Предпосылки и исторический контекст
Косово и Метохия на протяжении веков оставались узлом пересечения сербской и албанской исторических традиций. Для сербов край символизировал ядро средневекового государства («Старая Сербия», Печская патриархия и поле битвы 1389 года), тогда как численность этнических албанцев неуклонно росла со времён Османской империи и особенно в социалистической Югославии (между 1948 и 1991 годами албанское население Югославии утроилось до 1,71 млн человек, а доля сербов и черногорцев в Косове сократилась с 27 % в 1961 году до 13,2 % в 1981 году).
Конституция СФРЮ 1974 года предоставила автономным краям Косово и Воеводине полномочия, близкие к союзным республикам, включая собственное место в коллективном Президиуме СФРЮ и школьное образование на албанском языке. После смерти Иосипа Броза Тито в 1980 году в самом бедном регионе Югославии вспыхнули студенческие волнения 1981 года под лозунгом «Косово — республика», подавленные армией. В ответ в Сербии росло недовольство положением сербского меньшинства (отражённое в Меморандуме Сербской академии наук и искусств 1986 года). Посетив Косово-Поле 24 апреля 1987 года, новый лидер сербских коммунистов Слободан Милошевич произнёс знаменитую фразу «Никто не смеет вас бить», встав во главе сербского национального подъёма.
В марте 1989 года конституционными поправками Сербия резко урезала автономию Косова, а в 1990–1992 годах провела массовые увольнения албанских служащих и учителей. В ответ албанские депутаты провозгласили «Республику Косово», избрав в 1992 году президентом Ибрагима Ругову (Демократическая лига Косова), и создали параллельные системы образования, здравоохранения и налогообложения. Однако игнорирование косовского вопроса в Дейтонских соглашениях 1995 года подорвало курс Руговы на мирное сопротивление. Параллельно в 1997 году из-за анархии после краха финансовых пирамид в соседней Албании были разграблены армейские склады, откуда поток стрелкового оружия и гранатомётов хлынул в Косово к радикальной Армии освобождения Косова (АОК).
Ход событий и ключевые механизмы
Партизанская война в Косове и кризис 1998 года
К началу 1998 года нападения АОК на сербскую полицию, местных сербов и лояльных Белграду албанцев переросли в открытое восстание. Югославия задействовала Отдельные подразделения полиции (ПЈП), спецназ МВД (ЈСО, САЈ) и 52-й Приштинский корпус 3-й армии под командованием генералов Владимира Лазаревича и Небойши Павковича.
- Вспышка в Дренице: После стычек в Ликошане и Чирезе (28 февраля 1998 г.) 5 марта югославские силовики штурмовали усадьбу полевого командира АОК Адема Яшари в Преказе; гибель около 60 человек (включая женщин и детей) вызвала массовый приток добровольцев в АОК и международное осуждение.
- Летнее контрнаступление СРЮ: К июню АОК контролировала значительные сельские районы и ненадолго захватила Ораховац (июль), однако в ходе крупной операции июля–сентября 1998 года армия и полиция СРЮ разгромили опорные пункты повстанцев (включая Малишево), вызвав перемещение до 370 тыс. человек и резкую реакцию Запада.
- Дипломатия и провал переговоров: Резолюции СБ ООН 1160 и 1199, октябрьское соглашение Холбрука–Милошевича и ввод наблюдателей ОБСЕ не принесли прочного мира. После обнаружения тел убитых в селе Рачак (январь 1999 г.) в феврале–марте во Франции прошли переговоры в Рамбуйе: албанская делегация (включая Хашима Тачи) подписала проект, тогда как Белград отверг его военное приложение о свободном доступе сил НАТО на всю территорию СРЮ.
Операция НАТО «Союзная сила» (24 марта — 10 июня 1999 г.)
После отзыва миссии ОБСЕ и начала мартовского наступления югославских сил 24 марта 1999 года НАТО без мандата Совета Безопасности ООН приступила к воздушной операции Allied Force («Союзная сила»), рассчитанной первоначально на несколько дней, но затянувшейся на 78 суток.
- Масштаб воздушной кампании: К июню группировка альянса выросла с ~370 до более чем 1000 самолётов (около 70 % — американских, при заметном участии Франции, Италии, Великобритании и впервые после Второй мировой войны — ВВС Германии при правительстве Г. Шрёдера и Й. Фишера) и кораблей в Адриатике, совершивших около 38 тыс. боевых вылетов.
- Военные технологии и удары по тылу: Наряду с крылатыми ракетами «Томагавк» и CALCM дебютировали малозаметные бомбардировщики B-2 Spirit с корректируемыми бомбами JDAM. Не добившись быстрой капитуляции Белграда ударами по войскам в Косове (где армия СРЮ активно применяла макеты и маскировку), НАТО перешла к поражению мостов, электросетей, заводов и телецентра в самой Сербии. Боевые потери альянса составили 2 самолёта (вкл. сбитый F-117A).
- Гуманитарная катастрофа и медиация: Во время бомбардировок бои и этнические зачистки в крае ожесточились — по разным оценкам, от 850 тыс. до 1,45 млн косовских албанцев бежали в Албанию, Македонию и Черногорию. Выход из тупика обеспечила совместная миссия спецпредставителя ЕС Марти Ахтисаари и российского посланника Виктора Черномырдина, убедивших Милошевича принять условия «Большой восьмёрки» 3 июня 1999 года.
- Завершение войны: 9 июня 1999 года подписано Кумановское военно-техническое соглашение о выводе сил СРЮ, 10 июня принята Резолюция СБ ООН 1244, а в ночь на 12 июня батальон российских десантников совершил марш-бросок из Боснии и занял аэропорт Слатина под Приштиной до подхода колонн НАТО.
Источниковедческая база и свидетельства
Документальная история Косовской войны опирается на обширный корпус дипломатических актов ООН, ОБСЕ и НАТО, военно-технических отчётов и материалов международного уголовного правосудия. Ключевыми правовыми текстами являются резолюции Совета Безопасности ООН № 1160, 1199 и итоговая резолюция № 1244 от 10 июня 1999 года, а также текст Соглашения в Рамбуйе и Кумановского соглашения. Регулярные доклады Генерального секретаря ООН (начиная с оценок Бутроса Бутроса-Гали начала 1990-х годов о массовых увольнениях албанских госслужащих и до отчётов миссии UNMIK) фиксируют административную и гуманитарную динамику кризиса.
Исключительным источником эмпирических данных стали следственные досье Международного трибунала по бывшей Югославии (МТБЮ, в том числе под руководством прокурора Карлы дель Понте): в ходе процессов против Слободана Милошевича, руководства СРЮ (дело Милутиновича и др.) и командиров АОК были собраны тысячи свидетельских показаний, перехватов, карт массовых захоронений (включая Батайницу под Белградом) и приказов 52-го корпуса. Их дополняют доклады правозащитных организаций (Human Rights Watch, Amnesty International), отчёт Счётной палаты США и ВВС по итогам операции «Союзная сила», а также объединённый сербско-албанский мартиролог «Книга памяти Косова» (HLC), уточнивший численность жертв.
Исторические итоги и долгосрочное значение
Согласно верифицированным спискам жертв, за 1998–1999 годы в Косове погибли или пропали без вести свыше 13 500 человек (более 10 тыс. албанцев, около 2,2 тыс. сербов и представителей других общин); от ударов авиации НАТО погибли не менее 488–528 мирных жителей Югославии (включая колонны албанских беженцев, сотрудников сербского телевидения и посольство КНР в Белграде). Экономике Сербии был нанесён многомиллиардный инфраструктурный ущерб.
После вывода югославских войск и полиции под эгидой ООН были развёрнуты временная гражданская администрация (UNMIK) и международные силы безопасности KFOR; АОК официально разоружилась (часть кадров вошла в Корпус защиты Косова, а радикальные группы перенесли активность на юг Сербии и в Македонию в 2001 году). Подавляющее большинство албанских беженцев быстро вернулись в край, однако в условиях ответного насилия, погромов (особенно в марте 2004 г.) и разрушения десятков православных монастырей и церквей Косово покинули около 200 тыс. сербов, цыган и других неалбанцев.
Поражение в Косове стало катализатором «Бульдозерной революции» октября 2000 года, свергнувшей Слободана Милошевича, который в 2001 году был выдан Гаагскому трибуналу (умер в заключении в 2006 году, до вынесения приговора). 17 февраля 2008 года парламент края в одностороннем порядке провозгласил независимость Республики Косово, что раскололо мировое сообщество и углубило стратегический кризис доверия между Россией и Западом.
Дискуссии и оценки в историографии
Косовский прецедент остаётся одной из самых острых тем современной историографии международных отношений и международного права:
- «Незаконна, но легитимна»: Авторитетная Независимая международная комиссия по Косову (2000) сформулировала парадоксальный вывод о том, что интервенция НАТО противоречила формальным нормам Устава ООН (отсутствие санкции СБ ООН и факта агрессии против члена блока), но была морально оправдана задачей предотвращения гуманитарной катастрофы. Противники этой тезиса (от российских и сербских историков до Ноама Хомского и Дэвида Гиббса) указывают на подрыв Устава ООН, преувеличение масштабов репрессий до марта 1999 года (и миф о плане «Подкова») и неприемлемые условия Рамбуйе.
- Доктрина «ответственности по защите» (R2P): Правоведы отмечают, что именно косовский кризис, наряду с провалом в Руанде, подтолкнул ООН к разработке концепции R2P (принятой в 2005 году), хотя сама операция 1999 года показала риски одностороннего силового вмешательства и последующих «двойных стандартов».
- Военно-технологический и геополитический перелом: Военные историки оценивают «Союзную силу» как испытание концепции бесконтактной воздушной войны (при высокой живучести наземных соединений СРЮ, уступивших лишь под политико-инфраструктурным давлением), а исследователи внешней политики видят в марте–июне 1999 года рубеж завершения постхолодновоенного сближения Москвы и Вашингтона.
