Военно-стратегическая обстановка после Смоленского сражения
В ночь на 6 (18) августа 1812 года, после ожесточённых боёв за Смоленск, 1-я Западная армия генерала от инфантерии М. Б. Барклая-де-Толли оставила город и переправилась на правый (северный) берег Днепра. Русское командование стремилось отвести войска на восток и соединиться со 2-й армией П. И. Багратиона, прикрывавшей подступы к Соловьёвой переправе в 50 км от Смоленска. Однако большая Московская дорога шла вдоль северного берега Днепра и на ближайшем участке простреливалась французской артиллерией с противоположного берега. К тому же уже днём 6 (18) августа неприятель захватил плацдарм в Петербургском предместье и восстановил переправы, создав прямую угрозу перехвата коммуникаций.
Чтобы избежать флангового разгрома, Барклай-де-Толли предпринял кружной марш просёлочными дорогами: сначала на север по Пореченской дороге, а затем на восток двумя колоннами. Колонна Д. С. Дохтурова (5-й и 6-й пехотные, 2-й и 3-й кавалерийские корпуса, вся резервная артиллерия) поворачивала севернее через Стабну прямо к Соловьёвой переправе. Колонна Н. А. Тучкова 1-го (2-й, 3-й и 4-й пехотные и 1-й кавалерийский корпуса) должна была через Горбуново выйти на Московскую дорогу у деревни Лубино. Передовой отряд П. А. Тучкова 3-го (три пехотных и гусарский полк, около 3 тыс. человек) был выслан к Лубинскому перекрёстку на смену заслону 2-й армии князя А. И. Горчакова у Валутина, но тот уже ушёл, оставив лишь казаков Карпова. Из-за ночных заторов 2-й корпус К. Ф. Багговута и арьергард Ф. К. Корфа к рассвету ещё не вышли из-под Смоленска, когда на преследование двинулись кавалерия И. Мюрата по Московской дороге, корпус Э. Груши на Поречье, III корпус М. Нея к Гедеонову и VIII (вестфальский) корпус Ж. А. Жюно через Днепр у Прудищевой.
Топография поля боя и тактические фазы сражения 7 (19) августа
В литературе столкновение называют боем у Валутиной горы (по ближайшей известной французам деревне Валутино, имя которой они перенесли на холм), сражением при Лубине или под Заболотьем (по селу между Днепром и большой дорогой). Бой 7 (19) августа включал две основные фазы:
- Утренний бой у Гедеонова и дневная пауза: перед рассветом отставший 2-й корпус Багговута двинулся напрямик через лес, выбил авангард Нея из Гедеонова и оставил для прикрытия дивизию принца Евгения Вюртембергского, сдержавшую неприятеля до подхода и отхода арьергарда Корфа. Тем временем Тучков 3-й, заняв сначала рубеж за рекой Колодней, отошёл восточнее на выгодную позицию перед Лубинским перекрёстком: правый фланг опирался на высокий холм (Валутина гора), центр проходил по заболоченной лощине у ручья Страгань (Строгинка), а левый фланг прикрывался лесом со стороны Днепра. С 10 до 17 часов Ней ограничивался артиллерийской перестрелкой, ожидая подхода пехоты и обходной колонны Жюно. Этим затишьем воспользовался начальник штаба 1-й армии А. П. Ермолов, подтянувший к Тучкову 3-му части 3-го и 4-го пехотных корпусов, уже ставших на привал после ночного перехода.
- Вечерний штурм и контратаки: после 17 часов Ней перешёл в атаку по Московской дороге, но был отбит при личном участии прибывшего на позицию Барклая-де-Толли. Попытки кавалерии Мюрата обойти левый фланг увязли в болотах ручья Страгань под плотным огнём русских батарей. Последующий удар французской пехоты в центре временно рассек русскую линию, но положение восстановила стремительная штыковая контратака трёх полков. Вечером, с подходом дивизий из корпусов Л. Н. Даву и Евгения Богарне и частей русского 2-го корпуса, в бой с обеих сторон было втянуто по 25–30 тысяч солдат. Французы перенесли главный удар на правый фланг; русские войска устояли на высотах и контратаковали, однако уже в темноте раненый штыком в бок П. А. Тучков 3-й оказался среди неприятелей и попал в плен (по свидетельству Ф. де Сегюра, в темноте солдаты заметили его золотые эполеты в отблеске выстрелов). К 22 часам Ней первым приказал прекратить огонь.
Решающий фактор, численность сил и потери сторон
Решающим тактическим фактором стало грамотное сочетание пересечённого рельефа (господствующий холм на правом крыле, болотистая пойма ручья Страгань в центре и лес слева) с плотным огнём русских батарей, полностью парализовавшим тяжёлую конницу Мюрата. Критическое значение имело и бездействие VIII корпуса генерала Ж. А. Жюно: переправившись у Прудищевой в непосредственном тылу русского левого фланга, Жюно заблудился в лесистых топях и не атаковал, несмотря на настойчивые требования Мюрата, за что вызвал гнев Наполеона, заявившего, что Жюно теперь не видать маршальского жезла.
С русской стороны в сражении участвовало 25–30 тысяч человек, со стороны Наполеона — 30–35 тысяч. По надписи на 9-й стене Храма Христа Спасителя, русские потеряли в боях у Гедеонова и Лубина 5 тысяч человек (в зарубежных оценках — до 6 тысяч), трое генералов получили ранения. Потери французов достигали 7–9 тысяч человек (А. А. Керсновский по парижским архивам называл 8 768 выбывших), причём пушечным ядром в обе ноги был смертельно ранен один из лучших дивизионных генералов — граф Ш.-Э. Гюден, умерший спустя три дня. Очевидец из 5-го польского корпуса свидетельствовал, что трофеев у французов не было: «мы владели только полем, в одинаковом количестве покрытым и нашими трупами…».
Стратегический итог и военно-дипломатическое значение
В ночь на 8 (20) августа русские части в полном порядке оставили позицию и без преследования со стороны обескровленного Нея переправились через Днепр, завершив соединение обеих Западных армий. Формально поле боя осталось за Наполеоном, но стратегическая цель — отрезать и разгромить разобщённые русские корпуса на марше от Смоленска — была сорвана. В штабе Великой армии итог восприняли с тревогой; граф Ф. де Сегюр резюмировал: «В их поражении было столько же славы, сколько в нашей победе».
Чтобы ободрить утомлённые войска, Наполеон устроил на поле боя показательное награждение полков, но одновременно предпринял скрытый дипломатический зондаж: через пленённого П. А. Тучкова 3-го он попросил написать письмо к его брату с замаскированным предложением мира для передачи Александру I. Русский император оставил обращение без ответа. 13 (25) августа Наполеон продолжил наступление от Смоленска на восток, приближаясь к решающей битве при Бородине.
