Предпосылки и исторический контекст
К концу I века н. э. главным стратегическим противником Римской империи на Дунайском рубеже стало консолидированное Дакийское царство в Трансильвании и Карпатах, объединившееся под энергичной властью царя Децебала. Ещё в правление императора Домициана (85–89 гг. н. э.) вторжения даков в Мёзию поставили римские пограничные провинции под серьёзную угрозу. Вынужденный мир 89 года н. э. оказался унизительным для Рима: формально признав клиентский статус, Децебал получил ежегодные денежные субсидии, римских военных инженеров и ремесленников, которые укрепили горные крепости в горах Орэштие и перевооружили дакийскую армию.
Вступив на престол в 98 году н. э., император Марк Ульпий Траян — первый правитель Рима провинциального происхождения (из Испании), опиравшийся на рейнско-дунайские легионы, — поставил задачу устранить постоянную угрозу в Подунавье и отменить обременительную выплату субсидий. К геополитическим соображениям добавлялся острый финансовый интерес: казна империи нуждалась в средствах после расточительства предшественников и для реализации масштабных социальных и строительных программ (включая алиментарные фонды в Италии), а Карпаты славились богатейшими в Европе залежами золота и серебра.
Ход событий и ключевые механизмы
Первая Дакийская война (101–102 гг. н. э.)
Весной 101 года н. э. Траян сосредоточил в Верхней Мёзии крупную группировку (около девяти-двенадцати легионов и вспомогательных подразделений, включая мавретанскую конницу Лусия Квиета) и переправился через Дунай по понтонным мостам у Ледераты и Дьерны. Продвигаясь через Банат, римляне встретили ожесточённое сопротивление в горном проходе при Тапах (осень 101 г.), где одержали тяжёлую победу. Зимой 101–102 годов Децебал предпринял смелый контрманевр, форсировав замёрзший Дунай в союзе с сарматами-роксоланами и вторгнувшись в Нижнюю Мёзию. Траян срочно перебросил войска вниз по реке и разгромил союзников в кровопролитном сражении в Добрудже (в память о павших там римских легионерах в 109 году был сооружён мемориал Трофей Траяна в Адамклиси). Летом 102 года римские колонны возобновили наступление на Трансильванию, вынудив Децебала капитулировать: царь обязался срыть укрепления, выдать осадные машины, беглых инженеров и перебежчиков, а также отказаться от самостоятельной внешней политики.
Вторая Дакийская война (105–106 гг. н. э.) и аннексия
Мирный договор 102 года оказался лишь передышкой. Понимая неизбежность нового столкновения, Траян поручил выдающемуся инженеру и архитектору Аполлодору Дамасскому возвести между 103 и 105 годами грандиозный постоянный каменный мост на 20 опорах через Дунай в районе Дробеты (близ Железных Ворот). Децебал, со своей стороны, восстанавливал укрепления, тайно закупал оружие и искал союзников среди соседних племён. В 105 году Сенат вновь объявил войну. Главные черты второй кампании и последующей монументальной коммеморации определились следующими шагами:
- Вторжение и падение Сармизегетузы (105–106): переправившись по мосту у Дробеты, римские войска методично оттеснили даков к горным твердыням Орэштие. Летом 106 года после упорной осады и разрушения водопровода пала священная и политическая столица Дакии Сармизегетуза-Регия; знать покончила с собой ядом, а пытавшийся бежать и продолжить партизанскую борьбу в горах Децебал был настигнут римским кавалерийским отрядом Тиберия Клавдия Максима и закололся, чтобы не попасть в триумф (его голову доставили Траяну).
- Образование новой провинции (106): захваченная часть Дакии была превращена в императорскую провинцию, массово заселяемую колонистами со всего римского мира; неподалёку от разрушенной дакийской крепости возник новый административный центр — колония Ульпия Траяна Сармизегетуза, а карпатские золотые рудники перешли под прямой контроль императорского фиска.
- Сооружение Форума и Колонны Траяна (107–113): на военную добычу в центре Рима был воздвигнут грандиозный Форум Траяна, ради которого между Капитолием и Квириналом срыли горную перемычку (порядка 1 млн м³ грунта). В узком дворике за Базиликой Ульпией, между Греческой и Латинской библиотеками, 12 мая 113 года н. э. Сенат и народ Рима освятили триумфальную Колонну Траяна.
Архитектура и художественная программа Колонны Траяна
Колонна Траяна относится к «сотому» типу (columna centenaria): высота её мраморного ствола без пьедестала составляет 100 римских футов (29,78 м), а вместе с высоким цоколем и утраченной в Средневековье позолоченной бронзовой статуей императора достигала почти 39–40 метров (ныне венчается бронзовой фигурой апостола Петра, установленной в 1587 г. архитектором Доменико Фонтаной при папе Сиксте V). Фуст сложен из гигантских барабанов каррарского (лунийского) мрамора диаметром около 3,7–3,8 м, внутри которых прорезана винтовая лестница из 185 ступеней к смотровой площадке.
Уникальным новшеством памятника стала непрерывная спиральная рельефная лента длиной около 190–200 метров, опоясывающая ствол 23–24 раза (высота ленты плавно возрастает от 0,89 до 1,25 м для компенсации ракурса снизу). Фриз насчитывает 155 сцен (114 панелей по нумерации С. Рейнаха) и порядка 2500–2662 человеческих фигур, разделённых посередине крылатой Никой (Викторией), пишущей на щите между трофеями. Нарушая классические пропорции масштаба ради наглядности, мастера подробно изобразили переправы через Дунай, строительство укреплений и дорог, вырубку лесов (48 из 224 деревьев), военные советы, жертвоприношения (lustratio), обращения к войскам (adlocutio), осады, пленение и гибель Децебала; сам Траян появляется на фризе 58 раз. Первоначально барельефы дополнялись полихромной раскраской и миниатюрным бронзовым оружием.
Источниковедческая база и свидетельства
Основное повествовательное изложение Дакийских войн утрачено вместе с их современными описаниями: до нас не дошли собственные «Записки о дакийских войнах» (Dacica) самого Траяна (от них сохранилась единственная короткая фраза у грамматика Присциана о маршруте марша) и поэтический эпос Каниния Руфа, упомянутый в письмах Плиния Младшего. Главным нарративным источником остаётся книга 68 «Римской истории» Диона Кассия (начало III в.), сохранившаяся преимущественно в византийском сокращении (эпитомах) Иоанна Ксифилина XI века, что объясняет фрагментарность и хронологические лакуны в деталях отдельных сражений. Сведения о колоссальной дакийской добыче приводятся у византийского антиквара VI века Иоанна Лида (со ссылкой на врача Траяна Критона).
В этих условиях исключительную роль играют визуальные и эпиграфические первоисточники. Сама Колонна Траяна с её документальной фиксацией снаряжения, осадных орудий, доспехов легионеров и сарматов, типов кораблей и укреплений служит важнейшим иллюстрированным комментарием к утраченной «Dacica», которая, по распространённой гипотезе, хранилась в соседней Латинской библиотеке форума. Надпись на пьедестале колонны (эталон римского квадратного капитального письма) фиксирует её посвящение Сенатом и народом в 113 году и отмечает масштаб земляных работ по выемке холма. Эпиграфической сенсацией XX века стало обнаружение в Греции близ Филипп надгробной стелы декуриона Тиберия Клавдия Максима (1965), подтвердившей сцену на Колонне: именно этот воин настиг бегущего Децебала и доставил его голову Траяну. Незаменимы также метопы Трофея Траяна в Адамклиси, переписка Траяна с Плинием Младшим (книга X) и обильные монетные серии с легендой Dacia capta.
Исторические итоги и долгосрочное значение
Завоевание Дакии стало последним крупным территориальным приобретением Римской империи в Европе, на полтора с лишним столетия (до эвакуации Аврелиана около 271 года) отодвинувшим границу к Карпатам и позволившим стабилизировать Нижний Дунай. Из Дакии были вывезены десятки тысяч пленных и огромные запасы драгоценных металлов, что вызвало кратковременный финансовый подъём в империи: в Риме прошли 123-дневные триумфальные зрелища с участием десяти тысяч гладиаторов, были отменены некоторые налоги и развёрнута грандиозная градостроительная программа. Интенсивная римская колонизация и расквартирование легионов глубоко романизировали население задунайских областей, заложив этноязыковую основу будущей восточнороманской (румынской и молдавской) общности.
В архитектуре и идеологии власти Колонна Траяна создала эталон триумфального мемориала на тысячелетия вперёд. После смерти Траяна в 117 году Сенат постановил поместить золотые урны с прахом императора и его супруги Помпеи Плотины в погребальную камеру (целлу) внутри пьедестала колонны — исключительный случай захоронения внутри священной черты города Рима (померия). По её образцу были воздвигнуты Колонна Марка Аврелия в Риме, колонны Феодосия и Аркадия в Константинополе, а в Новое время — Вандомская колонна Наполеона в Париже, монументы в Вене, Брюсселе и Балтиморе. С XVI–XIX веков гравюры Дж. Б. Пиранези, П. С. Бартоли и полные фототаблицы К. Цихориуса (1896–1900), равно как и гальванопластические и гипсовые слепки (хранящиеся в Риме, Бухаресте, Лондоне и ГМИИ им. А. С. Пушкина в Москве), превратили Колонну в фундаментальный памятник античной археологии.
Дискуссии и оценки в историографии
В научной литературе не утихают споры как о мотивах дакийской экспансии Траяна, так и о подлинном замысле Колонны. Часть историков XX века (Ж. Каркопино) видела в походе прежде всего «золотую экспедицию» для спасения имперского бюджета от дефицита, полагаясь на данные Иоанна Лида о будто бы 165 тоннах золота и 330 тоннах серебра (ныне эти цифры считают многократно завышенными переписчиками — возможно, в десять раз). Другие исследователи (Ф. Леппер, Ю. К. Колосовская, С. М. Рубцов) подчёркивают стратегическую необходимость ликвидации сильного варварского объединения на фланге Дунайского лимеса и последующей социально-экономической интеграции Карпатского региона в провинциальную систему империи.
Столь же оживлённые дебаты идут вокруг функции и восприятия Колонны Траяна. Классическая точка зрения трактовала спиральный фриз как монументальную имперскую пропаганду, однако современные реконструкции форума (А. Кларидж, М. У. Джонс, Л. Ланкастер) показали, что из-за тесного окружения Базиликой Ульпией и двумя библиотеками проследить непрерывную ленту с уровня земли было физически невозможно; верхние ярусы просматривались только с крыш и верхних галерей соседних зданий. На этом основании Поль Вен и Пенелопа Дэвис выдвинули концепцию «вертикального чтения» (фигура Траяна легко считывалась на одной оси от основания к вершине, символизируя восхождение его славы к обожествлению), а сам памятник интерпретируется исследователями не только как триумфальная хроника и инженерный символ срытого холма, но и как заранее задуманный погребальный мавзолей императора (П. Дэвис). Наконец, исследователи (в частности Э. Фокс и Р. Бьянки Бандинелли) отмечают осознанное смягчение батального насилия в рельефах — за единственным громким исключением сцены пыток римских пленников дакийскими женщинами, призванной морально оправдать покорение «варварской» Дакии.
