того как зимние штормы разрушили плавучее заграждение итальянского инженера Помпео Таргоне, в ноябре 1627 г. королевский архитектор Клеман Метезо возглавил 4000 рабочих на строительстве 1400-метровой (1,4 км) морской дамбы на фундаменте из затопленных судов, засыпанных щебнем. Если до февраля 1628 г. отдельные суда ещё проскальзывали сквозь недостроенный проход, то с марта дамба и береговые батареи полностью заблокировали порт. В знак стратегического сближения против общих врагов к заливу Морбиан и рейду Ла-Рошели подошла также испанская эскадра из 30–40 военных кораблей, однако в активные бои она не вступала. Город отчаянно держался под руководством мэра Жана Гиттона, но вторая английская экспедиция графа Денби в апреле 1628 г. вернулась в Портсмут без боя, сославшись на отсутствие приказа рисковать флотом. В сентябре 1628 г. третий флот адмирала Линдси (29 боевых и 31 торговое судно) обстрелял французские батареи, но не смог прорвать дамбу и отступил. Потеряв последнюю надежду на спасение, Ла-Рошель 28 октября 1628 г. безоговорочно капитулировала.
Решающий инженерный фактор и цена осады
Исход 14-месячной осады предопределило комплексное инженерное решение Ришельё и Клемана Метезо: возведение 1400-метровой морской дамбы на остовах затопленных кораблей в сочетании с 12-километровой сухопутной линией из 11 фортов и 18 редутов полностью отрезало приморскую крепость от снабжения и обесценило превосходство английского флота на море. Планомерная изоляция превратила цветущий атлантический порт в замкнутый лагерь истощения без шансов на прорыв блокады.
Цена затяжной обороны для города оказалась катастрофической: вследствие боевых потерь, свирепого голода, эпидемий и массовой высылки гражданского населения (включая депортацию уходивших из осаждённого города) численность жителей Ла-Рошели сократилась с 27 000 до 5 000 человек. Большие потери от болезней и неудачного штурма форта Сен-Мартен понёс также английский экспедиционный корпус герцога Бэкингема.
Алеский мир, победа абсолютизма и культурная память
Несмотря на безоговорочную капитуляцию, королевская власть даровала милосердие большинству выживших горожан, однако политические условия, закреплённые затем миром в Але (1629), навсегда сломили гугенотское «государство в государстве»: протестанты утратили территориальные, политические и военные привилегии, а все укрепления Ла-Рошели были срыты (сам город перешёл под королевский контроль и утратил былое экономическое и стратегическое значение). При этом за гугенотами сохранили свободу совести и богослужения, дарованную Нантским эдиктом.
Падение Ла-Рошели стало переломным этапом становления сильной централизованной монархии во Франции и позволило Ришельё сосредоточить ресурсы на вмешательстве в Тридцатилетнюю войну против Габсбургов. Осаду 1627–1628 гг. посещал философ Рене Декарт, ей посвятили серию гравюр Жака Калло, цикл пропагандистских монет и аллегорическое полотно «Людовик XIII, увенчанный Победой» (1635), а позднее — оперу М. В. Бальфа (1835), вторую часть романа Александра Дюма «Три мушкетёра» и знаменитую картину Анри-Поля Мотта (1881).
