Укрепления Охтинского мыса и подготовка весеннего похода
После взятия Шлиссельбурга в октябре 1702 года последней шведской преградой на Неве оставалась крепость Ниеншанц (швед. Nyenskans — «Невский шанец», рус. Канцы), основанная Эвертом Горном в 1611 году на Охтинском мысу у слияния Невы и Охты. В прежние столетия здесь сменяли друг друга шведская Ландскрона (1300–1301), сожжённая новгородцами князя Андрея Городецкого, новгородское поселение Невское устье и порт-крепость 1557 года, строившаяся Иваном Выродковым; в 1656 году Ниеншанц ненадолго штурмовал воевода П. И. Потёмкин. Выбор места определялся тем, что левобережье излучины Охты не затапливалось даже при сильных невских наводнениях. На противоположном правом берегу Охты вырос богатый торговый город Ниен (Ниенштадт, получил городские права от Густава II Адольфа в 1632 году), насчитывавший более 400 податных дворов и около двух тысяч жителей — шведов, финнов, немцев и изгнанного в конце XVII века православного населения (приход которого находился в левобережном селе Спасском).
К началу Северной войны Ниеншанц был перестроен инженером Генрихом фон Зойленбергом под надзором С. Г. Гельмфельдта (с доработками И. Шталя фон Хольстейна и Э. Дальберга) в современную пятибастионную звездообразную дерево-земляную цитадель (бастионы Мельничный, Старый, Мёртвый, Карлов и Гельмфельтов, Малый и Большой воротные равелины; диаметр ок. 245 м, ширина бастионов до 60 м, валов — 19 м, рва — 28 м при глубине 4 м), прикрытую южным кронверком и укреплением у села Спасского. Осенью 1702 года комендант подполковник Иоганн (Йохан) Аполлов, опасаясь приближения русских, эвакуировал горожан Ниена в Выборг и сжёг посад. К весне 1703 года гарнизон крепости насчитывал 700 солдат при 78 орудиях, против которых в конце апреля выступил 20-тысячный корпус фельдмаршала Б. П. Шереметева с Петром I.
Осада Ниеншанца (1 мая) и морской бой в устье Невы (7 мая)
25 апреля (6 мая) 1703 года русские полки обложили Ниеншанц и повели осадные работы. Уже на второй день наступления были захвачены левобережный Спасский кронверк и южный заградительный кронверк, а части Шереметева заняли пепелище Ниена, замкнув кольцо с востока и выйдя к рву перед Карловым и Гельмфельтовым бастионами. Когда комендант Аполлов отверг требование о сдаче, русские батареи открыли огонь: после 14-часовой непрерывной бомбардировки и взрыва порохового склада гарнизон капитулировал 1 (12) мая 1703 года, а 2 (13) мая вручил ключи победителям. Пётр временно переименовал крепость в Шлотбург («Замо́к-город»).
Победа на суше сразу получила продолжение на воде. 2 (13) мая к устью Невы из Выборга подошла не знавшая о сдаче крепости шведская эскадра вице-адмирала Нумерса (9 кораблей). По установившемуся правилу шведы подавали сигнал двумя пушечными выстрелами, ожидая ответного пароля. Узнав лозунг от пленных, Пётр I четыре дня утром и вечером приказывал отвечать выстрелами со стен Ниеншанца, заманив в реку дозорный отряд — 10-пушечный бот (галиот) «Гедан» («Щука») и 8-пушечную адмиральскую шняву «Астрильд» («Звезда»). Не имея парусного флота, царь (под именем бомбардирского капитана Петра Михайлова) и поручик А. Д. Меншиков посадили на 30 беспалубных гребных лодок около 300 гвардейцев Преображенского и Семёновского полков с ружьями и гранатами.
В ночь на 7 (18) мая 1703 года, пользуясь темнотой и дождём, русская флотилия скрытно обогнула острова дельты и внезапно атаковала оба шведских корабля с двух сторон. Несмотря на плотный артиллерийский и ружейный огонь шведов и попытку поддержки с дальних кораблей эскадры, гвардейцы взошли на борт; по свидетельству Военной энциклопедии, Пётр I с гранатой в руке первым вскочил на «Астрильд». После жестокой рукопашной схватки оба судна сдались и были приведены к Ниеншанцу на глазах эскадры Нумерса.
Факторы победы, потери и оценка Петра I
Скорое падение первоклассной бастионной крепости обеспечили подавляющий перевес осаждающих, быстрый захват передовых кронверков, лишивший 700-человеческий гарнизон внешней опоры, и выросшее мастерство петровской осадной артиллерии, быстро подавившей оборону и поразившей пороховые погреба. Морской бой 7 (18) мая стал образцом военной хитрости (многодневный обман сигналами с крепости), скрытного манёвра на вёслах в мелководных протоках и стремительного абордажа, лишившего шведов преимущества в бортовой артиллерии.
В письме графу Ф. М. Апраксину Пётр I точно охарактеризовал ожесточённость боя и число шлюпок, дошедших до самого борта: «... взяли два фрегата по нарочитом бою; понеже неприятели пардон зело поздно закричали, того для солдат унять было трудно, которые, ворвався, едва не всех покололи, только осталось 15 живых. Смею и то писать, что истинно с восемь лодок только в самом деле было; и с сею никогда небывалою викториею вашу милость поздравя, пребываю.». Всего шведы потеряли 58–80 моряков и солдат убитыми, 15 пленными и оба корабля с 18–20 пушками; русские потери составили около 20 убитых и 55 раненых.
Основание Санкт-Петербурга и Балтийского флота
По решению воинского совета Пётр I и А. Д. Меншиков получили орден Святого Андрея Первозванного, а все участники абордажа — медали с надписью «Небывалое бывает»; 7 (18) мая 1703 года считается Днём рождения Балтийского флота. Вместе с тем, осмотрев Охтинский мыс (а также Ниен, о котором царь писал Меншикову: «Город гораздо больше, чем сказывали, однако же не будет со Шлиссельбургом»), совет признал крепость непригодной для главной морской твердыни: «По взятии Канец отправлен воинский совет, тот ли шанец крепить, или иное место удобнее искать (понеже оный мал, далеко от моря и место не гораздо крепко от натуры). И по нескольких днях найдено к тому удобное место остров, который назывался Люст Елант, где в 16 день майя крепость заложена и именована Санктпетерсбург…».
Закладка Петропавловской крепости на Заячьем острове 16 (27) мая 1703 года и форта Кроншлот у Котлина в 1704 году необратимо закрепили Россию в устье Невы. Шведы из корпуса Г. Ю. Майделя в 1704–1705 годах ещё дважды занимали опустевший Ниеншанц, но удержать его не смогли. Позднее надземные бастионы Шлотбурга были срыты, однако масштабные археологические раскопки 1992–2010 годов на Охтинском мысу (свыше 40 тыс. кв. м) выявили подлинные рвы, фундаменты Ниена и фрагменты Карлова бастиона.
