Исторический контекст и принятие декларации
«Декларация прав народов России», принятая Советом народных комиссаров 2 (15) ноября 1917 года, стала одним из первых программных государственно-правовых актов новой власти вслед за декретами II Всероссийского съезда Советов о мире и о земле. К осени 1917 года бывшая Российская империя переживала острый территориальный кризис: значительная часть её западных губерний (Польша, Литва, Курляндия, западные районы Латвии и Белоруссии) ещё с 1915–1916 годов была занята войсками Германии и Австро-Венгрии, а в Финляндии, на Украине, в Молдавии, Закавказье, Поволжье, Крыму и Средней Азии набирали силу национальные движения, добивавшиеся автономии или государственного отделения.
В этих условиях большевистское руководство стремилось привлечь нерусские народы на сторону СНК и противопоставить свою политику прежнему курсу. В преамбуле декларация оформлялась как продолжение октябрьского «раскрепощения» крестьян от власти помещиков, солдат и матросов от власти самодержавных генералов и рабочих от произвола капиталистов, а также как прямое исполнение решений I (июньского) и II (октябрьского) съездов Советов. Документ был издан именем Российской Республики за подписями председателя СНК В. Ульянова (Ленина) и народного комиссара по делам национальностей Иосифа Джугашвили-Сталина.
Структура и четыре основополагающих принципа
В развёрнутой политико-исторической преамбуле СНК резко осуждал национальную политику как эпохи царизма («политика систематического натравливания народов друг на друга», порождавшая резню, погромы и рабство народов), так и сменившей его после Февральской революции «кадетской буржуазии» Временного правительства («политика трусливого недоверия, придирок и провокации», прикрытая словесными лозунгами свободы и равенства). Им противопоставлялся курс на открытый, добровольный и честный союз народов России. Постановляющая часть формулировала четыре базовых принципа:
- Равенство и суверенность народов России: утверждение полного политико-правового равноправия и суверенного достоинства всех народов страны независимо от их численности и прежнего статуса.
- Право народов на свободное самоопределение: юридическое признание за народами России права самостоятельно определять свою государственную судьбу, вплоть до отделения и образования самостоятельного государства.
- Отмена национальных и религиозных привилегий: полная ликвидация всех и всяких национальных и национально-религиозных привилегий и ограничений, сохранявшихся в прежнем законодательстве.
- Свободное развитие меньшинств: гарантия беспрепятственного культурного и национального развития национальных меньшинств и этнографических групп, населяющих территорию России.
Заключительное положение предписывало немедленно приступить к разработке конкретных декретов после организационного конструирования Комиссии по делам национальностей.
Текстологический анализ и историографическая полемика
Язык декларации объединяет революционную публицистику первых послеоктябрьских недель с категоричными государственно-правовыми формулами разрыва с прежней национальной политикой:
Этой позорной политике натравливания нет и не должно быть возврата. Отныне она должна быть заменена политикой добровольного и честного союза народов России.
При этом национальное освобождение не отделялось авторами от задач классовой борьбы и сплочения трудящихся против внутренних и внешних противников:
Только в результате такого союза могут быть спаяны рабочие и крестьяне народов России в одну революционную силу, способную устоять против всяких покушений со стороны империалистско-аннексионистской буржуазии.
Текстологические сопоставления в издании «Декреты Советской власти» (1957) выявляют отличия между ранними газетными публикациями («Газета», «Известия», «Собрание Узаконений») и подлинником: в части газетных текстов отсутствовала фраза о I съезде Советов, а в оригинале встречались разночтения «самоуправление» вместо «самоопределение» и «июль» вместо «июнь». В историографии сохраняются споры о замысле декларации: ряд авторов связывает её с революционным идеализмом 1917 года и ожиданием мировой революции, тогда как многие западные историки видят в ней тактический расчёт — готовность формально признать право выхода для фактически утраченных западных окраин, одновременно привлекая на сторону СНК нерусские части (прежде всего латышских стрелков) на фоне отказа Белого движения от принципа самоопределения.
Историческое значение и долгосрочные последствия
Опираясь на декларацию, СНК 18 (31) декабря 1917 года признал независимость Финляндии (провозглашённую 6 декабря), а с ноября 1917 по ноябрь 1918 года о своей государственности заявили Украина, Молдавия, Литва, Белоруссия, Эстония, Грузия, Армения, Азербайджан, Польша и Латвия. В 1918–1921 годах Советская Россия сочетала дипломатическое признание Эстонии, Латвии, Литвы и Польши (по мирным договорам 1920–1921 годов, включая Рижский мир) с политическим и военным утверждением советских республик на Украине, в Белоруссии и Закавказье, позднее образовавших СССР.
Внутри РСФСР на основе декларации сложилась система национально-территориальных автономий: были образованы Терская (17 марта 1918) и Туркестанская (30 апреля 1918) автономные республики, Трудовая коммуна немцев Поволжья (19 октября 1918), Башкирская (20 марта 1919) и Татарская (27 мая 1920) АССР, Карельская трудовая коммуна (8 июня 1920) и Чувашская автономная область (24 июня 1920). Провозглашённое право выхода сохранялось во всех Конституциях СССР (1924, 1936 и 1977 годов) применительно к союзным республикам при жёсткой централизации власти, пока в 1989–1991 годах не стало правовой основой распада Советского Союза.
