Замысел Александра I и подписание в Париже
Акт Священного союза был заключён спустя три с половиной месяца после Заключительного акта Венского конгресса и окончательного поражения Наполеона. Стремление держав-победительниц закрепить новый европейский порядок совпало с личной инициативой российского императора Александра I, на которого после 1812 года и впечатлений заграничных походов (в том числе знаменитого смотра при Вертю) глубокое влияние оказывали религиозно-мистические настроения и баронесса Варвара фон Крюденер. Первоначальный проект Александра, изложенный отчасти уже в частной инструкции русским дипломатам от мая 1815 года и дополненный идеей единого христианского мира, смутил союзников; более прагматичную дипломатическую редактуру выполнили И. Каподистрия и А. Стурдза. Примечательно, что в 1815 году император ещё сочетал эти взгляды с умеренным либерализмом, готовя конституцию для Царства Польского.
Австрийский император Франц I, канцлер К. фон Меттерних и прусский король Фридрих Вильгельм III отнеслись к идее настороженно, но 14 (26) сентября 1815 года подписали в Париже «Трактат братского и христианского союза». Первоначально тайный, акт вскоре стал открытым: к нему присоединились почти все монархи и правительства континентальной Европы, включая Францию, Швейцарию и германские вольные города. Не подписали документ лишь трое: папа римский, турецкий султан (как нехристианский государь, встревоженный угрозой новой коалиции) и британский принц-регент (позже присоединившийся лишь как король Ганновера). В Палате общин оппозиция потребовала отчёта о целях договора, а лорд Каслри, назвавший проект в частном порядке «высокопарным мистицизмом и бессмыслицей», объяснил отказ Великобритании конституционными ограничениями короны.
Содержание и ключевые положения Акта
Документ состоял из торжественной преамбулы «Во имя Пресвятой и Нераздельной Троицы» и трёх кратких статей:
- Преамбула. Монархи России, Австрии и Пруссии торжественно провозглашали решимость как в управлении государствами, так и в межгосударственной политике руководствоваться исключительно заповедями христианской веры — любви, правды и мира.
- Статья I. Три государя обязывались соединиться узами действительного и неразрывного братства, считать себя «единоземцами» и во всяком случае и во всяком месте оказывать друг другу «пособие, подкрепление и помощь», а подданными и войсками управлять как «отцы семейств».
- Статья II. Власти и подданные призывались видеть себя членами единого христианского народа, верховным Самодержцем которого признавался Иисус Христос, а монархи трёх конфессий (православной, католической и протестантской) — поставленными Провидением правителями трёх отраслей одного семейства.
- Статья III. Союз объявлялся открытым для всех держав, желающих торжественно признать изложенные в акте священные правила.
Юридическая природа и эволюция толкования
Специалисты по международному праву и современники отмечали беспрецедентную жанровую странность документа: французский дипломат Дюфур де Прадт назвал его «апокалипсисом дипломатии», а сам Меттерних вначале отзывался о нём как о «пустом и трескучем документе» и простой «моральной манифестации». В тексте (включённом в «Полное собрание законов», № 25943, и собрание Ф. Ф. Мартенса) не было ни границ, ни сроков, ни casus foederis; религия и патриархальная мораль вытеснили право, а о правах народов по отношению к власти в тексте вообще не упоминалось.
Однако именно растяжимость формулировки статьи I о безусловной взаимной помощи открыла путь для реакционного переосмысления договора:
«соответственно словам священных писаний, повелевающих всем людям быть братьями, договаривающиеся монархи пребудут соединены узами действительного и неразрывного братства и, почитая себя как бы единоземцами, они во всяком случае и во всяком месте станут подавать друг другу пособие, подкрепление и помощь; в отношении же к подданным и войскам своим они, как отцы семейств, будут управлять ими в том же духе братства»
Неопределённость случаев оказания помощи позволила Меттерниху, а затем и сменившему политический курс Александру I истолковать это обязательство как право и долг монархов вмешиваться во внутренние дела других государств для подавления любых революционных движений подданных.
Историческое значение: конгрессы и распад союза
На практике Священный союз тесно переплёлся с Четверным (с 1818 года — Пятерным) союзом и системой европейских конгрессов: в Аахене (1818), Троппау и Лайбахе (1820—1821) и Вероне (1822). Итогом стали Карлсбадские указы 1819 года против университетского вольнодумства и выработка принципа вооружённой интервенции: австрийские войска подавили восстания карбонариев в Италии, а французская армия в 1823 году восстановила абсолютизм в Испании. Ради принципа легитимизма на Веронском конгрессе Александр I отказался даже от поддержки греческого восстания против Османской империи, увидев в нём «революционный признак времени».
К концу 1820-х годов противоречия между державами обострились: Великобритания разошлась с союзниками по вопросам независимости Латинской Америки и Восточному вопросу, а Июльская революция 1830 года и бельгийская революция вывели из консервативного лагеря Францию. Мюнхенгрецкая конвенция 1833 года временно сплотила Россию, Австрию и Пруссию; летом 1849 года русская армия под командованием генерал-фельдмаршала И. Ф. Паскевича помогла Габсбургам подавить революцию в Венгрии. Однако балканские противоречия оказались сильнее династического братства: в годы Крымской войны Австрия заняла антироссийскую позицию и ввела войска в Дунайские княжества, а призыв нового императора Александра II к началам союза остался без отклика — Священный союз окончательно ушёл в историю.
